Мировым лидерам вскоре предстоит выбрать нового генерального секретаря Организации Объединенных Наций. Кто бы ни занял этот пост, ему придется столкнуться с неприятной реальностью: обещание ООН покончить с бедностью, голодом и болезнями все дальше отодвигается от выполнения, поскольку нынешние лидеры управляют миром в эпоху множащихся и затягивающихся войн, которым не видно конца.
В сентябре 2015 года государства — члены ООН утвердили 17 Целей устойчивого развития (ЦУР), которые предполагалось достичь к 2030 году. Они предусматривали искоренение крайней нищеты, активизацию борьбы с изменением климата, а также достижение целого ряда социальных и экономических ориентиров — при соблюдении принципа «никого не оставить позади». Однако эти обязательства исходили из предположения, что существуют функционирующие государства, международное сотрудничество и системы развития, способные преобразовывать финансовые ресурсы в реальный прогресс.
Вместо этого мир вступил в эпоху нового глобального беспорядка. Государства все чаще пренебрегают законами, безнаказанность усиливается, бюджеты международной помощи сокращаются, а механизмы международного сотрудничества подрываются. Соединенные Штаты, некогда служившие одной из опор глобальной системы, отказались от своей прежней роли. Другие страны, включая Великобританию, также пошли по пути существенного сокращения помощи.
Тем временем сегодня в мире идет больше войн, чем когда-либо со времен Второй мировой войны, и продолжаются они дольше, чем прежде. Более 70% конфликтов, начавшихся с 2020 года, длятся свыше года — по сравнению с 44% в 2000-х годах. Так называемые гражданские войны, то есть вооруженные конфликты внутри государств, все чаще приобретают международный характер вследствие поддержки извне. Согласно «Глобальному индексу миролюбия — 2025» Института экономики и мира, за пять лет, предшествовавших публикации доклада, 98 стран были вовлечены в конфликты за пределами своих границ — против 59 в 2008 году. Вероятность завершения таких интернационализированных войн почти в четыре раза ниже.
Война США в Иране, начатая по собственному выбору Вашингтона, наглядно подтверждает известную истину: начать войну гораздо легче, чем ее закончить. Она также демонстрирует риски вооруженных конфликтов во взаимосвязанном мире. Фермеры и потребители по всему миру расплачиваются за то, что глобальные поставки удобрений и других жизненно важных товаров не могут проходить через Ормузский пролив, который Иран фактически блокирует с февраля.
Цели устойчивого развития, принятые более десяти лет назад, не были рассчитаны на такую эпоху. Показательно, что слово «конфликт» встречается в ЦУР реже, чем слово «рыболовство». Например, и Цель 2 («Ликвидация голода»), и Цель 14 («Сохранение морских экосистем») уделяют внимание рыболовству и рыбакам, однако ни одна официальная задача не посвящена гуманитарной продовольственной помощи либо конфликтам и вынужденному перемещению населения как факторам, провоцирующим голод.
Между тем именно конфликты сегодня являются главным фактором, определяющим возможность достижения практически любой цели в области развития, а также одной из основных причин роста бедности и голода во всем мире.
Еще восемь лет назад Международный комитет спасения (International Rescue Committee, IRC), который я возглавляю, предупреждал, что более 80% нестабильных и затронутых конфликтами государств отстают от графика достижения этих целей, а почти 26 миллионов беженцев фактически остаются за рамками официальных механизмов отчетности. С тех пор положение лишь ухудшилось.
Исследования показывают, что по состоянию на 2021 год вооруженные конфликты замедлили глобальный прогресс в достижении ЦУР на период, эквивалентный 18 годам. Сегодня лишь 15% из 139 целей и задач ЦУР, по которым имеется достаточно данных, выполняются в соответствии с установленным графиком, причем наиболее значительно отстают нестабильные и затронутые конфликтами государства. На эти же страны приходится почти половина всех случаев смерти детей в возрасте до пяти лет.
К 2030 году, как ожидается, более половины всех людей, живущих в условиях крайней нищеты, будут находиться в 20 странах, включенных в опубликованный в этом году список чрезвычайных ситуаций IRC — Emergency Watchlist. На эти государства приходится всего 12% населения планеты, но при этом 89% всех людей в мире, нуждающихся в гуманитарной помощи. Достижения целого поколения в сфере развития оказались утрачены из-за бесконечных войн.
Пока эскалация с применением жесткой силы берет верх над миротворчеством и усилиями по построению мира, человеческое развитие неизбежно будет оставаться на втором плане мировой повестки. Однако даже в этих условиях международное сообщество способно сделать гораздо больше для поддержки людей, оказавшихся в зоне конфликтов. Среди предложений, изложенных в новом докладе IRC, особенно выделяются два приоритетных направления.
Во-первых, в оставшиеся до 2030 года годы международному сообществу необходимо предельно сосредоточиться на конкретных результатах и практических действиях. Миру не нужен очередной раунд деклараций — необходимо финансировать меры, эффективность которых уже доказана в наиболее сложных условиях.
Например, денежная помощь позволяет перемещенным семьям избежать крайней нужды и быстрее восстановить нормальную жизнь по сравнению с помощью в натуральной форме. При том же объеме финансирования она также позволяет охватить миллионы дополнительных получателей и обеспечивает около двух долларов дополнительной экономической активности на местном уровне на каждый доллар предоставленной помощи.
Мы также знаем, как проводить вакцинацию там, куда не способны добраться традиционные системы здравоохранения. Привлечение медицинских работников на уровне местных сообществ для лечения недоедания с использованием одного жизненно важного продукта — например, готового к употреблению лечебного питания — вместо требования, чтобы семьи добирались до удаленных медицинских учреждений, зачастую через опасные районы, затронутые конфликтами или наводнениями, может снизить расходы на лечение одного ребенка примерно на 20%.
Организации гражданского общества и гуманитарные структуры продолжают обеспечивать работу жизненно важных служб там, где государственные системы фактически разрушены. Тем не менее международная система финансирования по-прежнему относится к этим организациям, выполняющим роль своего рода амортизаторов кризиса, как к временным субподрядчикам, а не как к ключевым партнерам по оказанию услуг.
Правительствам, Всемирному банку, Глобальному альянсу по вакцинам и иммунизации Gavi и другим многосторонним институтам следует упростить доступ доказавших свою эффективность организаций к финансированию и реализации программ, направляя ресурсы тем партнерам, которые демонстрируют конкретные результаты, способны быстро охватывать нуждающихся и эффективно распоряжаются средствами.
Вторая задача заключается в разработке системы, которая придет на смену ЦУР. Она должна быть более узкой и сосредоточенной прежде всего на борьбе с бедностью и голодом, здравоохранении и образовании в нестабильных и затронутых конфликтами государствах. Кроме того, необходимо предусмотреть отдельную цель, направленную на сокращение числа нападений и поддержку работников на передовой, а также жизненно важных служб.
Сообщества, живущие в зонах конфликтов, и наиболее нестабильные государства мира должны оказаться в центре следующей глобальной повестки, а не на ее периферии.
Особенно важно, чтобы новые цели были четкими и количественно измеримыми. Необходимо оценивать, получают ли дети в зонах конфликтов необходимые вакцины, продолжается ли лечение недоедания во время войны, имеют ли перемещенные семьи доступ к денежной помощи и социальной защите, продолжают ли работать школы и медицинские учреждения.
Нападения на больницы и гуманитарных работников необходимо отслеживать с той же тщательностью, с какой измеряется экономический рост. То, что не измеряется, слишком легко остается без внимания.
Следующему генеральному секретарю ООН предстоит сделать выбор: продолжать оценивать выполнение мировых обещаний с помощью системы, которая уже не соответствует реалиям современного мира, или перестроить ее, исходя из того факта, что рост числа вооруженных конфликтов является одной из главных причин, по которым цели развития невозможно реализовать в их нынешнем виде.
Первоначальное обещание «никого не оставить позади» остается правильным. Но выполнить его сможет лишь модель, которая отражает реальность.
