Новость о том, что Россия и Запад совместно занимаются уничтожением сирийского химического оружия, удивила многих, хотя и не должна была. Несмотря на то, что Кремль отвергает западные либеральные ценности, это не отменяет определенного практического сотрудничества. Чтобы добиться в этой области большего, Америке, Европе и России следует взаимодействовать активнее и более реалистическим образом.
При президенте Владимире Путине Россия вырабатывает отчетливо евразийскую, а не европейскую идентичность. Это не демократическая Россия, которую Запад надеялся увидеть после того, как два десятилетия назад рухнул Советский Союз. Путинская Россия опирается на централизацию власти, национализм и экспорт энергоносителей. Она использует свой контроль над обширной территорией и над транспортными маршрутами, соединяющими Китай, Ближний Восток и Европу. Москва хочет, чтобы мир сдвинулся в сторону многополярности, так как это позволило бы ей увеличить свое влияние.
Она видит себя независимой великой державой, но ее внешняя политика зачастую противоречива. Россия вторгалась в соседнюю Грузию и давила на Украину, Армению и Молдавию, пытаясь заставить их не подписывать соглашений о торговле и ассоциации с Европейским Союзом. При этом Путин критикует Запад за вмешательство в дела других стран. Поддержка Ирана и Сирии обеспечивает России региональную роль, однако она больше двух лет блокировала санкции ООН против Сирии. В августе российско-американские отношения достигли дна из-за нарушения Россией прав человека, допускавшихся ей политических злоупотреблений, а также того факта, что Москва предоставила убежище Эдварду Сноудену (Edward Snowden), раскрывшему американскую разведывательную информацию. В связи с этим президент Обама отменил запланированный саммит в Москве.
Тем не менее, Россия не ограничивается евразийским направлением и завязывает множество практических связей с Западом. Для Европейского Союза она – третий по величине торговый партнер и один из крупнейших поставщиков энергоносителей. Из ЕС она получает три четверти иностранных инвестиций. Россия и Америка контролируют более 90% мирового ядерного оружия и заключают договоры, позволяющие уменьшить ядерную угрозу. Проводятся совместные учения по противостоянию терроризму и противодействию кражам ядерных материалов и захвату самолетов. Большая часть покидающих Афганистан вооруженных сил НАТО проходит через территорию России.
План по уничтожению сирийского химического оружия – самая значимая и конструктивная из российских дипломатических инициатив. Москва заслужит немалую похвалу, если Сирия к середине 2014 года избавится от своего химического оружия и начнет соблюдать международную Конвенцию о запрещении химического оружия. Этот дипломатический выход возник после того, как Америка пригрозила Сирии силой. Уничтожить химическое оружие будет нелегко, и, возможно, России придется оказать больше давления на режим Асада, чтобы добиться от него уступок.
Западу стоит попробовать распространить это сотрудничество и на другие сферы. Для начала необходим откровенный, всеобъемлющий диалог на политическом уровне между Россией, Европой и Америкой.
Разговор должен начаться с Сирии и Ирана и затронуть Афганистан, Ближний Восток, евразийских соседей России и северный тихоокеанский регион. Такой диалог не станет панацеей, однако он может помочь разрядить атмосферу и избежать напряженности по некоторым проблемным вопросам. В число актуальных тем входят угрозы безопасности и вероятность роста наркотрафика в Афганистане и Средней Азии в связи с уходом сил НАТО из Афганистана, а также предотвращение терактов на Олимпиале-2014 в Сочи.
Разумеется, это не повод игнорировать нарушение Кремлем прав человека и в частности возрождение им советской практики принудительного психиатрического лечения политических оппонентов. Запад тревожит притеснение финансируемых из-за рубежа независимых организаций, борющихся за достоинство личности в России, которые Путин воспринимает как агентов внешнего вмешательства во внутренние дела.
Однако несмотря на эти факторы и на сомнительный деловой климат, потенциал для сотрудничества в нескольких областях продолжает существовать. Речь идет, среди прочего, о научных исследованиях, коммерциализации технологий, энергетике, потребительских продуктах, образовании и здравоохранении. В долгосрочной перспективе такое сотрудничество должно помочь развиться российскому гражданскому обществу.
При этом расширение практического сотрудничества не ослабит решимость Запада в принципиальных вопросах, один из которых – поддержка независимости и территориальной целостности Украины и других бывших советских республик, а также их права свободно выбирать союзников и партнеров.
Действуя совместно, Европа и Америка могут эффективнее сотрудничать с Россией по проблемным вопросам, мобилизовывать силы и решать актуальные задачи. Работавшая в 1990-х годах американо-российская комиссия во главе с вице-президентом Элом Гором (Al Gore) и премьер-министром Виктором Черномырдиным пыталась этого добиться, однако ей помешали разногласия по иранской проблеме и ряду других вопросов, а также слабость экономических связей между странами. Результаты деятельности работающей сейчас Российско-американской двусторонней президентской комиссии выглядят неоднозначно.
Трехсторонний подход, подразумевающий полное вовлечение Европы в сотрудничество, будет задействовать больше ресурсов и может достигнуть более значимых результатов. О серьезном влиянии Европы на Россию говорят проходящие раз в два года саммиты Россия-ЕС и постоянные двусторонние встречи – такие как состоявшаяся в прошлом июне в Германии встреча Путина с канцлером Ангелой Меркель. Пристальный интерес Европы к положению с правами человека и политическими правами в России должен способствовать диалогу по этим вопросам.
Укрепить отношения с Россией будет непросто, однако сочетание усилий Европы и Америки может быть полезно, особенно сейчас, когда усиливается политическая напряженность.
