В то время как «другие бывшие советские республики занимаются исключительно построением собственных государств — и пример с развитием Украины с момента обретения ею независимости наглядно показывает, что это оказывается довольно сложной задачей для этих стран, — Россия вот уже почти четверть века пытается стать главной силой на постсоветском пространстве и вновь начать задавать тон в глобальном плане после поражения в холодной войне».
Поначалу, рассказывает журналист, «многие в России некоторое время лелеяли надежду на то, что страна сможет воспользоваться энергетическим бумом для того, чтобы твердо и надолго встать на ноги. Но с начала третьего президентского срока Владимира Путина становится все более ясно, что он упустил шанс модернизировать страну». Происходящее на Украине является доказательством вовсе «не силы России, а, наоборот, ее слабости, поскольку у Москвы кроме банального насилия нет какого-либо иного средства для сохранения своего влияния».
«Из-за вмешательства государства в экономику и не самого лучшего инвестиционного климата российская экономика не показывала особого роста даже до начала кризиса, — продолжает Ханс. — Теперь же, полгода спустя, она вообще показывает отрицательную динамику». Рубль падает, инфляция растет, капитал утекает из страны. Вдобавок ко всем неприятностям «падает цена на нефть, доходы от продажи которой составляют половину российского бюджета». Путин постоянно утверждал, что он избавил россиян от хаоса 90-х годов с их низкими ценами на энергоносители, высокой инфляцией и слабым рублем. Однако теперь, как констатирует издание, они вернулись.
«Для российских граждан ситуация, в свою очередь, выглядит еще более мрачно: власти систематически выдирали, выкорчевывали и отравляли нежные ростки гражданского общества, появлявшиеся после сфальсифицированных выборов 2011 и 2012 годов». Делалось это с помощью управляемого правосудия, податливой Госдумы, принимающей репрессивные законы. А российские спецслужбы, чей конек — запугивать, сеять сомнения и разрушать солидарность, закрепляли эффект.
«Однако даже несмотря на все это, несмотря на высокий рейтинг Путина за 80%, было бы ошибочно полагать, что нынешний режим стабилен», — подчеркивает Ханс, напоминая о том, что смена власти в России всегда происходила неожиданно. «Культ Путина — не что иное, как средство компенсировать традиционное для России сильное недоверие власти».
Тем не менее, столь же неправильно было бы, по мнению автора, и «желать падения Путина, так как нет ни одного признака того, что то, что наступит после Путина, будет в большей степени соответствовать представлениям о свободном, мирном и демократическом государстве». Все демократические и либеральные силы в России были, наоборот, «успешно дискредитированы и маргинализированы», говорится в материале.
