Президент Украины за короткий период посетил все столицы крупных европейских стран. Как оно и ожидалось, глава Украины смог добиться определенных успехов, а именно военной помощи Киеву. В Лондоне, Париже, Берлине и Риме обещали Украине не только военную, но и финансовую помощь.
Другой важной темой стало то, что в этих столицах президент Украины просил еще и истребители Ф-16, которые пока ей не передают. Премьер-министр Великобритании Риши Сунак и его нидерландский коллега Марк Рютте договорились, что будут работать над созданием международной коалиции истребителей для Украины. Скорее всего, в эту коалицию сразу же войдут прибалтийские страны, Польша, Румыния и ряд стран, которые желают быстрой победы Украины.
Об украинском контрнаступлении, а также о том, какие события развиваются на политической арене, в интервью Minval.az рассказал украинский политолог Павел Лакейчук.
— Как вы оцениваете ситуацию на фронте? Было много информации о начале украинского контрнаступления, можно ли считать, что оно началось?
— Контрнаступление — это элемент стратегической оборонительной операции. Поэтому те, кто говорит о «начале украинского контрнаступления», не ошибаются, оно и не останавливалось. Только то, что происходит сейчас на поле боя — это все же не совсем то, что они имели в виду. Я бы охарактеризовал сегодняшний этап как формирование боевого пространства. Сколько он будет длиться, не знаю, но думаю, что наступление начнется последовательным наращиванием усилий.
— Президент Украины Владимир Зеленский посетил все основные столицы Европы, где получил военную и финансовую помощь, но пока еще нет решения о поставках Ф-16. Как бы вы оценили военную помощь Запада Украине?
— Заграничные поездки высшего военно-политического руководства страны — важный, но не ключевой, элемент в формировании «пакета военной помощи» Украине. Преимущественно подготовительная работа ведется непублично во взаимодействии оборонных и военно-промышленных ведомств стран-партнеров. Характер скоординированных поставок свидетельствует о том, что помощь разных стран взаимодополняет одна — другую и направлена на закрытие потребностей ЗСУ в планируемых боевых действиях на короткую и среднюю перспективу. С планированием помощи «в долгую» сложнее — трудно спрогнозировать потребности с учетом характера боевых действий на длительную перспективу. Но эта работа, очевидно, тоже ведется. С артиллерийскими системами, танками, ЗРК вопрос решался непросто, но решался. Что-то подобное происходит сейчас с «авиационным кейсом».
— Ряд СМИ и официальных лиц США заявляет о финансовых проблемах в штатах. Возможно, что летом они объявят о дефолте. Как это повлияет на финансовую поддержку США Украине?
— Я не экономист и прогнозировать влияние экономических процессов на военно-техническую помощь Украине не могу. Возможно, будут как-то меняться формы и механизмы этой помощи от тех или иных государств — это естественный процесс. Однако в то, что кто-то откажется от предоставления помощи, не верю. Машина запущена — репутационные потери от отказа в помощи Украине на порядок превышают затраты на её поддержку.
— Ожидаете ли вы распада России по итогам этой войны?
— Ожидал ли кто распада Советского Союза по итогам войны в Афганистане? И стал ли он её результатом? Будет ли результатом агрессии РФ против Украины распад Российской Федерации? Не берусь предугадывать. Однако уверен, что российско-украинская война приведет к глубоким трансформациям в России или на территории, на которую она распространялась. Парад суверенитетов должен иметь более глубокие причины, нежели поражение в войне. Но при определенных обстоятельствах он может стать триггером процесса распада империи.
Ниджат Гаджиев
