Одна из любимых резиденций Путина — «Бочаров Ручей» в Сочи — вновь превратилась в «геотег» большой дипломатии на постсоветском пространстве. Здесь прошли переговоры президентов России и Беларуси Владимира Путина и Александра Лукашенко. Обсуждали, по официальным данным, вопросы углубления интеграции. Тем более что проходили переговоры как раз в 20-летний юбилей подписания договоренностей о создании Союзного государства России и Беларуси. По этому поводу состоялся торжественный обед. Журналистам даже сообщили меню: барабулька с артишоком, каре теленка с запеченным луком, шербет из мандарина и вина из усадьбы Дивноморское.
А вот с политическим «меню» все не так просто. Определенные подробности потом сообщил посол Беларуси в России Владимир Семашко. По его словам, белорусская и российская стороны на переговорах в Сочи полностью согласовали проекты интеграционных «дорожных карт» по электроэнергетике и по вопросам сотрудничества таможенных служб, несогласованными еще остаются 8 отраслевых «дорожных карт». Но, похоже, все далеко не так спокойно. Еще на открытой для прессы части встречи президент Беларуси сообщил, что он приехал ради анализа Договора о Союзном государстве — а это формулировка, за которой может скрываться многое. Переговоры президентов продлились пять часов, что уже само по себе показательная информация. Более того, несмотря на то, что в «Бочаровом ручье» подготовили трибуны для пресс-конференции, Александр Лукашенко уехал после встречи с Путиным без заявлений для прессы.
Можно, конечно, углубиться в экономическую конкретику и напомнить, что между Москвой и Минском предостаточно нерешенных вопросов. Многие из них накануне на встрече с депутатами Палаты представителей и членами Совета Республики Национального собрания обозначил сам Александр Лукашенко. Он, в частности, отметил, что между РФ и Беларусью «даже элементарный вопрос не решен по грязной нефти» (напомним, в результате попадания в нефтепровод «Дружба» нефти, загрязненной хлорорганическими соединениями, было повреждено оборудование многих белорусских НПЗ, и теперь Минск совершенно справедливо требует от Москвы компенсации), и напомнил, что провалом закончились и газовые переговоры. Также Россия продолжает вводить ограничения на поставки белорусского продовольствия и работу белорусских автоперевозчиков, продолжил президент Беларуси. «Нам надо только одно — равные условия для наших субъектов хозяйствования. Даже если это конкуренция, то условия должны быть нормальные», — сказал Лукашенко, подчеркнув, что Минск «тоже немало делает для российского государства».
Но самое главное, на той же встрече с депутатами Александр Лукашенко заявил, что Беларусь никогда не собиралась и не собирается входить в состав какого-либо государства, даже «братской России».«Никто никогда не подпишет документы, которые нам принесут вред», — добавил Лукашенко. После чего припечатал: «хватило уже этих плеток, лаптей, безвременья». По словам Лукашенко, невозможен также единый парламент. «На эту тему даже разговоров нет. Если кто-то переживает за то, что завтра у нас будет президент не Лукашенко, а кто-то другой, я имею в виду сейчас, без выборов, тоже не переживайте», — посоветовал он.
А это, во-первых, верный признак, что все эти «несогласованные вопросы» — внешние проявления растущего экономического давления Москвы на Минск. Цель которого тоже вполне ясна: «продвинуть интеграцию» России и Беларуси до образования единого государства. А во-вторых, фраза Лукашенко: «Если кто-то переживает за то, что завтра у нас будет президент не Лукашенко, а кто-то другой, я имею в виду сейчас, без выборов, тоже не переживайте», — это верный намек на пресловутый «кремлевский план 2024».
Поясним. Межгосударственная интеграция — это вообще тема, скажем так, скользкая. «Углублять интеграцию», конечно, хорошо звучит, но рано или поздно страны подойдут к той черте, когда надо будет или объединяться в одно государство, или спасать свой суверенитет и переходить от интеграции к размежеванию. И не только на пространстве бывшего СССР: достаточно вспомнить, как во многих странах Евросоюза голосовали против единой конституции ЕС, заявляя, что не намерены «растворять» свою страну в едином европейском «пюре». Теперь добавился еще и «Брексит».
А в случае с Беларусью есть и своя специфика. В мировом экспертном сообществе уже не первый месяц обсуждают громкую «утечку» о так называемом «плане 2024». Напомним: в 2024 году истекает второй президентский срок Владимира Путина, и в результате в Кремле обсуждаются различные сценарии, как и конституцию РФ не переделывать (такое «пипл» может и не «схавать»), и власть сохранить. Согласно одному из вариантов, Владимир Путин в 2024 году должен занять пост президента уже союзного государства России и Белаоруси. Но для реализации этого плана нужен сущий пустяк: довести до нужного уровня эту самую интеграцию России и Беларуси. Которая все больше напоминает принятые в российском бизнесе схемы «слияния и поглощения». Только вот, похоже, в Кремле то ли не учли, что у Беларуси на этот счет может оказаться свое мнение, то ли были уверены, что без проблем «сломают» сопротивление Минска, тем более что уже был опыт отказа Армении от подписания соглашения с ЕС осенью 2013 года.
Но теперь уже не остается сомнений: Беларусь — это не Армения. И Александр Лукашенко не намерен ни превращать свою страну в «субъект федерации», ни сам менять пост президента на должность губернатора.
В то время, пока Александр Лукашенко вел переговоры в Москве, на улицах Минска протестовали против той самой интеграции. Перед собравшимися выступил сопредседатель «Белорусской христианской демократии» Павел Северинец. Он спрашивал в мегафон: «Хотите ли вы углубленной интеграции? Чтобы здесь управлял Путин? Лукашенко? Ермошина (глава Центризбиркома Беларуси — Minval.az)?» На все это толпа отвечала: «Нет!» В Минске выстроилась «живая цепь» с бело-красными флагами Беларуси — именно этот флаг, напомним, был здесь государственным до прихода к власти Александра Лукашенко. Прошла и весьма остроумная акция. Две девушки в национальных костюмах выкатили тыквы к посольству РФ. В Беларуси, напоминают эксперты, существует обычай, согласно которому, если парень сватается к девушке, но он ей не по сердцу, то девушка к дому несостоявшегося жениха выкатывает тыкву. Наконец, в отличие от прошлых лет, полиция предупреждала митингнующих, что их акция не санкционирована, но к жестким мерам не переходила. А это тоже верный признак, какие политические тренды берут верх в Минске. Где не намерены ни отказываться от лозунга «Живе Беларусь!», ни даже «дарить» его своей оппозиции. Так или иначе, сегодня Москва уже вынуждена «снижать риторику». Еще летом, во врем своей «Прямой линии», Владимир Путин заверял, что вопрос об объединении с Беларусью в одно государство не стоит. Но вот означает ли это, что в Москве действительно отказались от планов «слияния и поглощения» в отношении Беларуси — вопрос открытый. Тем более что в случае с Украиной и Грузией Россия без большого душевного трепета нарушала даже подписанные договоры. А в случае с Беларусью ставки для Кремля весьма велики. Прежде всего, это план «2024». Еще хуже для Москвы, что она рискует потерять своего единственного союзника на западном направлении. При этом именно Беларусь, напомним, имеет сухопутные границы с Литвой и Польшей, и именно с ее территории российские стратеги планировали перерезать «Сувалкский коридор» — сухопутную связь стран Балтии с Польшей и остальными членами НАТО. Вряд ли в Кремле будут спокойно наблюдать, как рушатся стратегические планы на западном направлении.
Другой вопрос, что на фоне стремительного ухудшения отношений РФ со странами Евросоюза есть серьезная вероятность, что и в европейских столицах вспомнят уже подзабытое искусство геополитического соперничества, спрячут поглубже эпитеты вроде «последний диктатор Европы» и начнут активно наводить мосты с Беларусью. Тем более здесь вряд ли «проглотят», если Москва попытается «продвинуть интеграцию» силовым путем.
Впрочем, все это, конечно, догадки, версии и прогнозы. Но вот куда важнее другое. Прежде всего, судьба суверенитета Беларуси — это вопрос, который имеет для Азербайджана далеко не умозрительный интерес. У Баку с Минском налаженное партнерство во многих сферах, в том числе в военно-технической области. И самое главное, нынешние «интеграционные карты» — это еще и яркий пример, можно ли в принципе надеяться сохранить свой суверенитет, соглашаясь на участие в интеграционных проектах России. Из чего нам уж точно стоит сделать выводы.
Нурани, политический обозреватель
