На Кяльбаджарском направлении — новая провокация, предпринятая официальным Ереваном. ВС Армении устроили обстрел позиций армии Азербайджана в направлении поселка Зод Кяльбаджарского района. Как сообщается, стрелять начали вечером 10 мая. До сведения Армении довели предупреждение и призыв не обострять ситуацию. Но 11 мая обстрел продолжился, «зинворы» задействовали минометы, затем — гаубицы. один азербайджанский военнослужащий стал шехидом. Тогда ВС Азербайджана ответили более жестко. А на официальном уровне предупредили: вся ответственность за последствия лежит на военно-политическом руководстве Армении.
Официальное и детальное подведение чисто военных итогов еще предстоит. Но политические выводы можно сделать уже сейчас. Очевидно, что нынешние вооруженные провокации на границе, и тем более стягивание к этому участку дополнительных сил, привлечение снайперов — верный признак, что Армения продолжает тактику намеренных провокаций. Да, инциденты на линии фронта могут происходить. Но если на тот участок, где якобы «спонтанно» или вообще «по вине Азербайджана» вспыхивает перестрелка, Армения загодя перебрасывала снайперов — для думающих экспертов это говорит о многом.
И тем более понятно, почему Армения затеяла такие игры. Переговоры в Вашингтоне, как бы в Ереване ни пытались изобразить хорошую мину при плохой игре, оказались для Армении «дипломатическим кошмаром». Ереван приперли к стенке и потребовали признать территориальную целостность Азербайджана без ссылок на «самоопределение Карабаха» и прочие провокационные выдумки. А впереди — переговоры в Брюсселе. К которым в Армении «готовятся» по-своему. Как минимум здесь рассчитывают просто сорвать диалог: подписывать мирный договор на основе пяти азербайджанских принципов Пашинян банально боится, а никакой другой основы для диалога нет. Как максимум…
А тут надо поподробнее. Особенно с учетом такого обстоятельства: как раз накануне устроенной на границе провокации Пашинян ездил в Москву. Как бы на мероприятия в честь 9 мая, но прошла и «отдельная» встреча с Владимиром Путиным. Подробности обсуждений остались за закрытыми дверьми. Но Москва, во-первых, весьма нервозно реагирует на то, что роль модератора урегулирования между Баку и Ереваном перехватывает Запад. А во-вторых, первопрестольная по традиции вознаграждала Армению за верноподданичество за счет азербайджанских интересов и азербайджанских земель.
Наконец, есть и свой расчет у Армении. И он не исчерпывается планами «день простоять, ночь продержаться и ничего не подписать». Поговорку «горе побежденным» никто не отменял. Но Армения за более чем четверть века привыкла ссылаться на свои военные успехи, на силовое давление и разговоры в стиле «не согласитесь — мы еще что-нибудь захватим» (подобные угрозы Серж Саргсян озвучивал прямо с трибуны Совета Европы, а назначенный Пашиняном министром обороны Давид Тоноян обещал «новую войну за новые территории»). И теперь, после 44-дневной войны, там не просто не хотят мириться с новой реальностью. Ереван явно не прочь захватить хотя бы пару постов и вернуть себе возможность силового шантажа на переговорах. Кельбаджар здесь, по мнению армянских стратегов, именно то направление, где они могут рассчитывать на успех: здесь все еще пребывают в полной уверенности, что ВС Азербайджана испытывают в Кельбаджаре проблемы с логистикой (и не очень представляют себе успехи дорожного строительства на освобождённых землях).
Наконец, Зодское направление — это золотой рудник. За несколько дней до провокации СМИ Армении внезапно озаботились судьбой «Сотского рудника», то есть армянской инфраструктуры грабежа азербайджанского золота на Зодском месторождении. Сотрудники в неоплачиваемом отпуске, работа стоит — якобы из-за того, что «азербайджанцы открыли огонь». На самом деле основные залежи золота на территории Азербайджана, доступа к ним Армения не имеет. Но мириться с потерей золота не хочет. Словом, в одной точке сошлось сразу несколько векторов.
Но в Армении, похоже, опять забыли, что на дворе уже не девяностые.
И что за свою провокационную игру Еревану придется отвечать. И в военном, и в политическом, и в дипломатическом «измерении».
Нурани, обозреватель
