— В новый год мы вступаем со старыми проблемами. Акции протеста, которые стартовали в начале года, продолжились и в конце. Это говорит о том, что в обществе усилился протестной дух?
— Это говорит о том, что ситуация дошла до критического уровня. Не разрешаются проблемы, а, наоборот, они накапливаются. Тут мы, совершенно естественно, будем свидетелями каких-то социальных взрывов, единоличных протестов, как это случилось с Зауром Гасановым, который совершил акт самосожжения. 2013 год был очень сложным как для Азербайджана, так и для региона. И вы совершенно правы в том, что с существующими проблемами мы вступили в новый год. Ничего не решено. Нет у правительства и способов решения проблем, нет и желания…
— Что показал акт самосожжения Заура Гасанова? Почему он не вызвал массовых протестов у нас?
— Это говорит о том, что наше общество пока не находится в состоянии, чтобы протестовать так же, как это было в Тунисе. На самом деле во многих странах мира можно увидеть отчаявшегося человека, который сжигает себя, но вслед за этим не наступает Арабская весна. В Тунисе это случилось, а в Азербайджане этого пока нет. То ли наше общество совсем погубили, растоптали, раскололи; у людей не осталось чести, достоинства, то ли на самом деле люди живут хорошо…Может я действительно ошибаюсь, и всем хорошо? Может это в нашем сознании происходят ужасы, а население довольно всем? Конечно же, это сомнительно. Скорее всего причины заключаются в том, что общество у нас раздавлено, нет совести у людей. В принципе, такие случаи присущи странам с глубокой и многолетней диктатурой. Наша диктатура воспитала новое поколение. Я не имею ввиду только молодежь, были воспитаны и люди старшего возраста. Они воспитались за все эти 20 лет. Научились молчать и воровать. При Сталине были ужасные репрессии, отдельные акты самосожжения тоже происходили. Восстать народ тогда не смог, понадобился Хрущев, Брежнев, Горбачев, чтобы система стала как-то рушиться.
— Организовывали протесты в прошлом году в основном молодежь. После акта самосожжения Гасанова, оппозиция не сделала каких-либо призывов, не стала проводить митинги. Связано ли это с тем, что она не хотела придавать этому событию политическую окраску?
— Нет, это связано с тем, что половина оппозиционных активистов находятся сегодня в тюрьмах. В социальных сетях распространяются уже и виньетки арестованных. 140- 150 гражданских, религиозных, молодежных активистов у нас арестовано. Протесты, которые происходят во Франции, в Греции, в Украине не возможны в нашей стране. Мы являемся совершенно иным обществом. Вышел на улицу — тебя посадят. Ты уверен, что ты получишь либо несколько суток, либо тебе предпишут штраф, или получишь пару-тройку лет заключения. Даже эта молодежь, которая организовывала акции протеста является оппозиционной. Она и есть оппозиция. Половина старшего поколения арестована. Поэтому нет возможностей для организации тех протестов, о которых вы говорите. Такое возможноно лишь в либеральных империях. Такие примеры часто приводит Иса Гамбар. Скажем, во времена Британской империи протестовал Махатма Ганди. Никто не стрелял, не убивал протестующих. Не было массовых репрессий. У нас такое не возможно. Мы живем в оккупированной совершенно непонятными «инопланетянами» стране, для которых ничего не значим. Мы находимся в совершенно другой ситуации. В постсталинской или же в ситуации позднего СССР. А те несколько десятков людей, которые выходят на улицы, если не сделают этого, то они должны взорваться изнутри. Поэтому у нас все так затруднено. Надо относиться с пониманием.
— Можно ли считать позиции оппозиции сильными?
— Позиции общества слабы. Его практически нет. Что такое оппозиция на самом деле? Это не те 200-300 активистов, которые в душе глубокие демократы, не могут жить во лжи, насилии, и протестуют. За такими людьми должны стоять профсоюзы. В США, например, мы видим, как профсоюзы голосуют за Демократическую партию. А где наши профсоюзы? Это крыло пустое. Мы знаем, что кардинал Войтыла в Польше, который стал потом Папой Иоаном Павлом вторым, поддерживал Леха Валенсу, говорил правду. И у нас есть свой кардинал. Чем он занят? На чьей он стороне? Возьмем наших ученых. Вообще ученые всегда были людьми, которые еще со времен Вольтера писали письма императорам. Есть ли у нас есть такие ученые, академики, которые осмелятся обратиться к диктатору? Не понятно чем они занимаются: науки нет, о будущем они не думают. Одним словом, пустует и это крыло. Где наша Руслана? Осталось всего 200-300 оппозиционных активистов. Надо ими гордиться. Потому что без таковой поддержки, они еще что-то из себя представляют. Люди, которые сейчас у нас в оппозиции, в 10 раз сильнее американской оппозиции, лейбористской партии Великобритании. Они одни и сражаются. А в 1000 раз сильнее был Солженицын. Он был один на один с целой страной. Оппозиция это те, кто недоволен, ущемлен. Многие, на самом деле, и есть оппозиция.
— При этом у нас любят говорить, что наша оппозиция слабая…
— Они просто сбрасывают с себя ответственность. Они сами должны быть в этом лагере. А их нет. До чего сегодня доходит дело, что даже те, которые начинают оппозиционную деятельность, потом начинают критиковать оппозицию. Ведь они сам в оппозиции…
— А почему интеллигенция не поддержала Джамиля Гасанлы?
— Со страху. Они задавлены диктатурой. Вот именно эти люди являются слабыми, а не оппозиция. Профсоюзы, академики, художники, заслуженные артисты, религиозные деятели… но а эти 200-300 активистов, которых вы называете оппозицией сегодня очень сильны! Считаю их героями.
— Действительно ли сегодня Азербайджан — объект растущего интереса Европы?
— Такового большого интереса нет. Но вообще Европейская цивилизация и США всегда настроены на расширение. Они не могут стоять на одном месте. Летят в космос, открывают новые земли, и теперь они подошли к границам бывшего СССР. Украина для них важнее, но не маловажен и Кавказ. Одной из их геостратегических задач является доведение Европы до географических естественных пределов. Таким пределом является Каспий. Они хотят видеть нашу страну открытой для сотрудничества, требуют верховенство закона, и соблюдения прав человека. У нас говорят постоянно о поставках газа в Европу. Мы поставляем всего 5 % голубого топлива. После того, как получат развитие новых газовых технологий, то на наш газ никто даже смотреть не захочет. Много шума из ничего…
— А продолжит ли президент Алиев лавировать между Западом и Россией?
— Думаю, да. Но и давление продолжится на него. Он не хочет ни к кому присоединяться. Ни к богу, ни к черту, ни к Западу, ни к Востоку. Ведь дела-то у них идут хорошо… Набирают вес, строят виллы, открывают себе выставки, целыми днями ходят с ножницами…
— Продолжится геополитическая игра за страну…
— Я думаю, что да. Россия будет давить, а режим Алиева будет сопротивляться. Сегодня стране важно двигаться в сторону Европы. Должна также исходить поддержка из Европы. Нужно проводить реформы, и страна на самом деле должна стать привлекательной не только своими фонариками, стенами и пальмами…
— А на должном ли уровне поддержка Запада?
— Нет, она недостаточная. Когда с ними общаешься, они говорят, что не являются всесильными, что находятся далеко, что у самих кризис…
— Точно также далека Украина, но с трибуны там недавно выступал сенатор Маккейн…
— Соберите здесь Мейдан, пусть придет 100 тысяч человек, тогда и к нам приедет Маккейн…
— Раз мы заговорили про Украину, хочу спросить вас о том, что такое Майдан?
— Всегда в Цивилизации существовала площадка — в маленьких поселениях, или большая площадь — в больших городах, куда собирались люди для решения проблем. В той или иной форме проводили голосование. Во всех древних образованиях, куда люди собирались как на парламент, высказаться, принять решение, подвигнуть своих руководителей на что -то. Спонтанный гигантский парламент…
— Стоит ли Азербайджану ожидать свой Майдан?
— Да, конечно. А у нас был свой Мейдан во время борьбы за независимость. Даже больше, чем он есть сейчас в Украине. Но потом, как говорится, свобода уходит постепенно…
— А стоит ли в 2014 году ожидать прорыва в переговорах с Арменией?
— Тут дело не в Армии и Азербайджане. Это дело Запада и России. Запад, как я уже отметил, постепенно двигается к границам России, а Россия поддерживает конфликтные точки вокруг себя с целью не допустить к себе Запад, НАТО. Шантажирует эти республики. Как только это гигантское противоречие между Западом и Россией будет преодолено, тогда эти региональные конфликты найдут свое решение. Пока этого не видно. Значит, карабахский вопрос не будет решен. Но я абсолютно уверен, что когда-то конфликт будет решен в нашу пользу.
— Россию окутали теракты. А на носу Олимпиада в Сочи. Стоит ли ожидать теракты? И в следующем году Европейские игры в Азербайджане. Будет ли они для нас испытанием?
— Уже сейчас в Сочи предпринимаются беспрецедентные меры по безопасности, а к началу Олимпиады там будут сосредоточены все спецподразделения. Конечно, все это омрачает такой праздник, как Олимпиада. Да, стоит ожидать терактов. Такая угроза существует. Если они сохранят в безопасности Сочи, то вполне возможно, что теракты могут произойти в других городах России.
Многие зарубежные лидеры высокого ранга заявили, что не приедут на это мероприятие. Причин много. Если в Азербайджане не изменится ситуация, то в следующем году и нашу Олимпиаду ожидают бойкоты. И опять не приедут многие туристы. Я очень бы не хотел и боюсь, что дома, которые отведены для гостей Олимпиады, останутся пустыми. Когда у нас было Евровидение, нам заявляли, что в страну приедет 70 тысяч туристов. Приехало 6 тысяч, из них тысяча были журналисты. В результате страна лишилась доходов, а эта Олимпиада заберет много деньги. А деньги кончаются, нельзя так просто бросать их на ветер. Опять никто не приедет, не будет пользы.
— Проведение такого рода мероприятий служит повышению авторитета страны, так часто мы слышим из уст чиновников. Стоит ли прибегать к таким методам для поднятия имиджа?
— Я с этим не согласен. Никакой имидж не будет поднят. Вероятно, они считают, что этим они поднимут имидж режима. Но и в этом я не уверен. Все знают о проблемах, которые не решаются в стране. Салютами ничего не изменишь. Но с другой стороны ходят слухи, что они заработают сами неплохо. Мы тут сейчас с вами говорим о стране, а они думают о себе. Такими путями любовь мировой общественности не заработаешь…
Эмиль Мустафаев
