Более 60 сенаторов, депутатов и представителей территориальных органов левых политических сил Франции обратились к правительству страны с призывом «оказать практическую поддержку Нагорному Карабаху». До этого провокационные заявления делала посол Франции в Азербайджане Анн Буайон. С другой стороны, мы видим, как Франция и Индия поставляют вооружение Армении, и как международное сообщество пытается оказать давление на Баку.
О влиянии Франции в регионе Южного Кавказа, а также о давлении на Азербайджан в интервью Minval.az рассказал политолог Ильгар Велизаде.
— В условиях, когда у Франции проблемы стратегической важности во франкоговорящей Африке, чем мотивировано ее желание негативно воздействовать на процессы урегулирования в регионе Южного Кавказа?
— У Франции, как у любой крупной страны, для каждого региона существует своя повестка. Для Африки свой набор приоритетов, для Южного Кавказа — свой. Это классический подход любого крупного государства для реализации своих интересов в тех или иных странах или регионах мира. В нашем случае интересы Франции на Южном Кавказе не взаимосвязаны с таковыми в других частях света. Франция рассчитывает на то, что в лице Армении приобретет вассала в регионе.
И Париж, и Ереван делают релевантные заявления о развитии отношений, в духе интеграции с Европой и тому подобное, но за всем этим стоит продвижение своих интересов за счет укрепления влияния в тех государствах, на которые желают полагаться метрополии в решении тех или иных проблем. Раньше подобная роль была у России, но сейчас в силу разных причин у Еревана возникла необходимость в поиске новых хозяев, при помощи которых он смог бы вести свою игру в регионе. Для Армении сейчас такой метрополией является Франция.
Для Парижа эта формула вполне приемлема, поскольку позволяет ей усилить позиции в регионе. Совпадение интересов Франции и Армении позволяет Парижу действовать привычными для себя методами неоколониализма. Армении же не привыкать к взаимодействию с метрополиями, и такой формат для нее вполне допустим и выгоден. Армения меняет одного хозяина на другого, но принцип работы одинаковый. Поэтому в период карабахского конфликта примерно теми же инструментами пыталась пользоваться Россия.
Однако интересы у них поменялись, отношение к Азербайджану поменялось. Мы помним годы, когда было постоянное давление со стороны России, в этом плане роль Франции не изменилась. Французская политическая элита действует очень топорно, в частности сенат становится грубым инструментом вмешательства во внутренние дела Азербайджана и региона в целом. Поэтому то, что мы видим сейчас, не удивляет.
— Армения получает оружие из Индии. Ряд экспертов отмечает, что данное оружие у Индии закупает Франция, а точнее армянская французская диаспора. Ожидаете ли вы, что подобная поддержка Армении, ее перевооружение приведут к новой эскалации в регионе?
— Франция активно сотрудничает с Индией по военно-техническим вопросам. В частности, Франция является вторым крупным поставщиком оружия в Индию после России. Франция в последнее время являлась нетто-импортером оружия в Индию, и значительно формировала свой портфель на этом рынке. Индия начала переориентацию на западных поставщиков оружия. Она приступила к закупке оружия у США и частично у Великобритании. Франция же пытается потеснить Россию и увеличить свое присутствие на индийском рынке вооружения. С другой стороны, часть производимой в Индии оружия изготавливается по французской лицензии, поэтому в плане сотрудничества с ВПК отношения у них достаточно глубокие.
И Индия, и Франция имеют свои интересы в Армении, обе страны рассматривают регион, как место своего присутствия, обе видят в Армении плацдарм для расширения своего влияния. Их совместное желание усилить армянский военный потенциал является закономерным. С другой стороны, сама Армения пытается воспользоваться таким положением по максимуму и приобретает французо-индийское оружие. Я не исключаю, что отдельные представители армянской диаспоры во Франции также участвовали в лоббировании этого сектора.
— Насколько «блокадное» давление на Баку может быть эффективным для наших недругов?
— Никакое давление на Баку не было продуктивным, и впредь не будет. Любое давление на Баку является контрпродуктивным шагом. Чем больше на Баку давят внешние силы, тем более увереннее Азербайджан себя чувствует. В противном случае у нас не было бы ППП «Лачин», мы бы не проводили никаких контртеррористических мер в Карабахском экономическом регионе. Никаких подвижек после 10 ноября 2020 года не было бы, если бы Азербайджан испугался этого давления и действовал в рамках указаний.
Наоборот, чем больше на Азербайджан оказывается давление, тем более твердой будет позиция Баку по принципиальным для него вопросам. Данный вопрос касается лачинской дороги и он принципиален для Баку. В условиях поляризации мнений по данному вопросу достижения компромисса не ожидается, но те реалии, которые сформированы, должны действовать отрезвляюще не только на Ереван, но и на тех, кто безоговорочно ее поддерживает в этом вопросе. Что касается положения армян в Карабахе, то оно будет зависеть от того, насколько договороспособными они окажутся. Чем раньше они поймут, тем лучше будет для них. Если они не поймут ничего, то, к большому сожалению, не исключено применение жестких мер со стороны Баку для разблокировки ситуации в целом. Пока в Карабахе сидят сепаратисты, другого результата нам ожидать не приходится, к большому сожалению. Азербайджан все лимиты своих компромиссов исчерпал, сейчас уже речь идет о принуждении к действиям в рамках международных норм.
Ниджат Гаджиев
