Визит председателя КНР в РФ стал четким сигналом для Запада — Пекин поддерживает Москву и видит в ней стратегического партнера. Но: в каких областях, касается ли это Украины, и какие страны могут превратить дуэт в квинтет: уж не Иран ли с Саудовской Аравией и Северной Кореей?
Первый официальный визит председателя КНР Си Цзиньпина после его переизбрания на третий срок правления Поднебесной состоялся в Россию. То есть повторилась история десятилетней давности – Си поступил так же, когда его переизбрали на второй срок. В принципе, в этом нет ничего удивительного, учитывая специфику российско-китайских отношений. Приоритетность посещения России в качестве первой страны сам китайский лидер объяснил на встрече с главой правительства РФ Михаилом Мишустиным тем, что отношения между двумя странами «прошли много испытаний на прочность», поэтому он «без сомнения выбрал Россию как первую остановку своего зарубежного визита после переизбрания».
И если с Мишустиным речь шла о двукратном увеличении, за последние годы, товарооборота между КНР и РФ (он приблизился к 200 млрд долларов), а инвестиционный портфель Межправительственной российско-китайской комиссии по инвестиционному сотрудничеству насчитывает 79 проектов на сумму свыше 165 млрд в той же валюте, то с президентом России Владимиром Путиным лидер Поднебесной, помимо торгово-экономический темы, обсудил широкий спектр вопросов, не обойдя, разумеется, украинскую проблематику, включая предложенный Китаем план по урегулированию вооруженного конфликта между Москвой и Киевом. Но это – особая статья разговора.
Сначала в продолжение более легкой темы – торгово-экономической. Путин и Си Цзиньпин подчеркнули уникальный характер как их личных отношений, так и отношений между странами. Переговоры они оценили как успешные, «в полной мере отражающие характер отношений» между Китаем и Россией. Подписанный сторонами план развития ключевых направлений экономического сотрудничества до 2030 года предусматривает восемь основных пунктов – от совершенствования электронной торговли и иных инновационных инструментов до системы логистики и обеспечения взаимной и глобальной энергетической безопасности.
Что касается оценок ситуации в мире Москвой и Пекином, то, по словам Путина, они либо совпадают, либо очень схожи. Обе страны, сказал он, выступают против того, чтобы те или иные государства или блоки наносили ущерб законным интересам других. В подписанном лидерами двух стран совместном заявлении об углублении всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, в частности, подчеркивается, что отношения КНР и РФ «не подвержены внешнему влиянию, демонстрируют жизнеспособность и позитивную энергетику».
Коснулись главы государств и «больного» вопроса – собственно, не только для них, но и многих других стран, а именно: не существует «высшей демократии», и все страны могут развиваться по собственной модели, в том числе, в сфере прав человека (напомним, за их нарушение Запад постоянно критикует Россию, Китай и не только их). Ну и, в близком к такой критике контексте — «цветные революции»: договорились раз в год о встречах министров внутренних дел РФ и КНР для противодействия им. Россия подтвердила приверженность принципу «одного Китая», заявив, что Тайвань является неотъемлемой частью КНР, а Китай поддержал проведение объективного
И тут мы подходим к крайне щекотливому, но архиважному вопросу – урегулированию украинского конфликта. Пекин, традиционно делающий нейтральные заявления по тем или иным конфликтам в мире, в последнее время активизировался. В качестве примера приведем хотя бы его успешное участие в примирении Ирана и Саудовской Аравии. На сей раз Поднебесной представлен план по украинскому урегулированию, состоящий из 12 пунктов. И хоть Путин заявил, что многие положения этой инициативы могут быть взяты за основу мирного урегулирования, когда к нему будут готовы в Киеве и на Западе (сейчас он такой готовности не видит), российский лидер явно лукавил. Хотя бы потому, что война России против Украины противоречит ключевым принципам внешней политики Пекина и провозглашенного им уважения суверенитета и территориальной целостности государств. Так что «партнерство без ограничений», декларированное лидерами двух государств, ограничения, все же, имеет: Китай не признал аннексию Россией Крыма и четырех украинских областей.
Если Россия их «уступит» Киеву, можно считать, что войну она бесславно проиграла. А если уступит Киев (а он этого не только не сделает, но ему не позволит пойти на такой шаг Запад), можно считать, что проиграли и Украина, и Запад. Китай, как видно, пытается найти «баланс», однако это не тот случай, когда он может обнаружиться. И это прекрасно понимают в Вашингтоне, где, как на Западе в целом, очень внимательно отслеживался визит Си Цзиньпина в Москву. Так, госсекретарь США Энтони Блинкен заявил, что китайская мирная инициатива вызывает обеспокоенность, потому что в ней нет призыва к России отвести войска с занятых территорий. Между тем постулат о территориальной целостности государств Пекином отозван не был. Кроме того, он не оказывает военную поддержку России – в поставках ей вооружения замечен не был.
И вряд ли только из-за опасений санкций, которые и так коснулись отдельной номенклатуры китайского экспорта. И, в конце концов, Поднебесная сумела, несмотря на разные запреты, наращивать взаимодействие с Ираном. Значит, у Пекина есть иные соображения в отношении военной не помощи России, которые пока трудно расшифровать. Впрочем, не исключено, что она, в конце концов, может состояться, если у Москвы появится острая надобность в соответствующих поставках, а Китай решит, что того требуют меняющиеся геополитические реалии, угрожающие его собственной безопасности.
Как бы то ни было, а Китай отправил Западу четкое признание: в России он видит стратегического партнера, пусть даже в некоторых случаях место имеет «покуривание табачка врозь». Тем не менее, ознакомившись с западной, в частности, американской прессой, политических оппонентов РФ и КНР это не утешило, более того, напрягло еще больше – ось Москва – Пекин усиливается, и может быть дополнена другими странами, сокращая возможности санкционного давления на Россию и ее экономику. И хоть представитель Совета национальной безопасности США Джон Кирби уповает на то, что Китай и Россия состоят в «браке по расчету», поскольку РФ является крупнейшим поставщиком газа для КНР, а последняя — главным торговым партнером России, это не вполне соответствует действительности.
Разумеется, расхожее мнение о том, что в политике нет друзей, а есть интересы, справедливо. Но ведь помимо торгово-экономических интересов, сотрудничества в освоении космоса и т.д., Россию и Китай роднит главное – враждебность в отношении США и их сателлитов, и наоборот – враждебность последних в отношении первых. А это уже «почти любовь». Обе страны опасаются дестабилизации по периметру своих границ, внешнего вмешательства в его разных проявлениях, утверждения однополярного мира, и поэтому они, в итоге, выступят единым фронтом для формирования иного миропорядка. Собственно, председатель КНР косвенно это подтвердил, заявив в Москве, что сошелся во мнениях с Путным относительно того, что «китайско-российские связи далеко вышли за рамки двусторонних отношений и имеют жизненно важное значение для современного миропорядка».
И крайне существенно для обеих стран то, что это «жизненно важное» подкреплено еще и прочными энергетическими и экономическими «рельсами»: Путин заверил китайского лидера в том, что российский бизнес в состоянии удовлетворить растущий спрос экономики КНР в энергоносителях и в рамках текущих проектов, и тех, которые находятся сейчас в процессе согласования. Вероятно, имеется в виду, в том числе, строительство газопровода «Сила Сибири – 2», который пройдет через территорию Монголии – эта тема, как известно, обсуждалась лидерами России и Китая. По пояснению Путина, «Практически все параметры этого соглашения согласованы. Это 50 млрд куб. м газа надежных стабильных поставок из России», — сказал он.
Словом, выражаясь молодежным сленгом, Путин и Си Цзиньпин «зажгли» — наверно, больше, чем сами того ожидали в контексте реакции на визит первого лица Китая в Москву: пресса шумит, политики – действующие и бывшие, однако все еще авторитетные, в ярости. ТАСС со ссылкой на интервью экс- помощника президента США по национальной безопасности Джона Болтона британской газете The Telegraph передает, что американский политик заявил: образование российско-китайского союза создает для стран Запада реальную проблему, которая более серьезна, чем конфликт в Украине. «И Китай, и Россия говорят, что это союз без границ, и я думаю, что они говорят это серьезно. В этом настоящая проблема для Запада независимо от того, что произойдет на Украине», — сказал он.
«Я думаю, — продолжил Болтон, — что образуется ось Россия — Китай, к которой примыкают Иран и Северная Корея. Взгляните на карту, взгляните на географию. Нам необходимо относиться к этому серьезно».
По его словам, Западу следует начать пересмотр текущей концепции сдерживания из-за того, что «КНР становится угрозой как в ядерной сфере, так и в конвенциональной». Он убежден, что «Китай в целом представляет экзистенциальную угрозу» для Запада, и это требует серьезного подхода к вопросам обеспечения безопасности. Болтон также добавил, что НАТО необходимо прикладывать больше усилий для противостояния РФ.
Болтон, к тому же, не сомневается в том, что Китай поддерживал РФ с самого начала военной операции в Украине, не пытаясь оставаться нейтральным, и что у Пекина есть много возможностей оказать Москве и военную помощь, не поставляя вооружения напрямую. То есть КНР могла бы продавать Белоруссии или КНДР оружие, которое впоследствии оказывалось бы в России. Он упомянул и о возможности поставок в Россию необходимых для создания вооружений компонентов, а также оказания ей финансовой помощи со стороны Китая.
Доказательств этому, как было сказано выше, нет. Однако приоритеты и «стратегическое партнерство» видоизменяются под давлением внешних обстоятельств и уровня их агрессивности и токсичности. Впрочем, это крайне пессимистичный вариант развития событий. Скорее всего, Пекин будет продолжать, с некоторыми «вариациями», придерживаться философии китайского стратега и мыслителя Сунь-цзы, жившего в VI веке до н. э., и оставившего потомкам знаменитый трактат о военной стратегии «Искусство войны». А именно: «Если долго и терпеливо сидеть на берегу реки, то можно увидеть, как мимо проплывет труп твоего врага». То есть особо «париться» не надо.
Вот в этом Россия и Китай точно не совпадают. Так что «табачок» врозь» своей актуальности не теряет.
Ирина Джорбенадзе
