О неизбежности полномасштабной войны между Израилем и Ираном заявляют мировые СМИ со ссылкой на официальных лиц США. Если эти прогнозы оправдаются, то в какой форме будет протекать противостояние, ведь известно, что общих границ у Израиля с Ираном нет? Своими соображениями о вероятности войны и предполагаемых последствиях в интервью Minval.az поделился экс-посол Азербайджана в Иране Джаваншир Ахундов.
— Прошла информация о том, что израильские власти в связи с возможностью скорой иранской атаки на Израиль впервые включили в список рассматриваемых сценариев действий превентивный удар по Ирану. Другие источники пишут, что госсекретарь США Энтони Блинкен заявил коллегам по G7, что полномасштабная война между Ираном и Израилем может начаться уже сегодня. Таким образом Блинкен попытался оказать дипломатическое давление на Иран и «Хезболлу» и минимизировать силу их удара, который станет ответом на убийство главы политбюро палестинского движения ХАМАС Исмаила Хании в Тегеране. Что вы думаете об этих предупреждениях? И второй вопрос: если такой сценарий вероятен, то как отразится эта война на Азербайджане?
— Во-первых, я хотел бы высказать свою озабоченность тем, что сейчас происходит в регионе, — это крайне неприятная ситуация после нападения на главу политбюро ХАМАC Исмаила Ханию. Во-вторых, сейчас ведутся консультации для того, чтобы минимизировать угрозы для стран региона, в первую очередь, для Израиля и Ирана. В-третьих, вопрос по поводу широкомасштабной войны требует разъяснения. Что значит широкомасштабная война? Это сухопутная операция? Это сухопутная операция и авиаудары? Или просто авиаудары? Я думаю, что мы исключим здесь возможность сухопутной операции, потому что это невозможно, все это прекрасно понимают.
Несомненно, Иран учитывает тот негативный резонанс, который вызвало в иранском обществе убийство Хании, приехавшего в Тегеран на инаугурацию нового президента Масуда Пезешкиана. Это убийство расценено как оскорбление, и Иран должен принять ответные меры, чтобы показать своему народу, что он в долгу не остался. Что это будет? С одной стороны, трудно прогнозировать конкретные шаги иранских властей, а с другой стороны, власти декларируют, что последуют решительные действия, в СМИ даются заявления рахбара (верховного лидера), заявление президента ИРИ Масуда Пезешкиана, КСИР. Иранская сторона заявляет о сокрушительном ударе. Но будет ли она в виде тотальной ракетной атаки?
— Понятно, что у Израиля нет общих границ с Ираном, и когда они говорят о «полномасштабной войне», то, вероятно, подразумевают усиление действий «Хезболлы»?
— Конечно, Иран действует в районе Ближнего и Среднего Востока через свои прокси-силы: это – «Хезболла» в Ливане, различные проиранские группировки в Сирии, Ираке, хуситы в Йемене. Через эти военно-политические структуры Иран будет действовать. Нам сложно сказать что-то конкретное, однако атаки, скорее всего, должны последовать. Но сейчас Запад, в первую очередь США, проводят усиленные консультации, чтобы сгладить эту опасную ситуацию, как бы нивелировать противостояние между Израилем и Ираном. Прошла информация о том, что приезжала делегация в Иран, и там велись переговоры, чтобы смягчить ситуацию на Ближнем Востоке. В этой войне по большому счету, кроме Нетаньяху, который стимулировал этот процесс через свои военно-политические действия, мало, кто заинтересован. И я думаю, что в определенной степени он достиг в этом успеха. Кроме нынешнего руководства Израиля, никто не заинтересован в эскалации конфликта. Следует также отметить, что в Израиле существует много противников данной политики.
Но, с другой стороны, какая-то атака на Израиль будет, потому что он объявил, что будет призыв резервистов, и распорядился, чтобы подготовили бомбоубежища и заодно людей – к тому, что будет атака со стороны Ирана. Но как это все будет проявляться, время покажет в ближайшие дни. Сообщалось о том, что Иран планирует атаковать Израиль 12-13 августа, в день «Биш Ава» – национальный день трагедии еврейского народа, и что атака Ирана будет координироваться с «Хезболлой».
— Если, как предостерегают нас СМИ, сообщающие о том, что начнется полномасштабная война, то как в этом случае эти действия отразятся на Азербайджане?
— То военно-политическое противостояние, которое наблюдается на сегодняшний день, — итог многолетней политики между Ираном и Израилем. У нас хорошие отношения с Израилем, особенно в военно-техническом плане. Наше армия оснащена израильским вооружением, которое является одним из самых лучших в мире. В то же время с ИРИ мы близки географически, исторически, конфессионально, а также в области в культуры, и самое главное: значимая часть населения Ирана – это азербайджанские тюрки. И несомненно, нам небезразлично то, что происходит в Иране.
— Тут еще высказывают опасения по поводу того, что Турция может вмешаться в этот конфликт, потому что было сделано заявление со стороны Реджепа Тайипа Эрдогана, направленное против Израиля. Что вы думаете на этот счет?
— Позиция Турции понятна, Эрдоган неоднократно заявлял свою позицию на сей счет. Я не думаю, что Турция непосредственно вмешается в этот конфликт. К тому же у Турции с Израилем особые отношения, и они кардинально отличаются от отношений между Израилем и Ираном.
— Это как бы риторика, не подкрепленная определенными действиями?
— Во-первых, не надо забывать, какая партия находится у власти в Турции. Во-вторых, у Турции — принципиальная позиция по этому вопросу. В мусульманском мире авторитет Турции очень высок из-за ее позиции по палестинскому вопросу: те же арабские страны не всегда бывают столь принципиальны, как Турция.
— Мохаммад Джавад Зариф, занимавший ранее пост министра иностранных дел Ирана, назначен вице-президентом по стратегическим вопросам. Зариф представляет реформистов. Означает ли это, что новое руководство страны намерено изменить курс во внешней политике? Каково ваше мнение на этот счет?
— Зариф не только вице-президент, он еще и возглавляет госсовет по стратегическому планированию Он будет генерировать те новые идеи, которые назрели в Иране по управлению государством. Такая необходимость востребована в связи с той социально-экономической и общественно-политической ситуацией, которая наблюдается в Иране. И последние выборы тому пример. Явка на выборах была всего 49% населения, а это говорит о том, что существует социальное недовольство и как следствие — напряженность. И это факт, от которого никуда не уйдешь. Необходимы реформы.
Мохаммад Джавад Зариф — очень образованный человек, он получил образование в США и более того — у него огромный дипломатический опыт. Возможно, министром иностранных дел станет Аббас Аракчи, уже некоторые СМИ распространили информацию о нем. Это тоже очень образованный человек и также из лагеря реформистов. Новое правительство Ирана мы обсудим, когда оно будет утверждено. Но то, что Зариф является главным интеллектуальным двигателем нового правительства, — это несомненно.
— Наверняка ему будут противостоять консерваторы. Насколько Пезешкиану и его новой команде удастся изменить ситуацию как внутри страны, так и в отношениях с соседями?
— Несомненно, после убийства Исмаила Хании лагерь консерваторов активизируется и будет критиковать и обвинять реформаторов в мягкотелости по отношению к Западу. Они пройдутся утюгом по каждому из кандидатов и подвергнут каждого их них критике. Но там все очень сложно, потому что кандидатам предстоит пройти через существующие политические институты и одновременно для проведения реформ должна быть соответствующая законодательная база.
— Иран расценивает Зангезурский коридор во вред Армении и по-прежнему отстаивает эту позицию. Такое заявление сделал Аятолла Хаменеи в ходе встречи с премьер-министром Армении Пашиняном. Есть ли в этом заявлении скрытый подтекст, или это однозначная позиция против открытия Зангезурского коридора? И что имел в виду Хаменеи, когда говорил «во вред Армении»?
— Я думаю, что это неоднозначное заявление. Иран имеет свою позицию. Доктрина внешней политики ИРИ такова, что они позиционируют себя как региональную державу и хотят, чтобы с ними считались. Если кратко сформулировать их беспокойство: это Срединный коридор, это формирование новой геополитической реальности в виде Организации тюркских государств. Возможно, время стимулирует корректировку в позиции ИРИ – в конструктивном русле.
— Как будут складываться отношения между Баку и Тегераном при нынешнем президенте, учитывая его корни?
— 12 июля наше посольство вернулось в Тегеран. В эти дни в Иране будет сформировано новое правительство во главе с этническим азербайджанцем, который неоднократно в ходе предвыборной кампании выступал на азербайджанском языке в Тебризе, Зенджане, Урмие и даже в Ширазе — перед кашкайцами, что в определенной степени позитивно влияет на наши отношения. В одном из первых своих выступлений Пезешкиан сделал ссылку на статью 15 Конституции по функционированию региональных языков и как следствие был создан специальный орган по данному вопросу. Но обо всём нужно судить по делам. Однако я осторожно оптимистичен в вопросе взаимоотношений между Ираном и Азербайджаном.
Рамелла Ибрагимхалилова
