«Всерьез воспринимать интересы России в области безопасности применительно к таким странам, как Украина или Грузия, которые в силу давних исторических связей находятся по отношению к России в своего рода особом положении, Запад может до тех пор, пока сама Россия настроена на сотрудничество и соблюдает договоренности… Так что все зависит от поведения России», — считает Винклер, передает Цензор.НЕТ со ссылкой на Инопрессу. Он подчеркнул, что «Запад проводит очень четкое различие между членами НАТО и другими государствами».
«Что касается принятия центрально- и восточноевропейских государств в Североатлантический союз, то Запад поступил правильно, — убежден историк. — Иначе на этом пространстве возникла бы новая зона военной и политической неопределенности (как это было в период между мировыми войнами) и связанная с ней опасность, что антидемократические и националистические силы вновь получат преимущество. Мирные революции 1989 года были бунтом против произвольного деления Европы согласно договоренностям, достигнутым на Ялтинской конференции 1945 года. Никакого права мешать военной ассоциации ставших свободными государств с Западом у России не было. А Запад, вопреки распространенной легенде,…никогда не давал обещания, что расширения НАТО на восток не будет. Все данные тогда обещания относились исключительно к территории существовавшей на тот момент ГДР».
«В соответствии с актом Россия-НАТО от 1997 года Запад говорил: если мы примем в свой состав государства Восточной и Центральной Европы, то, несмотря на это, не станем на долгий срок размещать на их территории ни атомное оружие, ни крупные воинские соединения — подобно тому, как это было прописано в положении о восточных федеральных землях [объединенной Германии], — продолжил Винклер. — Это односторонняя декларация намерений государств НАТО, которая была увязана с тогдашним положением дел в сфере безопасности. Можно задаться вопросом, сохраняется ли это положение в настоящее время. Тем не менее, Запад не стал в одночасье отзывать эти гарантии, а строго придерживается акта 1997 года — и правильно сделал… Политика Запада носит взвешенный характер. Это сигнал Путину, что нападение на члена НАТО имело бы серьезные последствия и привело бы к исполнению союзнических обязательств».
«В противоположность ситуации с Крымом на востоке Украины Путин проводит политику дестабилизации, однако брать на себе еще более серьезные риски он, по всей видимости, боится — это видно, в том числе, и по последним событиям. Между тем в Российской Федерации существуют националистические силы, которые упрекают Путина в том, что он поддается давлению Запада. По многим причинам складывается ощущение, что Путин, как известный ученик чародея, вызвал духов, от которых теперь не может избавиться», — сказал собеседник Frankfurter Rundschau.
«Путин — политик, готовый идти на риск, он более или менее реалистично оценивает риски, связанные со своим поведением, но идти ва-банк — не его стиль игры. В случае с Крымом он мог исходить из того, что присоединение состоится без крупного военного конфликта с Западом. В случае аннексии Восточной Украины он получил бы истощенный регион, который с чисто экономической точки зрения стал бы для российской экономики обузой. Российская экономика ведь и без того находится в фазе спада. Россия — это страна с переходной экономикой, не показывающей никакого роста, страна, которая стоит на пороге рецессии. Когда станет ясно, на какой путь привели страну авантюристские манеры Путина, поддержка со стороны олигархов, деловых кругов и общественности резко пойдет на убыль», — прогнозирует Винклер.
По его мнению, «Путин занят созданием своего рода реакционного интернационала. Для этого он собирает вокруг себя авторитарные режимы всего мира, которые по самым разным причинам враждебно настроены по отношению к Западу. Не в последнюю очередь речь идет о сотрудничестве с африканскими диктаторами-гомофобами, но также и с европейскими популистами правого и левого толка, которые… ставят под сомнение сплоченность ЕС и НАТО… Справедливо, что трансатлантический Запад утратил свое мировое значение в смысле экономического и политического господства. Однако западные ценности — ценности американской революции 1776 года и французской революции 1789 года, идеи прав человека, верховенства права и разделения властей, народного суверенитета и представительной демократии и сегодня еще имеют чудовищную притягательную силу».
