Осужденным на пожизненное заключение в Гобустанской крытой тюрьме отказывают в медицинских препаратах, которые необходимы им для лечения хронических заболеваний. Сигнал об этом поступил в редакцию Minval.az от родственников заключенных «крытки», имена которых, по понятным соображениям, мы называть не будем. Они говорят о том, что не получает должного лечения, а тюремные врачи оправдываются фактом, что необходимых лекарственных препаратов в наличии не имеется.
С этим вопросом сотрудник «Минвала» обратился к начальнику Главного медицинского управления Министерства юстиции Рафаилу Мехтиеву. Однако он заявил о том, что информация об отсутствии нужных препаратов не соответствует действительности.
«Поступившие в вашу редакцию жалобы – ложь. Тюремные медучреждения не испытывают сложностей с препаратами, в наличии имеются все необходимые лекарства» — заявил Р. Мехтиев.
С учетом того, что жалоба в редакцию поступила в момент, когда в стране наблюдается острый дефицит лекарств, ответ Р.Мехтиева не слишком убедил. Наш корреспондент обратился за комментарием к правозащитнику Эльдару Зейналову, отметившему, что и сама жалоба в редакцию, и ответ Р.Мехтиева на самом деле – это палка о двух концах.
По его мнению, может оказаться так, что правы и те, и другие. Возможно, все необходимые препараты на самом деле имеются в наличии. Но если среди персонала имеет место коррупция, имеющиеся лекарства попросту «зажимают», и таким образом создается видимость дефицита.
«Но все эти факты нужно проверять в каждом конкретном случае. Люди же предпочитают жаловаться анонимно, а от анонимных жалоб легко отмахнуться, поэтому и в законодательстве об обращениях граждан предписывается включать в них данные жалобщика. Иначе будет как в советское время, когда путем анонимок сводили личные счеты. Но коррупция в этом деле может и устраивать некоторых состоятельных пациентов, получающих за звонкую монету и положенное, и даже сверх нормы, если врачи за деньги дают «психотропы» и искусственно продлевают лечение в комфортных условиях «больнички»», — говорит Э. Зейналов.
Кроме того, по мнению правозащитника, если дефицит имеет место быть, родственникам нужно не в редакции жаловаться, а настаивать на приходе комиссии из Главного управления, которая проверит, правильно ли проводилось лечение, выдавались ли нужные лекарства (а они выдаются под личную подпись пациента). Эта мера вполне допускается законом. Если кто-то будет строить препятствия для проведения проверки, можно обратиться в суд.
«В свое время была история, когда к больному журналисту Новрузали Мамедову не допустили врача извне, и он скончался. По этому поводу было решение Евросуда, на которое можно ссылаться. Если у человека хроническая болезнь, грозящая летальным исходом, а лечения в тюремных условиях не позволяет с нею справиться, то вполне обоснованно обратиться к специалистам извне. Правда, тюремный врач тоже должен присутствовать, для контроля», — сказал правозащитник.
Эльдар Зейналов отметил, что в статье 93 (Медико-санитарное обеспечение осужденных) Кодекса об исполнении наказаний говорится следующее. Осужденные имеют право обращаться в медицинские учреждения, оказывающие платные медицинские услуги. Оплата таких видов услуг и лекарств осуществляется осужденным или его родственниками. В подобных случаях медицинская консультация для проведения лечения осуществляется в медико-санитарной части пенитенциарного учреждения, а также в лечебном учреждении под наблюдением медицинского персонала данного учреждения.
Основной документ, на который ссылаются в повседневной жизни — это ПВР (правила внутреннего распорядка), и с правилами этими каждого заключенного должна знакомить администрация, что, в принципе, и делается сразу после поступления осужденного в колонию, во время карантинного срока.
«Но много ли запомнит человек в состоянии депрессии? А потому ПВР должны быть доступны и в тюремных библиотеках, и даже для родственников заключенного они должны стать настольным пособием. Права заключенного не должны быть тайной за семью печатями, и тем более, не должны быть доступными по прейскуранту. Так что, если кто говорит, что оказание платных услуг «вольными» врачами запрещено, невозможно и т.п., или не читали ПВР, или лукавят, чтобы создать условия для коррупции», — резюмировал правозащитник.
Но дефицит лекарств ощущают на себе не только заключенные. В положении заложников оказались все жители страны. Об остром дефиците лекарственных препаратов и непомерных ценах на них говорят не только журналисты и эксперты, но и депутаты Милли Меджлиса. Последние неоднократно заявляли об этом на парламентских заседаниях.
Еще в октябре депутат Руфат Гулиев во время своего выступления в Милли Меджлисе заявил, что препарат «Адреналин» в Азербайджане не найти уже более месяца. По его словам, из-за исчезновения этого препарата в некоторых клиниках осложнилось проведение хирургии. Кроме того, испытываются сложности с глюкозой и физраствором, которые в страну завозят в весьма ограниченном количестве.
Остро стоит вопрос цены на целый ряд самых разных препаратов, подорожавших на 40-50%, и потому продавать их невыгодно. Из аптек также пропал еще один важный препарат «Аспирин Кардио», необходимый для лечения лиц, страдающих сердечно-сосудистыми заболеваниями.
Для предотвращения этих случаев минналогов и минэкономики должны создать мониторинговую группу, считает депутат Муса Гулиев, комментируя в ходе обсуждений ситуацию, сложившуюся на фармацевтическом рынке. Депутат отметил, что, несмотря на утверждение Тарифным советом цен на более чем 3,5 тысячи лекарственных препаратов, для контроля в аптеках нужно установить электронные табло, на которых должны быть указаны лекарства, цены на которые регулируются и то, имеются ли он в наличии.
Кроме того, одним из решений проблемы эксперты считают расширение производственной линии в Азербайджане. Вместе с тем Азербайджан должен согласиться на условия иностранных компаний, покинувших рынок, поскольку импортные лекарства отличаются высоким качеством, а пациенты на протяжении многих лет привыкли к их приему.
Между тем главврач Центра психического здоровья «Меди-арт», профессор Араз Алигулиев считает, что строительство фармакологического завода вопрос не решит.
«Производство лекарств – это очень емкое научное-исследовательское направление. Даже те, кто строит фармакологические заводы, получают лицензию от материнских компаний, которые впоследствии здесь могут производить какие-то компоненты лекарств и заниматься упаковкой. Главная проблема дефицита лекарств в стране – ценовая политика. Минздрав, насколько я знаю, максимально упростил процедуру регистрации лекарств, поступающих из-за границы. Но все упирается в ценовую политику. Завышенные цены производителей не устраивают многие компании, несмотря на упрощенные процедуры. То есть, политика Тарифного совета создает такие проблемы. Решения Тарифного совета стали причиной ухода ряда иностранных компаний и исчезновения производимых ими 10-20 наименований препаратов с местного рынка», — отметил Араз Алигулиев.
Яна Мадатова
