Газета The Washington Post отказалась поддерживать какого-либо кандидата в президенты США, потеряв за неделю 200 000 подписчиков. Владелец издания, миллиардер Джефф Безос, прокомментировал это так:
В ежегодных опросах общества о доверии и репутации журналисты и СМИ регулярно оказываются в самом низу, зачастую чуть выше Конгресса. Но в опросе Gallup этого года нам удалось опуститься ниже Конгресса. Нашей профессии теперь доверяют меньше всего. Что-то, что мы делаем, явно работает не так.
Приведу аналогию. Механизмы по голосованиям должны отвечать двум требованиям. Они должны правильно подсчитывать голоса, а люди должны верить, что те правильно подсчитывают голоса. Второе требование отличается от первого и в то же время так же важно, как и первое.
Точно так же и с газетами. Мы должны быть точными, и нам должны верить, что мы точны. Хоть это и горькая пилюля, которую нужно проглотить, но мы не справляемся со вторым требованием. Большинство людей считают, что СМИ необъективны. Тот, кто не видит этого, просто закрывает глаза на реальность, а те, кто борется с этим, проигрывают. Реальность — непобедимый чемпион. Было бы легко обвинить других в нашем долгом и продолжающемся падении авторитета (и, следовательно, снижении влияния), но менталитет жертвы не поможет. Жаловаться — это не стратегия. Мы должны усерднее работать над тем, что мы можем контролировать, чтобы повысить наш авторитет.
Президентские поддержки не имеют силы склонить чашу весов на выборах в чью-то сторону. Ни один еще не определившийся избиратель в Пенсильвании не скажет: «Я приму поддержку газеты А». Ни один. Что на самом деле делают одобрения президентов, так это создают ощущение предвзятости. Восприятие несамостоятельности. Отказ от них — принципиальное решение, и оно правильное. Юджин Мейер, издатель The Washington Post с 1933 по 1946 год, думал так же, и он был прав. Сам по себе отказ от поддержки кандидатов в президенты не продвинет нас далеко вверх по шкале доверия, но это значимый шаг в правильном направлении. Жаль, что мы не сделали этого раньше, в момент, более далекий от выборов и связанных с ними эмоций. Это было неадекватное планирование, а не какая-то продуманная стратегия.
Я также хотел бы уточнить, что в этом случае речь не идет ни о каких «кто вместо кого». Ни кампания, ни кандидат не консультировались и не информировались об этом решении ни на каком уровне, ни в какой форме. Оно было принято исключительно внутри компании. Дэйв Лимп, исполнительный директор одной из моих компаний, Blue Origin, встречался с бывшим президентом Дональдом Трампом в день нашего объявления. Я вздохнул, когда узнал об этом, потому что знал, что это даст повод тем, кто хотел бы представить это как нечто иное, чем принципиальное решение. Но дело в том, что я не знал об этой встрече заранее. Даже Лимп не знал о ней заранее: встреча была назначена быстро тем же утром. Нет никакой связи между ней и нашим решением о поддержке президента, и любое предположение об обратном — ложь.
Если речь заходит о возникновении конфликта: я не являюсь идеальным владельцем The Post. Каждый день где-нибудь какой-нибудь руководитель Amazon, Blue Origin или кто-то из других благотворительных фондов и компаний, которыми я владею или в которые инвестирую, встречается с правительственными чиновниками. Однажды я написал, что The Post является для меня «обременительным фактором». Так и есть, но оказалось, что я тоже являюсь «обременительным фактором» для The Post.
Можно рассматривать мое богатство и деловые интересы как оплот против запугивания, а можно — как паутину противоречивых интересов. Только мои собственные принципы могут склонить баланс в одну сторону. Уверяю вас, что мои взгляды здесь на самом деле принципиальны, и я считаю, что мой послужной список в качестве владельца The Post с 2013 года подтверждает это. Вы, конечно, вольны решать сами, но я бросаю вам вызов: найдите хоть один случай за эти 11 лет, когда я одержал верх над кем-либо в The Post в угоду своим интересам. Такого не было.
Отсутствие доверия — не уникальное явление для The Post. У наших коллег-газетчиков та же проблема. И это проблема не только СМИ, но и всей страны. Многие люди обращаются к подкастам, не соответствующим действительности, сообщениям в социальных сетях и другим непроверенным источникам новостей, которые могут быстро распространять дезинформацию и углублять разногласия. Washington Post и New York Times выигрывают призы, но все чаще мы разговариваем только с определенной элитой. Все больше и больше мы говорим сами с собой. (Так было не всегда — в 1990-х годах мы достигли 80-процентного проникновения в домохозяйства в округе Колумбия).
Хоть я и не настаиваю и не буду настаивать на своих личных интересах, я также не позволю этой газете остаться на автопилоте и потерять актуальность, уступив место непроверенным подкастам и колкостям в социальных сетях — не без борьбы. Это слишком важно. Ставки слишком высоки. Сейчас мир как никогда нуждается в авторитетном, надежном, независимом голосе, и где еще лучше, чем в столице самой важной страны в мире? Чтобы победить в этой борьбе, нам придется напрячь новые мускулы. Некоторые изменения будут возвращением к прошлому, а некоторые — нововведениями. Разумеется, критика — неотъемлемая часть всего нового. Таков путь этого мира. Все это будет нелегко, но оно того стоит. Я очень благодарен за участие в этом начинании. В The Washington Post работают одни из лучших журналистов, каких только можно найти, и каждый день они кропотливо трудятся, чтобы докопаться до правды. Они заслуживают того, чтобы им верили.
