Президент США Дональд Трамп вновь поставил под вопрос степень солидарности внутри НАТО, заявив, что союзники должны поддержать Вашингтон в ситуации вокруг Ирана. По его словам, Штаты уже оказали помощь союзникам в вопросе Украины, несмотря на удалённость конфликта, и теперь хотят увидеть взаимность. В противном случае, по его словам, будущее альянса может оказаться «мрачным», что фактически ставит перед партнёрами США вопрос о готовности отвечать на вызовы безопасности за пределами Европы.
Заявление Трампа вызвало дискуссию о том, насколько подобная риторика соответствует самой логике существования НАТО и может ли она привести к усилению давления на европейских союзников. Германский политолог и журналист Евгений Кудряц в комментарии для Minval Politika отметил, что слова американского лидера действительно могут рассматриваться как форма политического давления на союзников.
«Да, такая интерпретация возможна. Риторика Трампа нередко строится на логике транзакционного союзничества. Союзники должны подтверждать лояльность и вклад, иначе США могут пересмотреть степень своих обязательств в НАТО. Это не формальный ультиматум, однако можно говорить о возможном политическом давлении», — отметил эксперт.
При этом Кудряц обратил внимание на то, что решение о начале военной операции против Ирана принималось Вашингтоном без согласования с союзниками по альянсу: «Трамп, начиная войну в Иране, не советовался с союзниками по НАТО. Это было его единоличное решение. И, как мы видим, довольно-таки опрометчивое, судя по тому, что в конфликт были втянуты другие страны Персидского залива. Так что союзники вполне могут сказать: ты действовал самостоятельно, и вся ответственность за данную операцию, или её можно уже назвать войной, лежит на Соединённых Штатах в лице Дональда Трампа».
Политолог также отметил, что подобная риторика лишь частично соответствует изначальной концепции НАТО как оборонительного союза.
«К сожалению, это слабо соответствует, потому что НАТО, как организация, создавалась в качестве системы коллективной обороны по принципу пятой статьи устава блока. Использование альянса как инструмента поддержки операций, не связанных напрямую с обороной членов блока, всегда вызывало споры внутри союза», — пояснил он.
По словам Кудряца, пятая статья устава НАТО предполагает коллективную реакцию в случае прямого нападения на одного из членов альянса.
«Но в данном контексте это можно интерпретировать по-разному, потому что прямого нападения на страны НАТО нет. Хотя были случаи обстрелов той же Турции и других членов альянса, что можно косвенно назвать угрозой. Это вопрос интерпретации», — отметил собеседник.
Отдельное внимание политолог уделил упоминанию Трампом помощи Украине, которое, по его мнению, также может рассматриваться как элемент давления на европейских партнёров.
«Связывание помощи Украине с другими геополитическими задачами можно рассматривать как способ заставить европейцев активнее участвовать в американской стратегии и делить финансовую и военную нагрузку», — считает аналитик.
При этом эксперт подчеркнул, что конфликты вокруг Украины и Ирана напрямую не связаны, однако американская администрация может использовать эту параллель как аргумент в политических дискуссиях.
«Учитывая роль Америки в помощи Украине, вернее, её отсутствие в определённый период, здесь, конечно, просматривается связь. Трамп, естественно, будет давить на эту сторону и связывать эти два не связанных между собой кейса», — убежден Кудряц.
Говоря о возможной реакции стран НАТО на призыв Вашингтона поддержать противостояние с Ираном, эксперт считает, что внутри альянса может сформироваться неоднородная позиция.
«Скорее всего, США поддержит Великобритания, несмотря на критику Кира Стармера со стороны Трампа, Польша, возможно, Нидерланды, а также некоторые страны Восточной Европы», — указал он.
В то же время ряд крупных европейских государств, по мнению политолога, будут занимать более осторожную позицию: «Кто будет осторожен или дистанцируется — это Германия, Франция, Италия, а также Турция. У них разные причины избегать прямой конфронтации с Ираном, и этот прогноз основан на их прошлой позиции по иранской ядерной сделке и операциям США на Ближнем Востоке».
Кудряц также напомнил о позиции германского руководства: «Что касается непосредственно Германии, то канцлер Фридрих Мерц однозначно высказался о том, что Германия не собирается принимать активное участие в этой иранской операции».
По словам политолога, заявления Вашингтона могут быть использованы иранским руководством для усиления внутренней мобилизации.
«В Иране, скорее всего, они будут рассматриваться как подтверждение угрозы со стороны США и попытки мобилизовать союзников против Тегерана. Это может усилить антиамериканскую риторику внутри страны и укрепить аргументы иранского руководства в пользу усиления оборонительных и региональных возможностей», — считает аналитик.
При этом он указал на возможные внутренние противоречия в иранской политической элите: «Мы сейчас видим, что в самом руководстве Ирана нет единства. Можно сказать, намечается раскол».
По словам эксперта, дополнительную интригу в этой ситуации вызывает вопрос о местонахождении нового верховного лидера Ирана.
«Особую пикантность ситуации добавляет то, что непонятно, где находится сын Хаменеи — Моджтаба Хаменеи. По некоторым неподтверждённым данным, он находится в Москве. Пока ситуация абсолютно неясная, потому что нет ни подтверждений, ни опровержений, и иранская, и российская сторона, конечно, молчат», — резюмировал Кудряц.
