Игорь Коротченко – «Минвалу»: К этому надо относиться серьезно. Франция внимательно изучала опыт второй Карабахской войны

Игорь Коротченко – «Минвалу»: К этому надо относиться серьезно. Франция внимательно изучала опыт второй Карабахской войны

Франция в надежде дестабилизировать ситуацию на Южном Кавказе продолжает поставки Армении оружия как оборонительного, так и наступательного характера. А последние заявления премьер-министра Армении Никола Пашиняна, недвусмысленно намекающего на возможность выхода этой страны из ОДКБ, давно дают понять, что эта страна больше ориентирована на Европу, и, соответственно, НАТО, под стандарты которой планирует подтянуть свою армию. Безусловно, происходящее не может не беспокоить Азербайджан, хотя бы потому что Армения не отказалась от своих реваншистских планов и не соглашается на заключение мирного договора.

Прокомментировать ситуацию и поделиться своими прогнозами Minval.az попросил генерального директора Каспийского Института стратегических исследований (России) Игоря Коротченко.

– Представляет ли собой сближение Армении с Францией, а в ее лице и с НАТО, угрозу для России? Как Россия воспринимает происходящее?

– Это угроза для всех государств Южного Кавказа, потому что приход в регион внерегиональных игроков, целью которых является дестабилизация ситуации – всегда опасность и риск. Мы видим, что там, куда вмешивается НАТО, всегда начинаются вооруженные конфликты, которые затем переходят в фазу затяжной дестабилизации. С точки зрения военной политики и геополитики, безусловно, активность Армении и Франции в регионе воспринимается, в том числе и в политических и военных кругах Российской Федерации, как дестабилизирующее и негативное явление. Мы наблюдаем в последнее время, как Париж все более активно берет на себя роль и пытается стать главным модератором происходящих на Южном Кавказе событий. Это и активное участие наблюдательной миссии Евросоюза, и особенно в негативном ключе мы видим развитие французско-армянских отношений, которые с чисто политических и гуманитарных отношений в начале стали перерастать в формат военного сотрудничества. В первую очередь, это связано с тем, что Париж, используя свои рычаги влияния на Армению, стал передовым форпостом Северо-Атлантического альянса, пытающегося проникнуть в регион. Во всяком случае, итоги визита Пашиняна в Париж и критические заявления, которые были им сделаны после, не носят случайный характер. Они комплексные, осознанные и четко-выверены по времени и месту, и свидетельствуют о том, что в Ереване уже принято политическое решение о разрыве союзнических отношений с Москвой и прекращении участия в ОДКБ.

– То есть вы считаете, что посредством Франции НАТО уже приходит на Южный Кавказ?

– Это не я так считаю, это консенсусное мнение российских военно-политических кругов. И то, что сейчас в официальных комментариях должностных лиц России различного уровня звучат такие, я бы сказал, пока еще спокойные высказывания в адрес Армении, в которых слышен призыв одуматься, то это попытка достучаться до политического руководства этой страны, до Пашиняна, чтобы он осознал политическую пагубность своей политики. Но, к сожалению, повторю, решение уже принято и де-факто НАТО уже вошло на Кавказ. А позиция Франции, которая начала поставки оружия, заключается в создании системы противовоздушной обороны Армении, находящейся под контролем Парижа, НАТО, и основанную на западных стандартах. Конечно же, это прямая угроза национальной безопасности всех без исключения стран Южного Кавказа. И сказанное касается и Ирана. Военный потенциал Армении под западным контролем может быть развернут и использован против любой страны региона – России, Ирана, Турции, Азербайджана.

Мы видим, что французская политика и дипломатия совершенно беспринципная. Это страна-хищник, прославившаяся геноцидом населения в Африке и Юго-Восточной Азии. Для Парижа персоналии – это расходный материал. Пашинян ослеплен теми гарантиями, которые ему даны и очевидно пребывает в эйфории, думая, что западный зонтик безопасности будет надежно прикрывать его от любых форс-мажоров. Это ошибочное мнение. Армении отведена роль страны-провокатора, которая под присмотром и началом Франции и НАТО будет вносить все более дестабилизирующую роль в развитие текущих событий.

– На своем телеграмм канале, описывая ситуацию, вы использовали слово Рубикон. Он пройден Арменией или?..

– Он пройден. Повторю: заявление сделанные Пашиняном в Париже означают, что Армения уже находится в новой военно-политической реальности. И для России теперь вопрос заключается в том, как реагировать на это.

– А каким может быть реакция, как вы считаете?

– Считаю, что это предмет комплексного рассмотрения анализа. То, что происходит на Южном Кавказе, надо рассматривать в целом контексте военно-политической обстановки. Понятно, что для НАТО было бы идеальным вариантом открыть второй фронт в Закавказье. И здесь даже не с точки зрения военного давления, а создания угрозы для функционирования транспортных коридоров, коридор Север-Юг критически важен для России с точки зрения обхода санкций. И если формально функционирование транспортных магистралей в регионе из-за военной нестабильности и боевых действий будет нарушено, то это, прежде всего, вызовет экономические проблемы. Мы это должны себе четко представлять. Плюс Армения достаточно двулично вела себя в последние годы. Если в начале прихода к власти Пашинян мимикрировал под союзника и страны, дружески настроенной к России, то теперь маски сброшены окончательно. Так что Рубикон Армения перешла. Это совершенно очевидно. И в лице нынешнего режима в Армении мы видим враждебный для Российской Федерации курс, который будет лишь обостряться. А вопрос реагирования – это вопрос комплексного анализа и выработки такой позиции и политики, которая могла бы все-таки сдерживать Армению от крайних решений, хотя они более чем вероятны.

– Если продолжить вашу мысль, то при новом вооруженном конфликте в регионе маршрут Север-Юг, безусловно, пострадает, но не пострадают ли поставки в ту же Европу энергоносителей по маршруту Восток-Запад?..

– Мы понимаем, что основные получатели энергоносителей из Каспия – это, прежде всего, Балканы и страны Южной Европы. И в данном случае Франция в своей энергетической политике сделала ставку на атомные электростанции. И потому в рамках Евросоюза Франция может пытаться дестабилизировать ситуацию, совершенно не оглядываясь на возможные последствия для Италии, Греции, Албании, Болгарии, Венгрии, Турции. Турция вообще рассматривается как военно-политический соперник Франции, хотя они находятся в одном блоке НАТО. Но Турция там на позиции страны, которая хотя и имеет по боевой мощи вторую армию (если мы говорим без ядерной компоненты), то сталкивается с достаточно дискриминационной политикой со стороны Евросоюза, в том числе той же Франции.

Мир настолько турбулентен и циничен, что прежние правила приличий и договоренности сегодня уже не работают. В этом плане любая страна, которая хочет защитить свои национальные интересы должна понимать, что в отношении нее могут быть использованы абсолютно подлые и запредельные приемы, о которых раньше даже речи не могло быть. После взрыва Северного потока-2 вопросы энергетической безопасности должны рассматриваться и с точки зрения защиты важнейших транспортных и инфраструктурных проектов, в том числе и от возможных диверсий и провокаций. Поэтому для Парижа просто отброшены какие-либо существующие табу. Тем более Франция тянет на себя одеяло лидера Европы. В частности, Макрон назначил большую сходку лидеров западных стран, которая пройдет в Париже буквально сегодня или завтра. И в этом плане мы видим, что приход Франции на Южный Кавказ – это не случайность, а долговременная политика. То есть страна мыслит категориями колониальной державы. Для нее заход в тот или иной регион – это дестабилизация и эксплуатация ресурсов и попытка поставить себе на пользу те или иные трансформации, которые будут там происходить.

Поэтому начиная с неоколониального прошлого Франция последовательно реализует свою политику. Потом не будем забывать, что у Франции есть иностранный легион и это тоже достаточно развитые силы для проведения специальных операций. Есть французская внешняя разведка (DGSE), имеющая опыт операций в Африке, и в том числе в диверсионной компоненте. Поэтому закрепление Франции в Армении – это предвестник будущих негативных событий, которые здесь могут произойти.

– А что этому можно противопоставить? Есть какие-то сценарии?

– Прежде всего, полагаю, это должны быть закрытые военно-политические консультации всех тех стран, которые не желают видеть здесь внерегиональных игроков. В этом плане, наверное, должны усиливаться связи по линии Советов безопасности, например России и Азербайджана. К тому же, мы помним, что в Баку в прошлом году проходила ежегодная конференция руководителей спецслужб стран СНГ. Очевидно, что в этом аспекте нужен более тщательный обмен информацией и прогнозное реагирование. То есть, прежде всего, анализ и развитие негативных тенденций. К тому же, та же самая работа должна проводиться под эгидой мозговых центров как правительственных, так и неправительственных, и, прежде всего, России и Азербайджана, куда затем можно было бы подключить Турцию и Иран. То есть некая аналитическая платформа ведущих мозговых центров, просчитывающих риски, которые могут быть реализованы и меры противодействия им. Эту работу должны вести параллельно госструктуры и мозговые центры. Начинать надо с создания более тесного военно-политического диалога, укрепления партнерского взаимодействия специальных служб и разведок с точки зрения обмена информацией, потому что приход сюда Франции – это полномасштабная разведывательно-подрывная деятельность, которую французские спецслужбы уже начали вести, а тем более начнут масштабировать против наших стран. Здесь вопросы национальной безопасности диктуют необходимость более тесного подхода к совместной оценке угроз французского и натовского присутствия в регионе.

– Визит Зеленского в Ереван состоится в марте. Он уже анонсирован. Это разрядит или, наоборот, усилит напряжение в регионе?

– Думаю, Пашиняну это решение навязано и это было одним из условий. Так же, как его встреча с Зеленским на полях Мюнхенской конференции. Плюс визит его супруги Анны Акопян, соответственно, в Киев и, наконец, визит Зеленского в Ереван… Если это сейчас произойдет, то это открытый сигнал, что Армения – враждебная страна для РФ. Просто психологически для российского общественного мнения и политических элит это станет превращением Пашиняна во второго Саакашвили, в данном случае в армянского. Если Пашинян этого не понимает, то делает очень большую политическую ошибку. Но это будет худшее из того, что может сделать сегодня Армения для демонстрации своей враждебности России.

– Поделитесь, пожалуйста, прогнозом: Армения официально заявляет, что выходит из ОДКБ. Какой может быть реакция России?

– Сейчас тактика Армении заключается в том, чтобы не спровоцировать Россию на резкие ответные действия. Прежде всего, в области экономики и возможных санкций. Поскольку Армения получила огромный экономический бонус от нынешней ситуации. Рост товарооборота, приход российских финансов от релокантов, передислокация части бизнеса с территории России в Армению – все это дало Армении очень существенные экономические преференции. Это бешенный рост товарооборота, невиданный до сих пор рост ВВП. В этом плане для Еревана, конечно же, выгодна политика такого вынужденного сдерживания, когда все как бы фактически разорвано, но об этом не объявляется официально, и говорится о некой заморозке. Это тактика, связанная с тем, чтобы не попасть под ответную российскую реакцию. Хотя решения уже приняты. Но психологически им надо держать Россию на крючке, улыбаться, говорить «мы замораживаем, но не выходим», что является чистой мимикрией. Поэтому я полагаю, что в ближайшие месяцы Армения не станет официально выходить из ОДКБ. Процесс должен быть оптимизирован с тем… Скажем, Франция и НАТО только начинают заходить в регион, хотя уже присутствуют здесь, но это не одномоментный процесс. Десятитысячный французский контингент в Закавказье откуда возьмется? Для проведения соответствующих мероприятий нужно время. Поэтому, возможно, в конце этого года Армения заявит о выходе из ОДКБ, а может, и в следующем. Но де-факто все решения приняты и надо ждать их заявления. Уже сейчас в принципе работа должна идти по анализу и долгосрочному прогнозу и выстраиванию соответствующей политики. Очевидно, что многие вещи здесь совсем не публичные, но все это надо делать уже сейчас. Я в этом глубоко убежден. При оценке ситуации и последующих событий, мы должны исходить, прежде всего, из интересов национальной безопасности РФ. Они первичны. Не буду определять логику, тактику и стратегию российских действий в этом направлении.

– Пойдет ли Россия на экономическое удушение Армении?..

– Я уже ответил на ваш вопрос: любые решения, которые будут предлагаться и вырабатываться, носят закрытый характер и будут основаны на комплексной оценке ситуации.

– Франция предоставит Армении разведданные по Азербайджану, Ирану, России и Турции. Это ваши слова. То есть мы уже можем говорить о том, что…

– Мы можем говорить о том, что сформирована и приступила к практической деятельности служба внешней разведки Армении, которая является прямым детищем Пашиняна и появилась при его активном участии. До этого у Армении не было самостоятельного органа внешней разведки. Была военная разведка, служба национальной безопасности, разведка и контрразведка, но в данном случае самостоятельная внешняя служба создана при Пашиняне и его непосредственном участии. Она приступила к деятельности, создан центральный аппарат, создан ряд резидентур, получены должности под дипломатическим прикрытием, и главным партнером будет Франция и, соответственно, французские спецслужбы. Здесь, конечно, и ЦРУ, и МИ6 будут задействованы, но пока Франция будет основным партнером в этом плане. Передача разведданных по согласованному перечню вопросов – это тактика спецслужб.

– Как эксперт в военной области, как вы оцениваете оружие, которое поступает в Армению из Франции?

– Бронемашины, которые получила Армения, их тактико-технические характеристики, мягко говоря, сомнительные. В данном случае, очевидно, это чисто символический жест начала сотрудничества, но что касается начала поставок французского ПВО, то к этому надо относиться серьезно, поскольку он предусматривает трехэтапный период развертывания. Первый этап – это зенитно-ракетные комплексы малой дальности «Мистраль», плюс поставка трех РЛС для контроля за воздушным пространством. Но мы должны понимать, что будет развертываться комплексная система ПВО, которая учитывает особенности, во-первых, географию и театр военных действий в регионе, во-вторых, цель, то есть против кого все это будет ориентировано. Понятно, что против России и Азербайджана, ну и, разумеется, Ирана. Плюс надо учитывать этапность процесса поставок и развертывания.

Первый этап – это зенитно-ракетные комплексы малой дальности, затем пойдут средней дальности и, наконец, большой дальности. Общее количество РЛС превысит, наверное, 10-12 единиц, что вполне достаточно, чтобы создать сплошное радиолокационное поле. Будет, естественно, поставлен командный центр управления ПВО, где все будет комплексированно – средство автоматизации, контроля и натовская система контроля распознавания свой-чужой, адаптированные под потребности Армении. Все это однозначно означает переход на западные стандарты НАТО.

Параллельно будет вестись обучение во французских военных училищах армянских офицеров и технических специалистов. Ко всем этим вопросам надо относиться серьезно. Тем более, что Франция внимательно изучала опыт и второй Карабахской войны и опыт специальной военной операции, где были задействованы западные комплексы. Поэтому Армению будут готовить, исходя из того, что эта система ПВО будет адаптирована под потребности конкретной войны.

Это в военное время, а в мирное – системы воздушного базирования типа летательных самолетов и т.д. В этом плане мы совершенно четко понимаем, что и французская спутниковая группировка будет предоставлять Армении подробнейшую информацию по дислокации и условиям размещения азербайджанских вооруженных сил. К вопросу надо относиться серьезно еще и потому, что Франция – высокоразвитая технологическая страна. Вопрос в том, кто будет платить за все то, что получает Пашинян, и вопрос этот, конечно, интересный.

Частично, очевидно, это будут кредитные схемы, часть денег будет погашаться из армянского бюджета и, возможно, найдутся спонсоры. В конце концов, нашли же в Украине спонсоров. Возможно, пул спонсоров будет образован и для перевооружения Армении. Если к этому процессу подключатся и США, и другие страны НАТО, то Армения может получить целый ряд образцов вооружения, которые существенным образом укрепят ее военный потенциал.

– Здесь еще и Индия светится со своими поставками оружия Армении…

– Индийское вооружение, мягко говоря, на мировом рынке оружия не котируется. Но реактивные системы залпового огня, также стрелковое и минометное вооружение, артиллерийские системы, то есть то, что используется на поле боя, могут быть осуществлены. Тем более, что Индия рассматривает ситуацию в контексте своего противостояния с Пакистаном и в этом плане могут быть приняты политические решения по каким-то льготным или даже бесплатным поставкам партий оружия. И самое главное, у Индии есть развитая ракетная промышленность, то есть баллистические ракеты тактического и оперативно-тактического класса. С точки зрения возможных поставок, это может представлять главную угрозу. А учитывая, что Армения, вооружаясь, будет проводить все более и более агрессивную политику, то могут появиться новые доктрины. Мы помним доктрину Армении, которая предусматривала нанесение ударов по инфраструктурным объектам Азербайджана. В данном случае поставки индийских баллистических, тактически и оперативно-тактических ракетных комплексов, которые подвижные и мобильные, может в перспективе серьезно усилить потенциал Армении.

– Президент Ильхам Алиев заявлял, что Азербайджан отслеживает поставки вооружения Армении и в случае надобности адекватно ответит.

– Не думаю, что речь идет о нанесении превентивного удара. Я так понимаю, что Баку внимательно следит и шлет некий месседж Армении, что как бы повышение качества ее военной мощи не спровоцировало бы в итоге Ереван на попытку силовым образом изменить соотношение сил в регионе. Тем более при поддержке внешних игроков. Думаю, что восстановление территориальной целостности Азербайджана – уже завершенный процесс, и Армения, даже при помощи тех вооружений и союзников, которые у нее будут, не сможет изменить сложившуюся ситуацию. Речь идет о том, что Армения может не подписать мирный договор. Мы же видим, что Пашинян соскакивает с этой темы или по крайней мере шлет разнонаправленные сигналы. Он просто представляет угрозу миру и стабильности в регионе.

– То есть вы прогнозируете еще одну войну на Южном Кавказе между Азербайджаном и Арменией?

– Здесь бесполезно прогнозировать, поскольку многие события возникают по принципу черного лебедя, совершенно неожиданно. Я одно могу сказать: в нынешнем состоянии, даже потерпев военное поражение, Армения время от времени устраивает вооруженные провокации и обстреливает азербайджанские позиции. Получает при этом, правда, удары возмездия, но тем не менее… И это в нынешнем ослабленном состоянии. Теперь представим, что Армения перевооружилась, получила хорошую систему противовоздушной обороны, мобильные ракетные комплексы от той же Индии, нарастила свой военный потенциал. Она, наверное, будет вести себя не столь осмотрительно как сейчас, хотя и сейчас она ведет себя достаточно агрессивно, и порождает потенциал новых конфликтов. Будут они или нет, здесь много неизвестных, которые заранее не дают возможность просчитать. Но если мы вспомним, что Армения 30 лет оккупировала чужие территории, постоянно провоцирует ситуацию, то есть природа действий не изменилась, а изменились лишь условия, то как дальше станет развиваться ситуация, когда Армения будет накачана военными мускулами, оружием? Может быть все что угодно. В нынешнем мире ничего нельзя исключать заранее, потому что изменился сам миропорядок, и в новом миропорядке возможны такие действия, которые ранее казались немыслимыми. И потому новую войну на Южном Кавказе тоже теоретически исключать нельзя. Другое дело, что нужно постараться не допустить ее. Залог для этого – мирный договор между Арменией и Азербайджаном и демаркация, делимитация границ. Это может перекрыть возможность новой войны.

– Задам последний вопрос. Если Армения спровоцирует Азербайджан, то каковой будет реакция Москвы?

– Россия за мир и стабильность на Южном Кавказе. Российская дипломатия и политика делает все, чтобы в этих непростых условиях переговорный трек работал. Поэтому основная цель и задачи российской дипломатии – сделать так, чтобы мирное соглашение между Азербайджаном и Арменией стал реальностью. Понятно, что это, прежде всего, предмет двусторонних договоренностей Еревана и Баку, но Москва неоднократно говорила, что она в рамках своих компетенций и возможностей готова содействовать этому процессу. Так что в области практической дипломатии Москва делает все для мирного соглашения. Другое дело, что наши отношения с Арменией переживают кризис.  Хотя в этом не признаются вслух, но всем все понятно. Поэтому мирный договор – это смысл российской политики. А что касается форс-мажорных обстоятельств, то давайте мы не будем говорить о худших сценариях и все-таки сосредоточимся на том, что несмотря на турбулентность, мир на Южном Кавказе теоретически возможен. Главное – понять, как нам совместно действовать и реагировать в условиях новой реальности, когда НАТО де-факто в Армении. Вот это главный вопрос.

Рауф Насиров