Не успел российский глава Владимир Путин объявить о начале перемен в стране и институциональных изменениях, как антимосковская фронда зарубежья встала на дыбы. Она громит сформулированную главой РФ программу изменений.
Анонсы Путина о конституционных реформах вызвали шквал сомнений и критики западных институтов, словно, давая понять, будто в России по определению не может произойти ничего конструктивного. В общем, штатная ситуация.
Но на этот раз басовому хору русофобов подпевает армянский фальцет, да таким остервенением и злобой, что не сказать, что Россия остается гарантом безопасности Еревана.
Критическая волна, захлестнувшая армянские общество, СМИ и регулируемая экспертными центрами, возникла не стихийно. Ее экстренно смоделировали прозападные политические круги страны, в среде которых провластные силы играют ведущую роль.
Состоящие на службе армянской власти медиа структуры злоречиво комментируют основные детали и видения российского президента относительно предстоящей конституционной реформы.
Пафос комментариев сводится к мысли, будто Москва на крутом изломе повторяет армянскую модель нововведений, и что попытки вдохнуть жизнь в российскую экономику и социалку обречены на провал.
Проницательные мыслители утверждают, будто конструкция смены власти в Армении, в результате которой Никол Пашинян сменил Сержа Саргсяна, была проектом Москвы. Получается, что российские политтехнологи совершили обкатку своей новой модели на армянской ниве и, заполучив не очень утешительные итоги, ныне подлаживают разработку под собственные потребности.
В широком спектре злопыхательских воззрений, которые гордо выдаются за прагматичные прогнозы, сущим антигероем выставляется Владимир Путин, человек, так много сделавший для безопасности современной Армении и стойко уберегающий ее от возмездия Азербайджана.
В большинстве своем все ведущие аналитики и политические фигуры сходятся во мнении о тщетности стараний Владимира Путина, который-де решает не общенациональные, а корпоративные задачи по сохранению своего места в политической власти.
Идея расширения полномочий Государственного совета, с которым выступил российский президент, по мнению армянских аналитиков, призван сохранить путиновскую монополию на власть, и это же должно усложнить задачи преемника хозяина Кремля в будущем.
В потоке воспроизводимой геополитической пошлятины, выдаваемой за истину в российских реалиях, профилирует мысль, согласно которой Армения чуть ли не является основной геополитической площадкой для российской элиты, которая питает интеллектуальные силы России бесценным опытом, а также теоретическими и практическими навыками в государственном управлении.
Согласно легковесным выводам провидцев, Россия извлекла ценные уроки из опыта Армении, потому Кремлю с его политехнологическим авангардом удастся стать более маневренными и расторопными и избежать фатальных промахов, которыми отметились армянские реформы.
Отдельные армянские светочи вообще утверждают, будто идея создания государственного совета, как органа, призванного малой кровью разрядить кризисную среду, родом из армянской политтехнологической среды. Окружение российского президента потому и вооружается этой моделью, чтобы преодолеть трудный этап с наименьшими потерями, а еще нарастить запас прочности для неотложных политических, экономических и военных задач.
Квинтэссенцией же воззрений противников Кремля можно считать вывод, согласно которого Россия в настоящем страна, безудержно приближающаяся к критической черте, и во всех ее бедах виноват не кто иной, как сам Владимир Путин.
Критики Москвы выводят дискурс о завершении эпохи Путина. Утверждается, будто наступает конец прокремлевской олигархии, потому глава российского государства решил пожертвовать правительством, и в этом проявляется порок президентской формы правления.
Сторонники Никола Пашиняна выражают твердое убеждение, будто Россия обречена на разворот в сторону демократии, иначе ей не одолеть длящийся не один год экономический спад.
Прогнозы армянских светил не оптимистичны потому, что дорога к демократии лежит через возрождение культуры и отказ от политики колониализма. В качестве примера подражания приводится опыт Великобритании середины прошлого века, когда Лондон усилиями Уинстона Черчилля волевым образом отказался от колониализма и дал свободу заморским владениям.
Намек более чем откровенный. Армянские технологи не видят предпосылок, чтобы Москва отказалась от имперских амбиций. В Ереване считают, что российская элита не пожертвует политикой диктата в отношениях с союзниками.
Одним словом, Москва, которая тонет в море кризиса, тащит за собой Армению, и если бы не унизительная зависимость от влиятельного союзника, Ереван смог бы покончить с плачевным положением собственными силами.
Предрекая России вырождение без войны, армянские эксперты не замечают собственной трагедии, когда страна, ведя необъявленную войну против Азербайджана, потеряла лицо, утрачивает стратегические значения, но при этом предлагает России панацею от бед. Коль так, то зачем же замалчивать собственную проблематичность?
В январе 1977 года группа армянских террористов во главе с Затикяном устроила в Москве серию взрывов в метро, гастрономах и многолюдных местах, приведших к гибели ни в чем неповинных людей. То были акты мести против страны и ее титульного народа, который радикалы обвиняли в угнетении армянского народа.
По факту террористы замахнулись на жизнь людей, чьи предки двести лет назад заселили тюрконаселенные земли Кавказа пришлыми хаями.
Вот такая глубинная благодарность за исторические заслуги и за помощь, в результате которой Ереван продолжает ненавидеть русский народ, злоупотребляет его благосклонностью ради осуществления фашистской идеологии. Как результат, армяне остаются приверженцами агрессивной оккупационной политики, представляя опасность для всех, для всего сообщества.
Эта неоспоримая данность и есть ключ к пониманию ситуативности, когда культуру в ее широком понимании подминает под себя чернь, для которой не существует понятий благородства, благодарности и гуманизма.
Тофик Аббасов, аналитик
