Блиц интервью minval.az с директором российского Института политической социологии, с известным российским политическим экспертом Вячеславом Смирновым:
— Как лично вы относитесь к грядущему Крымскому референдуму? Какими могут быть его итоги?
— Надо понимать, что любой референдум это инструментарий воздействия на общественное мнение, и не всегда точный измеритель этого мнения. Но я думаю, что большинство принявших участие в референдуме, а это в первую очередь пенсионеры, выскажутся за интеграцию с Россией. Но надо учитывать, что крымские татары, да и часть русского и украинского населения Крыма очень не хотят в Россию. Им это просто не выгодно.
— Согласны ли вы с таким предположением некоторых ваших коллег, которые считают, что не получив Крым, Москва теряет Приднестровье?
— Не из-за Приднестровья все это затевалось, да и не очень нужно Приднестровье России. Но, укрепившись в Крыму Россия, бесспорно будет гораздо лучше контролировать в том числе и ситуацию в Приднестровье. Но ключи от экономики Приднестровья в Одессе.
— Какова вероятность серьезной угрозы со стороны крымских татар, которые уже заявляют об опасности джихада против России в Крыму? И есть ли угроза интернационализации кризиса, в частности иностранные джихадисты могут приехать в Крым воевать с Россией (как это было в начале 2000-х в Чечне)?
— Крымские татары мудрый и прагматичный народ. И ортодоксальных исламистов среди них мало. Кроме того местные ваххабиты выступают как раз за интеграцию с Россией. Но если Россия не вспомнит о проекте реабилитации крымских татар который разрабатывался еще комиссией Верховного Совета СССР отношения с крымско-татарским народом выстроить не удастся. Странно, что в Крым зачастили делегации из Татарстана. Крымские татары по языку и культуре ближе к туркам и азербайджанцам, казанские татары для них такая же родня как поляки для русских.
— Может ли российский рубль значительно обесцениться из-за ситуации в Крыму, с учетом того, что в России курсы доллара и евро бьют исторические рекорды?
— Рубль падает, но рядовой россиянин пока этого не чувствует. Посмотрим, как будет складываться ситуация, я думаю, политический кризис ударит и по доллару с евро.
— Решится ли Армения, с присущей ей политикой двойных стандартов, развернуть свой политический корабль в сторону ЕС, особенно на фоне украинских событий?
— В Армении общественность поддерживает присоединение Крыма к России. Да и у Евросоюза из-за Украины нет средств на Армению. Скорее уж она еще больше будет интегрироваться экономически с Россией.
— Какие геополитические процессы могут произойти на Южном Кавказе в ближайшей и среднесрочной перспективе? Будут ли решены конфликты регионального характера. Карабахский в данном случае?
— Будет усиливаться роль Турции и Ирана как региональных сверхдержав. И соответственно усиливаться их влияние на Южный Кавказ. Та же Турция оказывает большое экономическое влияние на Абхазию, турецкий бизнес чувствует себя там как дома. Карабахский конфликт дипломатическими путями не решаем. И чем больше времени проходит с начала конфликта, тем меньше возможностей у Азербайджана вернуть утраченные территории.
— До каких пор продлится сближение ирано-американских отношений, и к чему оно может привести в конечном итоге?
— Нельзя однозначно ответить на этот вопрос. Иран достаточно непредсказуем, да и аравийские монархии крайне заинтересованы в том, что бы американо-иранское урегулирование провалилось. Угроза войны вызвана не столько агрессивной политикой Ирана или претензиями США на роль мирового жандарма, сколько геополитическим противостоянием двух ветвей ислама.
— Сирийская тема несколько притупилась, но все же не дошла до логичного завершения. Чего ждать?
— Сирийская тема это продолжение иранской темы. Если война в Сирии не будет подогреваться извне, то режим Асада устоит и политической влияние Ирана и экономическое влияние Китая в Сирии усилятся.
Тамара Тагизаде
