Официальный Ереван переживает нелегкие дни, и вся тяжесть неопределенности по-прежнему ложится на премьер-министра Никола Пашиняна. С него спрос не только за военное поражение, но и за будущее.

Оппозиция, церковные деятели, лидеры всевозможных армянских союзов в других странах все еще в ударе, и включают новые скорости требований о незамедлительной отставке действующего кабинета. Однако, требуя ухода премьера, они никак не могут предложить что-либо дельное обществу, сомневающемуся электорату, да и самим себе.

Номер с Вазгеном Манукяном уже на старте дал трещину, продемонстрировав, насколько политический кластер обескровлен и пуст. На поверку не видно более или менее дееспособных политиков новой волны, которые могли бы взять на себя ответственность, чтобы предложить стратегию направленных мер и развернуть Армению в сторону ясности и антикризисного позиционирования.

Реакция общества на вариант с Манукяном оказалась не то чтобы вялой, она вызвала полнейшее безразличие. Пока на этом поприще продолжаются безуспешные эксперименты выдохшихся политических организаций, вакуумным состоянием пользуется Никол Пашинян.

Пошел второй месяц после капитуляции, и премьер своими действиями показывает, что война для страны была безнадежным делом, стало быть, главным на сей момент являются маневры. Премьер с командой охотно перебирает варианты, лавируя на сузившемся поле.

Сказать, что чувствует себя вольготно, неверно. Однако это не мешает осторожно перебирать оставшиеся альтернативные шаги, чтобы занять пытливую массу, да не утратить контроль за положением.

Его заявления относительно готовности выстраивания отношений с Азербайджаном и Турцией вписываются в здравый контекст, тем более турецкий лидер после обсуждений с президентом Ильхамом Алиевым предпосылок создания платформы шести в регионе, предоставил шанс Еревану. Армянская власть приобрела карт-бланш, заодно и возможность не потерять лицо и начать новый этап стараний ради поднятия страны с колен.

Но не прошло и недели после озвучки премьером обнадеживающей мысли о перемирии, как Пашинян обратился в ОДКБ в связи с опасениями, связанными «с возможным нападением Азербайджана на Зангезур (Сюникскую область)».

Глава армянского кабинета посвятил неожиданно возникшей проблеме повестку экстренного заседания совета безопасности. До того в прессе замаячили сообщения о намерении Азербайджана построить военные объекты на своей территории вдоль армяно-азербайджанской границы.

В Армении профильные действия Баку воспринимают не иначе, как приготовления к новой войне, хотя Азербайджан ни разу за всю историю двусторонних отношений не нападал на Армению. У Баку имеются все основания предпринимать превентивные меры как минимум для предотвращения провокаций, которые за последние годы стали постоянными спутниками приграничной жизни.

У Армении богатый послужной на неадекватные и преступные действия. Сразу после обретения независимости в 1918 году, Армения, не мешкая, объявила войну Азербайджану на базе безосновательных территориальных претензий. Будучи в составе СССР, вела необъявленную войну против восточного соседа, используя практику ползучей аннексий вдоль границы.

А в период заката советской системы в открытую пошла войной на Баку, и тридцатилетние мытарства завершились полной победой Азербайджана. Собственно, по-другому быть не могло.

Но что же теперь вынуждает Ереван снова стучаться в двери ОДКБ, коль Баку дает сигналы о готовности к мирному сосуществованию?!

Армения выработала свой военно-технический ресурс, и будучи в плачевном экономическом состоянии, по логике должна отказаться от агрессивной политики и перестроиться на волну здравого рассудка. Коль перманентное противостояние ничего позитивного не принесло, значит, нужно отказаться от провальной человеконенавистнической идеологии в пользу мирного сосуществования.

Обращение к ОДКБ следует рассматривать, как новую заявку Еревана, в которой Армения, испробовав возможности сближения с Западом, осталась с носом, и осознала, что без России ей уж никак.

Помнится, в 2013 году, когда экс-президент Серж Саргсян воспылал вдруг любовью к Европейскому Союзу, выказав готовность заключить с Брюсселем ассоциированное соглашение о партнерстве, реакция Москвы не заставила себя ждать. Саргсян был вызван на ковер.

В первопрестольной ему простенько объяснили, что он волен заключать любые соглашения с кем угодно и как угодно, но после, если возобновятся военные действия в Карабахе, придется позабыть о помощи Москвы.

Не солоно хлебавши, Саргсян вернулся домой, но спустя год все же добился согласия Кремля на подписание усеченного соглашения с ЕС. Фактически Ереван подписал выхолощенный документ, вверив вопросы безопасности Москве, и заручившись согласием ЕС относительно выстраивания новых экономических отношений.

Корявая многовекторность Еревану ничего полезного не принесла.

Пашинян сегодня продолжает маневры, добиваясь наработки запаса прочности в лояльности России. По факту Москва продлила ему политическую жизнь и не дала на съедение своим пасынкам вроде Ванецяна, Тонояна и прочих фигур, которые не скрывали своей пророссийской ориентации.

Подписанием трехстороннего заявления совместно с президентами Ильхамом Алиевым и Владимиром Путиным, он выкупил себе индульгенцию.

Новым обращением в ОДКБ он идет на пролонгацию спасительной статьи, заодно показывая внутренней оппозиции, что открывает новую страницу в отношениях со стратегическим союзником, избавившись от прозападных соблазнов.

Это объясняет, почему Пашинян на заседании совета безопасности опроверг слухи о том, как Азербайджан обостряет ситуацию, провоцируя эскалацию. Но обращение все же сделал, на всякий случай, добавив, что страна должна быть готова к любому развитию ситуации.

Война закончилась, а маневры продолжаются, и судьбу Пашиняна предопределят уже не пустые ходы, а выверенные шаги на пути к преодолению причин, приведших Армению в опустошенное состояние.

Если премьер выдержит напор оппонентов и выведет государственный корабль из штормовой зоны, сможет доказать, что, будучи безуспешным главнокомандующим, является эффективным антикризисным менеджером.

Для этого будет крайне важно провозгласить свободу от идеологии постоянной вражды с соседями. Сможет ли? Вот это вопрос.

Тофик Аббасов

Minval.az