Кто такая и откуда взялась среди демократов сельская красавица Нармишка доподлинно неизвестная, она мелькала в демократических кругах повсюду, но общалась она в основном с представительницами движения за права женщин. Нармишка была по-своему очень привлекательна и одевалась неординарно: малиновый пиджак, голубые брюки, часто широкая шляпа, из под которой горели томные как летняя ночь глаза, стройная фигура, порывистые движения, заразительный смех… В общем, ни дать ни взять – местная Кармен.
Видимо, Нармишка в то время еще не определилась со своим будущим, а попросту говоря, не знала, куда приткнуться в этой все усложняющейся жизни. Она появлялась на многих общественных мероприятиях, захаживала Нармишка и в Мусават. Она могла, несмотря на возражения очереди и секретарши, стремительно пройти в кабинет генерального секретаря, но вот в кабинет Башкана (председателя) партии ей таким же образом пройти, вероятно, из-за ее легкомысленного облика не удавалось.
Итак, события развиваются в период избирательной кампании 2005 года, когда председатель Мусават – Иса Гамбар проводил предвыборные встречи с избирателями в регионах. Обычно Иса бея для оказания большего впечатления на избирателей сопровождал кортеж из машин, принадлежавших активистам и сторонникам партии. Собрался на этот раз сопровождать Иса бея и наш Исахан Ашуров. Обнаружив, что в машине Исахана есть место, Нармишка юркнула к нему в автомобиль и они в составе кортежа тронулись в путь в северные регионы Азербайджана. Отметим, что Исахан непросто так собрался сопровождать Иса бея, у него был серьезный разговор с председателем партии о тактике и стратегии партии в ходе этих выборов. У него был план…
После трехчасового пути кортеж останавливается для того, чтобы перекусить в придорожном ресторане. Башган и другие важные персоны из кортежа проходят в специально отведенный для них зал. Исахан тоже приглашен и надеется за обедом поделиться с Иса беем своим планом. Он и Нармишка направляются к залу, но тут случается конфуз. Исахана с почетом пропускают и указывают ему на место за общим столом, но вот Нармишку пропустить отказываются, жестами показывая, что не место ей за таким столом. Можно себе представить конфуз, который испытывает Нармишка. Она покорно молчит, но по ее лицу и ссутулившейся вдруг фигуре становится ясно, что внутри у нее все сжалось, что она воспринимает происходящее как жестокое и незаслуженное унижение ее достоинства. В общем, Нармишке стало плохо, и это было всем заметно. Исахан понял, что происходит, извинился перед руководителем протокола и в зал не пошел, а взял Нармишку под руку и увел ее обедать в небольшой кабинет рядом с залом, где они мило беседовали, вероятно, о демократии и правах человека. Возможно, Исахан с терапевтической целью прочел Нармишке свое любимое стихотворение «Женщина в черном», короче, Исахан делал все, чтобы развеять Нармишкину печаль. Нармишке стало немного лучше… Через полчаса из окружения Башгана подошел к ним человек, который еще раз пригласил Исахана в зал, где обедал Иса бей, но Исахан вежливо отказался, сказав, что надеется поделиться с Башганом своим планом в другой подходящий момент… Вскоре, рассевшись по машинам, мусаватисты тронулись в путь, избирательная кампания была на марше…
Исахану так и не удалось поговорить с Башганом ни в этой поездке, ни позже до дня выборов. План Исахана до руководства донести не удалось. Выборы были проиграны, точнее в очередной раз сфальсифицированы. Но одна важная победа все же была достигнута. Достоинство Нармишки было восстановлено.
