Как неоднократно предупреждал журнал The Nation, на Украине сейчас может быстро произойти немыслимое: не просто новая холодная война, которая уже началась, а вполне реальная война между силами НАТО под руководством США и Россией. Эпицентром является восточная территория Украины, известная как Донбасс. Это крупный промышленный регион, населенный в основном русскоязычными гражданами Украины и тесно связанный со своим гигантским соседом многолетними экономическими политическими, культурными и родственными узами.
Крушение малазийского авиалайнера МН17 17 июля должно было заставить поддерживаемое США правительство в Киеве объявить о длительном прекращении огня на земле и авиаударов по близлежащим городам, дабы почтить память 298 жертв, дать международному следствию безопасный доступ к месту катастрофы и начать мирные переговоры. Вместо этого Киев при поддержке Вашингтона немедленно усилил свои атаки в этих населенных пунктах, пообещав «освободить» их от пророссийских «террористов», как он называет ополчение восточной Украины, и продолжает убивать ни в чем не повинных людей. Москва в ответ готовится направить «самообороне» Донбасса тяжелое вооружение.
Согласно статье в New York Times от 27 июля, Белый дом может предоставить Киеву секретную разведывательную информацию, что даст ему возможность определять точное положение и уничтожать такую российскую технику. Это, отмечают авторы статьи, создает опасность «эскалации с Россией». Провоцируя такую серьезную эскалацию, администрация Обамы, не имея твердых доказательств, утверждает, что Россия уже «ведет артиллерийский огонь по Украине со своей территории». Однако практически никто в своих репортажах не сообщает о том, что Украина неоднократно обстреливала территорию России, убив 13 июля одного местного жителя.
На самом деле, Киев уже много месяцев играет роль военной марионетки и ставленника Вашингтона в борьбе с Россией. С начала политического кризиса в Киеве побывали госсекретарь Джон Керри (John Kerry), директор ЦРУ Джон Бреннан (John Brennan) и вице-президент Джозеф Байден (Joseph Biden) (этот дважды). За ними последовали «высокопоставленные руководители из военного ведомства», пошло американское военное оборудование и финансовая помощь. Более того, высокопоставленный представитель Министерства обороны проинформировал сенатский комитет, что военные «советники» уже «прочно обосновались» в украинском Министерстве обороны.
На самом деле, Киев не смог бы вести эту войну против собственных граждан (представитель ООН говорит, что к настоящему времени погибли или получили ранения почти 5000 мирных жителей, что является военным преступлением) без политической, экономической и военной поддержки администрации Обамы. Украина, из которой сегодня от войны бегут сотни тысяч беженцев, является банкротом, ее промышленная инфраструктура разрушена, страна находится в политическом хаосе, посылая на войну боевиков-ультранационалистов и призывая в армию мужчин в возрасте до 60 лет.
Все эти события разворачиваются на фоне дезориентирующих утверждений Вашингтона, раздуваемых ведущими СМИ, о том, что украинский кризис — это всецело и полностью порождение «агрессии» российского президента Владимира Путина. В действительности, он просто реагирует на события.
В ноябре 2013 года Европейский Союз при поддержке Белого дома спровоцировал кризис, отвергнув предложенный Путиным план совместной финансовой помощи со стороны ЕС, Москвы и США, и поставив избранного украинского президента Виктора Януковича перед ненужным выбором между «партнерством» с Европой и Россией. Это предложение содержало большое количество жестких финансовых условий, а также обязательств в сфере обороны и безопасности. Неудивительно, что Янукович отдал предпочтение гораздо более выгодному финансовому предложению Путина. Навязывание такого выбора президенту и без того глубоко расколотой страны было ненужной провокацией.
К февралю уличные протесты против решения Януковича стали настолько мощными и ожесточенными, что европейские министры иностранных дел добились заключения компромиссного соглашения, которое неявным образом поддержал Путин. Янукович должен был сформировать коалиционное правительство; боевики на улицах Киева должны были разоружиться; очередные президентские выборы были перенесены на декабрь; Европа, Вашингтон и Москва должны были совместными усилиями спасти Украину от финансового краха. Но уже через несколько часов это соглашение было нарушено жестокими действиями ультранационалистов на киевских улицах. Янукович бежал, и было сформировано новое правительство. Белый дом быстро поддержал переворот.
Если в Вашингтоне существует какая-нибудь профессиональная «разведка», то она должна была предвидеть реакцию Путина. Многолетнее продвижение НАТО к границам России и неудавшееся предложение США от 2008 года «в ускоренном порядке» включить Украину в состав Североатлантического альянса убедили его в том, что новое правительство в Киеве при поддержке США намерено захватить всю Украину, включая издавна входивший в состав России Крым, где находится ее важная военно-морская база. В марте Путин присоединил Крым к России.
Также вполне предсказуемо реакция Кремля на события в Киеве еще больше разожгла восстание на юго-востоке Украины против февральского переворота, которое в то время уже шло. В течение нескольких недель Украина оказалась в пламени гражданской войны, которая может приобрести международный характер.
Начиная с апреля, Путин и его министр иностранных дел Сергей Лавров постоянно призывают прекратить огонь и начать переговоры между Киевом и повстанцами. Киев, действуя при поддержке администрации Обамы, отказывается от длительного перемирия, способного дать реальный шанс мирным переговорам, и вместо этого усиливает войну против своих сограждан, называя их террористами. Как пишет New York Times, Белый дом думает о дальнейшей эскалации, которая чревата зловещими последствиями.
Это тоже дело «разведки», если к ней хоть кто-то прислушивается в Вашингтоне. По причинам исторического, внутреннего и геополитического характера Путин, как и любой другой кремлевский лидер, какого только можно себе представить, вряд ли допустит, чтобы Донбасс пал перед Киевом, а следовательно, в чем твердо уверена Москва, перед Вашингтоном и НАТО. Если Путин действительно передаст защитникам Донбасса тяжелое вооружение, то лишь потому, что это его единственная альтернатива прямой военной интервенции со стороны России, поскольку все дипломатические попытки примирения со стороны Москвы были отвергнуты Киевом. Следуя этой альтернативе, русские могут направить свои самолеты для защиты восточной Украины от киевских сухопутных войск и военно-воздушных сил. А могут и не направить. Кремлевские ястребы, эти коллеги вашингтонских сторонников жесткого курса, говорят Путину, что сегодня надо воевать в Донбассе, иначе завтра придется воевать в Крыму. Или, как суммирует их позицию руководитель Московского центра Карнеги, «это уже не просто борьба за Украину, это битва за Россию».
Если ястребы с обеих сторон возьмут верх, это вполне может привести к полномасштабной войне. Бывало ли когда-нибудь нечто подобное в современной истории американской демократии, чтобы столь мрачная и страшная возможность не встретила никаких публичных протестов на высоком уровне, не вызвала дебаты в ведущих средствах массовой информации? Выход из такой ситуации очевиден любому сведущему наблюдателю: немедленное прекращение огня, которое должно начаться с Киева, и начало переговоров о будущем Украины, общие контуры которого хорошо известны всем участникам этого рокового кризиса.
