Кто сегодня пользуется их услугами?
Выражение «царская охота» уже давно стало нарицательным. Масштабные выезды главного персонажа с многочисленной свитой уже на протяжении нескольких веков остаются непременной чертой «аристократического» образа жизни. Сегодня, конечно, стараниями «Гринпис» и прочих зоозащитников охота всячески порицается и шельмуется, но в начале семидесятых до этого было еще слишком далеко.
Верность этому самому «аристократическому образу жизни» стремился хранить и генерал Тимур Бахтияр, бывший глава иранской охранки и разведки САВАК, проживавший в Ираке. 12 августа 1971 года отправился на традиционную охоту. Только не подозревал, что в роли «добычи» предстоит выступить ему самому. Внезапно один из сопровождавших генерала, Алген Матевосян, как выяснилось позже, агент иранских спецслужб, неожиданно стреляет в него из пистолета. Пулю в лоб получает телохранитель генерала. Бахтияр, раненый в плечо, пытается достать свой револьвер, но его в следующее мгновение буквально изрешетили пулями. Все было подстроено так, чтобы смерть Бахтияра напоминала несчастный случай на охоте. Генерала довезли живым до госпиталя, но он скончался на операционном столе. Алген Матевосян, согласно плану, тут же покинул место преступления и направился к иранской границе, но пересечь ее не сумел. «Ликвидатора» доставили в Багдад, где казнили уже через 48 часов после убийства, даже толком не допросив. Впрочем, в том, что устранить Теймура Бахтияра приказал шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви, не сомневался почти никто. В самом деле, генерал еще в 1953 году принял участие в мятеже против тогдашнего премьер-министра Ирана Мохаммеда Мосаддыка, стал одним из приближенных шаха Мохаммеда Резы Пехлеви, в 1957 году возглавил местную охранку — САВАК, и развернул в Иране кампанию жесточайших репрессий против политических противников монарха. Однако уже в 1961 году Бахтияр впал в немилость, был уволен с поста руководителя САВАК, а в 1962 году вообще предпочел перебраться из Ирана в Ирак, где активно привечали всех политических противников иранских властей — как утверждали знающие люди, шах не без оснований подозревал, что Теймур Бахтияр готовит против него заговор. Шах не без оснований считал Бахтияра серьезной угрозой для себя — бывший глава САВАК активно наводил мосты со всеми его политическими противниками, включая и активистов национально-освободительного движения Южного Азербайджана, и коммунистов из партии ТУДЕ, и аятоллу Хомейни и его сторонников. Правда, шах Мохаммед Реза Пехлеви только через несколько лет после победы исламской революции признался, что приказ устранить Бахтияра отдал лично он.
Об этом не очень любят говорить вслух, но свои «эскадроны смерти», в том числе действующие за рубежом, заводят многие диктаторские режимы. Достаточно вспомнить операцию «Кондор» или убийство Степана Бандеры в Мюнхене. Мохаммед Реза вряд ли мог быть исключением. Другое дело, почему в роли «ликвидатора» выступил именно Алген Матевосян.
Об этом сегодня не очень любят говорить вслух, но армяне при шахском дворе пользовались солидным влиянием. САВАК оценивала численность армянской общины Ирана в 70 тысяч человек. За армянами было закреплено два парламентских кресла. Одно из них последовательно занимали Александр Агаян, затем его сын Феликс Агаян, с которым близко дружила сестра шаха, принцесса Ашраф Пехлеви. Еще один представитель армян в иранском Меджлисе, Севак Сагинян, обратился с просьбой к заместителю начальника САВАК генералу Фардусту с предложением принять представителя АСАЛА, крупнейшей армянской террористической группировки, отметив, что генерал Хассан Алавикиа (глава европейского операционного отдела САВАК в 1962–1967 гг.) уже установил с ним отношения, и эта встреча состоялась. Генерал Фардуст вспоминал: «Позже я хотел встретиться с ним снова. На этот раз я спросил его о деятельности армянской секретной армии по всему миру. Он ответил, что секретная армия не существует в тех странах, где армянское население очень мало, но все же они поддерживаются секретной армией. Решения, пояснил он, принимаются на международном уровне, и армянскому члену секретной армии, проживающему в Турции, может быть дан приказ убить противника на Филиппинах. Таким образом, можно сделать вывод, что во всем мире существовала единая армянская секретная армия, и решения принимались руководителями армий разных стран. Он не скрывал своей глубокой вражды по отношению к Турции и полагал, что большая часть армянской территории была узурпирована турецким правительством и возложила на турецких лидеров ответственность за убийство миллионов армян. Считалось, что Турция была заклятым врагом армян и поэтому была главной целью тайной армии».
А вот тут нужно пояснение. Прежде всего, АСАЛА не без оснований считалась частью сети левого террора, который активно спонсировали и поддерживали спецслужбы СССР и его сателлитов (особую активность здесь проявляла восточногерманская «Штази»). В пятидесятые годы в иранской епархии армянской церкви развернулась нешуточная интрига: церковную иерархию аккуратно вывели из-под влияния Эчмиадзина, находившегося на территории СССР, и переподчинили киликийскому католикосу, созданному в ливанском местечке Антилиас. Но теперь становится понятным: то, что АСАЛА находилась под опекой спецслужб СССР, спецслужбы Ирана от сотрудничества с ней не остановило. То, что речь шла о террористической группировке — тоже. Как и то, что действовала эта группировка против Турции — союзника США, а Иран в те годы тоже считался ближайшим сателлитом Вашингтона — в самом деле, вряд ли руководители САВАК обсуждали с представителями АСАЛА, к примеру, меню армянских ресторанчиков Тегерана. Тем более САВАК смотрела сквозь пальцы на активные контакты иранских армян с сонародниками в Советской Армении — хотя, казалось бы, логика «холодной войны» должна была диктовать нечто прямо противоположное. И самое главное, миллионы иранских азербайджанцев об общении со своими родными и близкими в советском Азербайджане не могли и мечтать — этому активно противодействовали и Тегеран, и Москва. Тоже любопытная информация к размышлению.
Можно, конечно, отнестись ко всему этому как к истории: шахский режим свергнут, у власти в Иране уже не менее 40 лет находятся исламисты…Есть, конечно, официальная версия: АСАЛА вначале поддержала Хомейни, быстро забыв о своем сотрудничестве с шахом, но затем, уже в 1981 году, пути армянских террористов и иранской «муллократии» разошлись. Только вот уже в начале восьмидесятых АСАЛА начинает активно сотрудничать с проиранскими террористическими группировками на Ближнем Востоке, в том числе «Хезболлах» и «Джихад Ислами». Сегодня «многострадальная христианская Армения» активно сотрудничает с «муллократическим» Ираном во многих сферах, включая взаимодействие спецслужб и военно-промышленный комплекс. Наконец, понятно и другое, Подробности нежной дружбы иранской охранки САВАК с армянскими террористами и, по всей видимости, использование этих самых террористов в качестве «эскадронов смерти» (а обстоятельства убийства Теймура Бахтияра по крайней мере не позволяют этого исключать) стали известны только после падения шахского режима.И можно только догадываться, какие откровения с армянским акцентом обрушатся на аудиторию, если на эту тему начнут откровенничать уже бонзы нынешней муллократии.
Нурани, политический обозреватель
