США последовательно расширяют экономическое давление на Иран, переходя от банковского сектора к гражданской авиации. Новые ограничения затрагивают не только международное авиасообщение Ирана, но и повседневную жизнь граждан, а также логистические возможности Тегерана. На этом фоне ряд стран региона уже ограничивает авиасообщение с Ираном, в том числе Азербайджан.
О том, насколько болезненным для Тегерана может стать новый этап санкционного давления, почему ограничения затрагивают интересы не только иранских властей и какое место в этой ситуации занимают Азербайджан, Турция, Россия и Китай, Minval Politika поговорил с политологом Фуадом Хаимовым.
По словам эксперта, нынешние ограничения следует рассматривать как последовательное расширение американского санкционного давления, цель которого — вынудить Тегеран вернуться за стол переговоров и принять условия Вашингтона.
«США начали вводить против Ирана экономические санкции для того, чтобы вынудить их сесть за стол переговоров и принять американские условия мирного договора. Постепенно будут вводиться все новые и новые экономические санкции. Началось это все с банков, а сейчас уже перешло на ограничения против авиации, гражданской авиации», — отметил Хаимов.
Он считает, что ограничения в отношении авиационного сектора способны осложнить и деятельность связанных с Ираном прокси-сил. По мнению политолога, одна из ключевых проблем заключается в сокращении возможностей для перемещения денежных средств: «Если смотреть со стороны поддержки прокси-сил, то да, их обеспечение усложняется, так как основное спонсорство, конечно же, организуется за счет наличных средств. Наличность уже не сможет так быстро поступать прокси-силам иранцев».
При этом последствия новых ограничений, по словам эксперта, будут ощущаться не только на уровне иранских властей или связанных с ними структур. Под ударом окажется и часть населения страны, для которой международные авиаперевозки были важным инструментом поддержания связей с внешним миром.
«Если смотреть, как это повлияет на население Ирана, то тоже очень плохо, так как люди не смогут уже вести деловые поездки, не смогут посещать своих родственников, которые живут за границей», — отметил Хаимов.
Он обратил внимание и на специфику региональных авиамаршрутов. По словам политолога, иранцы использовали Турцию и Азербайджан в том числе как транзитные направления для дальнейших поездок в Европу и США.
Говоря о решениях стран региона ограничить авиасообщение с Ираном, Хаимов связывает их не только с непосредственными последствиями санкционной политики США, но и с пониманием того, что Вашингтон может продолжить расширять ограничения.
«Все эти страны, в том числе Азербайджан, понимают, что это только маленькая доля экономических санкций, а также понимают, что для США решение иранской проблемы является первоначальной, то есть главной проблемой. И не хотят портить отношения с Вашингтоном», — считает политолог.
По его словам, региональные государства также учитывают возможность дальнейшего ужесточения американских ограничений.
«Эти страны прекрасно понимают, что пойдут дальнейшие санкции, и вопрос будет стоять все жестче, вплоть до полного отказа в торговле с Ираном. Конечно, чтобы не допустить такого сценария, принимается политика США», — сказал Хаимов.
Вместе с тем эксперт считает, что Азербайджан и Турция рассчитывают на дипломатическое решение проблемы, и что до введения наиболее жестких ограничений Тегеран и Вашингтон смогут прийти к договоренности.
«Так как основная торговля Азербайджана и Ирана идет через сухопутную границу, включая железнодорожные и автотранспортные перевозки, то связь между Ираном и Азербайджаном пострадает не сильно», — считает политолог.
Отдельно Хаимов остановился на роли России и Китая. По его словам, зависимость Ирана от Китая сформировалась еще до нынешнего этапа санкционного давления, причем Пекин играет здесь значительно более важную роль, чем Москва.
«На данный момент, еще до введения таких санкций, Иран уже был практически полностью зависим от Китая. В меньшей степени от России, в большей степени от Китая. Только Россия и Китай могут сейчас идти против политики США, вопреки политики экономических санкций против Ирана», — заявил эксперт.
Таким образом, дальнейшее ужесточение американских ограничений, по его оценке, может еще сильнее привязать Иран к двум крупнейшим государствам, которые сохраняют готовность продолжать сотрудничество с Тегераном.
Однако наиболее серьезные последствия санкционной политики Хаимов связывает уже не только с отдельными секторами экономики, а с общим состоянием иранской финансовой системы. Он указывает на динамику курса национальной валюты, проблемы во внешней торговле, инфляцию и необходимость постоянного вмешательства регулятора для поддержания курса.
«Мы уже сейчас видим, какой курс доллара в Иране, как он поднимается. Мы видим трудности торговли Ирана с другими странами. Мы видим экономическое состояние населения. Мы видим уровень инфляции внутри Ирана», — отметил политолог.
По его словам, иранский финансовый регулятор вынужден предпринимать дополнительные меры для поддержки национальной валюты, однако эффективность этих действий может снижаться по мере усиления санкционного давления. В этой связи эксперт допускает крайне тяжелый сценарий для иранской экономики.
«И Иран может ждать экономический коллапс. И это будет самый опасный период противостояния Ирана против арабских стран, против США, против Израиля», — заявил он.
По мнению Хаимова, именно экономическое давление в определенный момент может повлиять и на дальнейшую внешнюю политику Тегерана. Эксперт считает, что в случае резкого ухудшения экономической ситуации Иран может пойти на дальнейшее ужесточение своей политики в регионе.
«В этом случае Ирану, по сути, может не остаться другого инструмента, кроме проведения более жесткой военной политики, особенно в отношении арабских стран, чтобы усилить нестабильность в регионе и тем самым добиться давления со стороны международного сообщества на США с целью заключения необходимых соглашений и ослабления экономических санкций против Ирана», — резюмировал политолог.
