На Ближнем Востоке постепенно вырисовываются контуры «пейзажа после бури», точнее, после падения режима Башара Асада в Сирии. Новый сирийский лидер Ахмед аш-Шаара совершает первые свои зарубежные визиты – сначала в Саудовскую Аравию, затем в Турцию. Переговоры в Анкаре оказались примечательны по многим аспектам. В числе прочего, как уже сообщал Minval, аш-Шаара не только пригласил президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана посетить Сирию с визитом, но ещё и предложил турецкому президенту разместить в стране турецкие военные базы вместо российских. Сирийско-турецкий оборонный пакт при этом может включать создание авиабаз ВС Турции в центральной части Сирии, отмечают осведомлённые источники.
Понятно, что это весьма неприятное развитие событий для РФ. Базы в Сирии существовали ещё со времён СССР и «холодной войны», причём, напомним в который уже раз, именно против Турции. И если там сейчас разместятся не просто «солдаты НАТО», а именно турецкие военнослужащие – это серьезный геополитический провал Москвы.
А Турция по понятным причинам имеет все основания, если и не праздновать победу, то записать себе в актив впечатляющий «ход конем». В течение многих десятилетий её граница с Сирией оставалась «очагом напряженности», и если теперь её удастся обезопасить и превратить в «границу дружбы» – это уже очень много. Но Турция ещё и получает военные базы в весьма чувствительной «стратегической» точке. Что позволит Анкаре вести куда более уверенную политику в огромном регионе, включающем не только Ближний Восток, но и Северную Африку – за счёт более уверенного выхода в Средиземное море.
Но, возможно, даже не это главное. Наличие собственной сети военных баз за рубежом – это ещё и показатель возросшей геополитической роли Турции. И своеобразный «пропуск в элиту НАТО».
В самом деле, позволить себе базы за рубежом могут далеко не все. По понятным причинам, впечатляющую сеть зарубежных военных баз создали США. Свои зарубежные базы есть у Великобритании. Располагает ими Франция – правда, Парижу множество своих баз в бывших колониях, в основном в Африке, приходится спешно и не совсем добровольно закрывать.
А Турция сегодня планомерно наращивает свое военное присутствие за рубежом. Причём в весьма чувствительных точках. Так, одной из первых появилось турецкая военная база в Джибути – а это район Африканского Рога, один из самых оживлённых маршрутов мореплавания. Планомерно укрепляются позиции Турции в Сомали. Turkish Petroleum получила право на разведку нефти у берегов этой страны, а на территории Сомали создается турецкая ракетная база. Вполне возможно, что она будет выполнять и задачи космодрома. В Анкаре своих во всех смыслах космических планов не скрывают.
Вопреки расхожим стереотипам, военных Турции в Азербайджане нет. Нет и планов их создания. Однако военное сотрудничество Баку и Анкары меняет ситуацию не только на Южном Кавказе, но и на восточном берегу Каспийского моря, где уже проводят совместные учения с Турцией, закупают турецкие беспилотники и бронетехнику и задумываются о перестройке армии по «турецкой» модели. Тем более что советская российская модель, по которой строились армии постсоветских государств, явно не демонстрирует эффективности.
Наконец, особое внимание привлекают события в Чаде. Здесь Турция от новых властей страны получила две бывшие французские военные базы — вблизи границы с Ливией и Суданом. Добавим от себя: военное присутствие Турции в Ливии – это уже свершившийся факт и, по сути дела, Анкара создает «цепочку баз». Что само по себе свидетельствует о многом.
Но самое главное и самое интригующее, Турция на фоне нынешних процессов в Африке выступает едва ли не как главная надежда Запада. До последнего времени этот регион считался французской вотчиной. Париж проводил политику в худших традициях колониализма даже без приставки «нео» и считал, что уж его-то влиянию ничего не угрожает. Особенно после того, как «восточный блок» во главе с СССР проиграл «холодную войну». Но теперь французское влияние в Африке рушится по принципу домино. Францию самым бесцеремонным образом Россия вышибла из Центральноафриканской Республики. Рухнуло французское влияние в Буркина-Фасо. Париж теряет позиции в Чаде и Мали. Это не только проблема Эммануэля Макрона. Если оставшийся после падения французской колониальной системы вакуум влияния будет заполнен Москвой и Пекином – это уже проблема для всего западного блока.
И вот на этом фоне в Африке свою сеть военных баз создает Турция. Которая, по сути дела, бросает своим союзникам по НАТО, если и не «спасательный круг», то уж точно нечто большее, чем соломинку: оказывается, уверенную политику в Африке могут вести не только страны типа Франции или Великобритании. Особенно, если французская политика в регионе попросту проваливается и ситуацию надо срочно спасать.
А тогда уже становится понятным, что речь идёт о глубинных тектонических подвижках. Турция не просто создает сеть военных баз. Она возвращает себе роль и статус глобального игрока. Со всеми, как говорится, вытекающими.
