Что обозначила встреча министров иностранных дел Азербайджана и Армении в Брюсселе?
Какие вопросы обычно задают соискателям при собеседовании, предшествующем приему на новую работу? Конечно, интересуются профессиональными навыками, образованием, опытом работы…В бакинских офисах нефтяных компаний, подустав от того языка, который в советской школе именовался английским и который весьма отдаленно напоминал тот язык, на котором изъяснялись жители Лондона и Нью-Йорка, задавали вопрос: «Родной язык вашего педагога английского языка?» Не менее традиционным считается и другой вопрос: «Умеете ли вы работать в команде?».
Какие вопросы задают на собеседовании при приеме на работу в МИД Армении, утверждать не беремся. Как и проводят ли там вообще собеседование и интересуются ли профессиональными навыками своих действующих и будущих сотрудников или же решения принимают, исходя из совершенно других реалий. Но это ведомство просто не устает удивлять наблюдателей своими перлами.
Вот, к примеру, в Брюсселе на полях саммита НАТО прошли переговоры министров иностранных дел Азербайджана и Армении Эльмара Мамедъярова и Зограба Мнацаканяна. Встреча продолжалась около четырех часов. Она прошла с участием сопредседателей минской группы ОБСЕ — Игоря Попова (Россия), Стефана Висконти (Франция) и Эндрю Шофера (США), а также личного представителя действующего председателя организации Анджея Каспшика. Ей предшествовала отдельная встреча главы МИД Азербайджана с международными посредниками.
Сами посредники проинформировали:«Министры договорились вновь встретиться в ближайшем будущем под эгидой сопредседателей. В Брюсселе министры обменялись мнениями относительно текущей ситуации в зоне карабахского конфликта и обсудили следующие шаги для участия в основных переговорах. Стороны также рассмотрели несколько вопросов, включая ряд возможных мер по укреплению доверия».
А вот МИД Армении выпустил по поводу брюссельских переговоров собственный пресс-релиз, где изрек: встреча, дескать, носила ознакомительный характер.
Здесь, конечно, самое время спросить: это они серьезно? 4 часа переговоров — не многовато ли для «ознакомительной встречи»? Если речь идет о личном знакомстве нового главы МИД Армении со своим коллегой из Азербайджана и сопредседателями, то на это не требуется столько времени. Можно, конечно, предположить, что новоиспеченного главу армянской дипломатии просто вводили в курс дела. Но…ладно, если бы Армения, например, решила поддержать Аргентину в споре за Фолклендские острова, и Зограб Мнацаканян в в ходе подробной беседы со своими коллегами в Буэнос-Айресе знакомился с положением дел в районе этого архипелага. Но Карабах? Главная тема для армянской дипломатии? Неужели во всем МИДе Армении не нашлось никого, кто подготовил бы для начальства соответствующую справочку? Да и вряд ли Зограб Грачевич ну настолько не в курсе, чтобы ему четыре часа совместными усилиями пришлось растолковывать, о чем идет речь на переговорах. Мнацаканян, напомним, пришел на пост главы МИД не с вузовской кафедры и не из исследовательского центра — он был постпредом Армении в ООН.
Другой вопрос, что на самом деле МИД Армении при помощи таких неубедительных формулировок, по всей видимости, пытается прикрыть нечто весьма неприятное для официального Еревана. В самом деле, как сообщил журналистам пресс-службы МИД Азербайджана Хикмет Гаджиев, министры иностранных дел Азербайджана и Армении Эльмар Мамедъяров и Зограб Мнацаканян обсудили в Брюсселе на своей первой встрече очередные шаги для достижения продвижения в переговорах по урегулированию карабахского конфликта. По его словам, «в ходе встречи был обстоятельно обсужден переговорный процесс по урегулированию карабахского конфликта и отмечено продолжение существующего формата переговоров. Кроме того, состоялся обмен мнениями об очередных шагах с тем, чтобы повести процесс переговоров вперед». Гаджиев также добавил, что на встрече был обсужден план деятельности сопредседателей минской группы ОБСЕ, выполняющей посредническую миссию в урегулировании карабахского конфликта.
И вот эта фраза: «Отмечено продолжение существующего формата переговоров» — заслуживает самого серьезного внимания. Напомним: вскоре после победы своей революции Никол Пашинян громко обещал, что Армения отныне не будет вести никаких переговоров «от имени Арцаха», и говорить отныне надлежит исключительно с персонами вроде Бако Саакяна…А теперь выходит, что Зограб Мнацаканян эту инициативу премьер-министра, мягко выражаясь, похоронил и выступил за продолжение переговоров в прежнем формате. В лучшем случае Пашинян и сам понял, что его инициатива попросту подрывает диалог, а в нынешних условиях это для Армении слишком опасная игра. В худшем, имела место очередная рассогласованность команды Пашиняна по принципу «премьер в лес, МИД по дрова». И не исключено, что Зограб Грачевич просто просчитал риски лучше Никола Воваевича. А МИД Армении в меру способностей попытался изобрести пресс-релиз, чтобы прикрыть сам факт дипломатического отступления.
Мотивы ереванских дипломатов, честно говоря, можно понять. В самом деле, внутриполитическое положение Никола Воваевича становится все более шатким. «Заряд популизма» на исходе. Громкие аресты и демонстрация изъятых в домах и на дачах коррупционеров золотых пистолетов ожидаемого эффекта не дают. Не сработала даже главная задумка — с отправкой сына премьер-министра Ашота Пашиняна служить в Карабах. На ереванских кухнях не заблуждаются: во-первых, на линии фронта Пашинян-младший вряд ли появится — скорее всего, отсидится в Ханкенди. И устроенное шоу на сборном пункте еще не означает, что все «армейские» проблемы в Армении решены настолько, что премьер отправляет служить своего сына «наравне со всеми», что тушенку и трусы там уже не воруют, а солдат не бьют. В такой ситуации признавать свою «частичную дипломатическую капитуляцию» Николу Воваевичу точно не с руки. Вот и приходится изобретать успокоительные пресс-релизы, как и в случае с Гызылгая-Гюннютской операцией. Где Армении тоже очень не хотелось признавать свое поражение.
Другой вопрос, как долго в Ереване рассчитывают обманывать аудиторию (и себя заодно) при помощи таких вот дешевых трюков. Следующую встречу министров уже не получится назвать «ознакомительной» или «предварительной». Переговоры — неплохая гарантия безопасности, но только в том случае, если это переговоры по существу, а не тактика, которая на бытовом уровне называется «тянуть резину». В Баку уже дали понять: если переговоры не дадут результата, наша страна оставляет за собой право на военное решение. И да, еще апрельские бои 2016 года показали, что военное решение конфликта в пользу Азербайджана вполне возможно. Попытки «раскачать ситуацию» в нашей стране тоже не дали и не дадут результата. И вряд ли появление Ашота Николовича в Карабахе настолько увеличит боеспособность армянской армии, что там уже могут не опасаться ни «Полонезов», ни беспилотников.
И вот на этом фоне в ходе состоявшейся в Брюсселе встречи с президентом Латвии Раймондсом Вейонисом премьер-министр Армении Никол Пашинян уверял: дескать, любая попытка военного решения конфликта станет посягательством на демократию и вновь слезно умолял мировое сообщество вмешаться на стороне Армении. Возможно, еще недавно кому-то это могло показаться выигрышным ходом. Но сегодня напоминает безнадежный «маневр отчаяния».
Нурани, политический обозреватель
