С каждым днем новости, поступающие с Украины, становятся все более зловещими: Москва чрезмерно резко реагирует на слабые попытки Киева восстановить свой авторитет на востоке страны, призывая власти вывести украинские войска из этого региона и, очевидно, закладывая основу для референдума, после которого, возможно, востоку потребуется помощь российских миротворцев. Число жертв этого конфликта продолжает расти. Высказывания России становятся все более резкими. «Киевский режим начал карательную операцию, фактически уничтожив последнюю надежду на жизнеспособность женевских договоренностей», — заявил представитель Владимира Путина.
Возможно, сейчас мы переживаем переломный момент, но даже если это не так, этот момент приближается. Всего один день назад, 1 мая, более 100 тысяч человек с плакатами, на которых было написано «Путин прав» и «Горжусь страной», прошли по Красной площади — это был первый подобный парад на Красной площади с 1991 года. Этот невероятный откат к прошлому стал индикатором того, насколько сильно Россия деградировала при президенте Путине. На следующей неделе в рамках ежегодного военного парада по Красной площади пройдут танки и ракетные установки — к тому времени российские танки, возможно, уже пересекут или начнут подготовку к тому, чтобы пересечь украинскую границу.
Но танки, которые уже успели превратиться в инструмент российской политики, не так важны, как то информационное господство, которое российскому режиму удалось наладить в стране. Первомайская демонстрация стала чрезвычайно важным национальным событием, неотъемлемой частью того неиссякаемого потока образов и высказываний, который в отсутствие какого-либо сопротивления и несогласия полностью изменил отношение россиян к миру.
Россияне утратили ту истину о нациях и национальностях, которую они усвоили в последние 10-летия существования советского режима. Это довольно значительное достижение — заставить россиян вернуться на такую ступень, на которой их отношение к национализму стало еще менее прогрессивным, чем в советские времена. Примерно 60 лет назад Никита Хрущев на 20 съезде Коммунистической партии объявил, что после окончания Второй мировой войны Сталин хотел сослать все население Украины, но ему пришлось ограничиться только полумиллионом человек, потому что переселить всех было не под силу даже ему. В своей речи Хрущев отрекся от варварства Сталина, однако он так и не смог существенно улучшить ситуацию. Политика Москвы несколько изменила свое направление с акцента на слиянии национальностей на идею о возникновении такой единицы, как «советский человек».
К 1976 году представители Ukrainian Helsinki Group уже заявляли о том, что «эта наша государственность является всего лишь миражом на бумаге… и пришло время положить конец непрекращающимся, коварным играм с нашим суверенитетом». Это заявление очень актуально и по сей день. Однако в то время как Советский Союз приближался к своему закату при Михаиле Горбачеве, в среде образованных коммунистов укреплялась идея об опасности русского шовинизма, наряженного в марксистские одежды, который подавляет национальную жизнь в нерусских республиках союза. Тем не менее, идея о вхождении в состав Советского Союза по желанию оказалась обреченной на провал: Россия правила слишком жестко и слишком долго.
Это тот самый урок, который президенту Путину так и не удалось усвоить. Никто не знает, к чему может привести украинский референдум — даже в том случае, если он будет проводиться в соответствии со всеми нормами, без запугиваний, в отсутствии пропаганды и вооруженных сил, собранных у украинской границы. В результатах опросов обязательно найдет отражение гнев в адрес Киева, а также, возможно, склонность к отождествлению себя с русскими, присущие довольно значительному сегменту населения Украины, однако в нем отразится и желание предотвратить формальное или неформальное разделение страны.
Теоретически организовать честный опрос общественного мнения вполне возможно. Мы можем и должны вновь вернуться к условиям женевского соглашения и еще раз попытаться добросовестно их выполнить. Однако конфронтация, к сожалению, уже достигла такой точки, когда это стало практически невозможным. Ответственность за это лежит на обеих сторонах, однако решающим фактором, скорее всего, является желание президента Путина контролировать другие страны бывшего Советского Союза такими способами, которые его предшественникам казались неприемлемыми уже четверть века назад.
