Представьте себе, что вы — инвестор, который собирается вложить средства на сырьевом рынке в начале 2014 года. Вы чувствуете, что на Украине что-то серьезно не так, и вас тревожат первые новости о буйствующих на севере и западе Ирака группах боевиков.
Так как вы надеетесь на дальнейшее укрепление мировой экономики, с вашей стороны разумно было бы предположить, что цены на нефть продолжат расти — так как геополитическая напряженность плюс устойчивый спрос обычно означают именно это.
В данном случае предположения не оправдались. Цена нефти — летом более 110 долларов за баррель — к осени рухнула. За три месяца цены снизились на четверть. Добыча нефти увеличилась, как раз тогда, когда замедлилось восстановление экономики, и трейдеров застали врасплох снижение темпов роста в Китае и новая стагнация в еврозоне.
Однако это далеко не вся картина. Четырехкратный рост нефтяных цен, вызванный экспортным эмбарго, которое организовала Саудовская Аравия в 1973 году в ответ на Войну Судного дня, показывает, что нефть может использоваться как дипломатическое и экономическое оружие. Сейчас история повторяется.
Как смотрит на мир администрация Обамы? Ей нужно, чтобы Тегеран пошел на уступки по ядерной программе, и чтобы Владимир Путин ушел с Восточной Украины. Однако после Ирака и Афганистана Белый дом совершенно не хочет отправлять куда бы то ни было американских солдат. Вместо этого Вашингтон — с помощью своих саудовских союзников — пытается снизить нефтяные цены, наводняя нефтью и без того ослабленный рынок. Так как русские и иранцы сильно зависят от экспорта нефти, предполагается, что с ними станет проще иметь дело.
Судя по всему, госсекретарь США Джон Керри в сентябре договорился с королем Абдуллой о том, что Саудовская Аравия будет продавать нефть дешевле преобладающей на рынке цены. Это объяснило бы падение цен на фоне вызванной действиями Исламского государства нестабильности в Ираке и Сирии, которая в нормальной ситуации способствовала бы подорожанию.
В середине 1980-х годов Саудовская Аравия уже делала нечто подобное. Тогда она предприняла шаги, заставившие нефть упасть ниже 10 долларов за баррель, чтобы расшатать режим Саддама Хусейна. На сей раз, по мнению экспертов по Ближнему Востоку, Саудовская Аравия хочет надавить на Иран и заставить Москву ослабить поддержку режима Асада в Сирии.
Однако подобные меры стоят дорого. Саудовская Аравия, как и прочие нефтедобывающие государства, уже привыкла к нефти дороже 100 долларов за баррель. Арабская весна в Ливии и в Египте заставляет опасаться распространения политической нестабильности. Доходы от экспорта нефти позволяли стране наращивать расходы на общественные нужды, и сейчас ей, чтобы сбалансировать бюджет, требуется цена выше 90 долларов за баррель.
Впрочем, некоторые убытки можно потерпеть. Саудовская Аравия рассчитывает, что она сможет продержаться при низких ценах дольше, чем Россия и Иран. Соответственно, такое положение дел продлится сравнительно недолго.
Безусловно, это возвращение к методам холодной войны бьет по России. Нефть и газ составляют 70% от российского экспорта, и бюджет страны не будет сбалансированным при ценах на нефть меньше 100 долларов за баррель. У Москвы, конечно, есть валютные резервы, но они не бесконечны. На прошлой неделе рубль упал на 10%. В результате российским компаниям будет сложнее обслуживать свои долги, а центральному банку, возможно, придется поднять процентные ставки, что поможет стабилизировать валюту, но усугубит рецессию.
Однако пока на российской внешней политике это не сказывается. Россия по-прежнему упорно поддерживает сирийского президента Башара Асада, а в конце прошлой неделе появились сообщения о том, что российские войска вошли на Восточную Украину. Как будет реагировать Иран пока непонятно, однако Ближний Восток стабильнее явно не становится.
Если цены на нефть не восстановятся в ближайшее время, это будет способствовать росту мировой экономики. По оценке Эндрю Кеннингема (Andrew Kenningham) из Capital Economics, если стоимость нефти марки Brent остановится на 85 долларов за баррель, это будет означать перераспределение доходов от производителей нефти к потребителям в объеме до 0,9% от мирового ВВП. Так как потребители обычно тратят большую часть своего дохода, чем производители, должен вырасти и спрос. В самом большом выигрыше окажутся крупные потребители нефти: Китай, Индия и Европа.
При этом снизится инфляция. Нынешний уровень нефтяных цен способен обеспечить снижение потребительской инфляции в развитых странах в следующем году примерно на половину процентного пункта. Этого хватит, чтобы инфляция в Британии была ниже 1%, а в еврозоне — ниже 0%. Низкая инфляция будет способствовать росту потребительских расходов и расходов бизнеса, так как бюджеты будут увеличиваться. Для США картина не столь однозначна. Готовность Вашингтона разыгрывать нефтяную карту связана с верой в то, что добыча сланцевых энергоресурсов позволят Америки стать крупнейшим производителем нефти в мире. В одном из своих прошлогодних выступлений Том Донилон (Tom Donilon), бывший в то время советником Барака Обамы по национальной безопасности, заявил, что США сейчас менее уязвимы для колебаний мирового нефтяного рынка, чем раньше. Страховка, которую обеспечивают сланцевые газ и нефть, «дает нам больше возможностей достигать наших целей в области национальной безопасности».
Разумеется, рост добычи нефти в США впечатляет. Она подскочила почти на 50% — 5,7 миллиона баррелей в сутки в 2011 году до 8,4 миллиона баррелей в сутки во втором квартале 2014 года. Это, безусловно, означает, что любое сокращение предложения со стороны Ирана или России, вызванное санкциями, не нарушит работу глобальной экономики.
Однако резкое снижение нефтяных цен делает разработку ряда сланцевых месторождений невыгодной. Особенно это относится к новым месторождениям, первичные издержки работ на которых может покрыть только высокая цена на нефть. Впрочем, некоторые уже разрабатываемые месторождения быстро иссякают, и нефтяным компаниям приходится уходить в поисках нефти вглубь — что стоит дороже.
В выходные Джордж Осборн (George Osborne) заявил, что он поддерживает идею сбора выручки от добычи сланцевых энергоносителей в северной части Англии в суверенный фонд благосостояния для нужд севера. Это должно предотвратить растрату финансовых поступлений на повседневные надобности — как, к сожалению, случилось с доходами от Северного моря.
«Друзья Земли» считают это выступление министра финансов циничной уловкой, цель которой — преодолеть общественную неприязнь к добыче сланцевого газа. Безусловно, Осборн выбрал неудачное время — ведь одним из побочных эффектов американо-саудовской попытки снизить нефтяные цены станет конец сланцевого пузыря.
