Возможна ли российско-турецкая конфронтация вокруг Азербайджана и будет ли Кремль пытаться дестабилизировать ситуацию в соседней стране, если поймет, что в Баку не собираются отказываться от дружеских отношений с Турцией? Еще недавно этот вопрос казался риторическим. Если в первые годы восстановленной азербайджанской государственности мы могли наблюдать колебания в сторону Москвы или Анкары, то при Гейдаре Алиеве определился курс, который позволил стране балансировать – с большим или меньшим успехом – между двумя полюсами влияния. В этом смысле “сбалансированную” азербайджанскую внешнюю политику можно было сравнить с “разновекторной” украинской – когда Киев балансировал между Россией и Западом. Но Баку был куда в более преимущественном положении, чем Киев. Потому что антагонизм в подходах и амбициях между Россией и Западом определялся всегда и было ясно, что любой “перекос” в сторону Запада вызовет в Москве раздражение и даже готовность действовать – как, собственно, и произошло после Майдана 2013-2014 годов. А между Турцией и Россией никакого антагонизма не наблюдалось. И если Сулейман Демирель и Борис Ельцин на определенном этапе российско-турецких отношений еще могли ощущать конкуренцию влияния, то их преемники Реджеп Тайип Эрдоган и Владимир Путин были скорее союзниками – во всяком случае, в представлении о роли своих стран, о “красных линиях” для Запада, о возможностях общества и оппозиции.
Кто мог предположить, что сирийские амбиции Путина заведут его так далеко и уничтожат это взаимопонимание? И кто мог подумать, что сбалансированная внешняя политика Азербайджана неожиданно станет главной опасностью для его будущего? Потому что если еще вчера основной внутренней проблемой властей были оппозиционеры – а это, как известно, не самая большая проблема в такой стране, как Азербайджан, то сегодня основной проблемой власти стала сама власть. За годы сбалансированной внешней политики Азербайджана в этой самой власти оформились группы политиков, ориентированных как на Турцию, так и на Россию. Они связаны с этими странами не только общей политической философией, но и банальными бизнес-интересами. О людях, которые просто работают на Россию, я уже и не упоминаю. Такие всегда выявляются при кризисе отношений с Москвой даже в самых авторитарных странах – причем среди самых преданных первому лицу людей. Напомню, как после разрыва со Сталиным маршал Тито обнаружил в руководстве Югославии настоящую советскую агентуру из своих соратников. А потом “зачищали” политбюро от агентов Кремля албанский диктатор Энвер Ходжа, северокорейский вождь Ким Ир Сен, китайский “великий кормчий” Мао Цзэдун. Из недавнего – бегство в Москву Виктора Януковича и его ближайших соратников, оказавшихся российскими гражданами – а среди них были бывшие премьер-министр, министр обороны, глава Службы безопасности. Впрочем, зачем такие далекие примеры? Именно в Москве нашли в свое время убежище и первый президент независимого Азербайджана Аяз Муталибов, и первый премьер Гейдара Алиева Сурет Гусейнов, и многие другие опальные азербайджанские чиновники.
Именно поэтому Ильхаму Алиеву будет так непросто управляться с рулем своего корабля в ближайшие месяцы. Продолжение балансирования могут понять в Анкаре, но в Москве легко сочтут “предательством” и начнут искать возможность продемонстрировать азербайджанскому президенту, что “балансировать” нехорошо, что нужно сделать выбор. А значит – будут искать слабые места, влиять через “своих” во власти, организовывать провокации, договариваться с Тегераном относительно его “предупредительных” действий, к которым Россия формально будет непричастна. Но и отказываться от балансирования в пользу Турции Алиеву тоже будет не так просто – потому что вряд ли ему очень хочется в один прекрасный день обнаружить себя в окружении чужих людей.
Виталий Портников
