Deutsche Welle: Считаете ли вы, что Крым встал на путь войны?
Гвендолин Сассе: Не думаю. По поводу событий на Украине возникает сильное чувство дежавю. Похожим образом ситуация там складывалась в середине 1990-х годов. Тогда до военного конфликта не дошло. Думаю, это и теперь маловероятно. В то же время протесты, которые мы наблюдаем, напоминают Киеву о необходимости со всей серьезностью воспринимать интересы востока и юга страны в сегодняшнем политическом процессе. Похожие притязания наверняка будут и у России, но вряд ли это выльется в сценарий отделения Крыма от Украины, провозглашения независимости республики или присоединения к России.
– Какова, на ваш взгляд, роль России в нынешнем конфликте на Крымском полуострове?
– Россия оказывает влияние не только на то, что происходит в Крыму, но и на события в Киеве. В целом Россия может использовать свои рычаги влияния, но без жестких действий и военного вмешательства или разжигания нестабильности в Крыму либо на всей территории Украины.
– То есть вам не кажется, что у России есть некий план присоединения Крыма?
– Не думаю, что он имеется. Некоторые российские политики знают, что они могут очень эффективно влиять на ситуацию в Крыму и на Украине в целом. Для этого есть различные средства: размещение флота в Севастополе, использование экономической зависимости Украины, поддержка пророссийских групп в Крыму. Для этого нет необходимости выходить за пределы политического или экономического влияния. Любое вмешательство, например военное, не в интересах России.
– Президент России Владимир Путин ездит в Крым каждый год, особенно в Севастополь. Почему этот регион так важен для него?
– Для России Крым имеет символическое значение. Среди его населения преобладают этнические русские. К тому же дислокация российского флота и историческое значение Севастополя делают этот регион ключевым для культурного и политического сознания россиян. Но подчеркну еще раз: это не означает, что Россия хочет присоединить Крым или спровоцировать нестабильность.
Наряду с этническими русскими значительную часть населения региона – около 12% – составляют крымские татары. Они твердо поддерживают Киев. Но с ними также связан ряд социально-экономических и политических проблем, которые остаются нерешенными. Москве невыгодно брать на себя ответственность за их решение.
– То есть вы полагаете, что крымские татары могут сыграть решающую роль в подавлении сепаратистских настроений и оказаться хозяевами положения?
– Да, они уже играют важную роль на фоне разразившихся в регионе протестов. Лидеры крымских татар выступили за урегулирование ситуации и поддержали политические процессы в Киеве.
– Как вы оцениваете отношения крымских татар и живущих в регионе русских? Они друзья, соседи или, может, враги?
– По большей части они мирно живут бок о бок. Крымские татары с успехом учредили собственные политические структуры, они имеют представителей в парламенте Крыма и в национальном украинском парламенте. Хотя с социально-экономической и политической точек зрения они все же не полностью интегрировались в регионе. В сегодняшней кризисной ситуации пророссийские группы оказались настроены против крымских татар. Но это вряд ли отражает общие настроения в регионе.
– Между тем, лишь 30% населения Крымского полуострова считают независимость хорошей идей и готовы проголосовать за это на референдуме. Против высказываются 36%. Как бы вы это объяснили?
– Это показатель разнообразия политического ландшафта в регионе. При этом необходимо отметить, что во время референдума о независимости, который проходил в 1990-е годы, эту идею поддерживало большинство. С тех пор Крым неоднократно участвовал в выборах на Украине. Это значит, что он стал частью политической системы в стране. Правда, не факт, что жители региона согласны с политикой, проводимой центром: это во многом зависит от того, кто находится у власти. Крым лишь однажды, в середине 1990-х, предпринял серьезную попытку обозначить свою идентичность. Она оказалась успешной: регион получил закрепленный в конституции статус автономии. Но на этом все закончилось, и, конечно, о независимости речи не было.
– Крымский парламент требует провести референдум о статусе республики. Вы считаете, это хорошая идея?
– Вопрос референдума всегда был частью политического дискурса в Крыму. Нельзя исключать того, что референдум состоится, но Украина, согласно своей конституции, не обязана признавать его результаты.
– Насколько, на ваш взгляд, сильны позиции сторонников отделения Крыма? Кто эти люди?
– На сегодняшний день хорошо организованные группы малочисленны. Это в основном те, кто был активен в середине 1990-х. Правда, сейчас они не так хорошо организованы, как в то время. Но даже тогда, когда впервые был поднят вопрос о статусе Крыма, внутри этих групп не было единства, их лидеры постоянно конфликтовали, и идея автономии была подорвана. Сегодня по сравнению с тем временем они представляют слабую оппозицию.
Иносми
