В Иране — новая волна арестов и пыток азербайджанских активистов. Причем с явным «проармянским» акцентом. Муллократия обрушила репрессии на участников протестов, охвативших Южный Азербайджан в начале марта, по горячим следам визита в Иран в годовщину Ходжалинского геноцида премьер-министра Армении Никола Пашиняна. Дело тогда, напомним, не ограничилось объятиями с официальными руководителями ИРИ и заверениями в дружбе. Никол Пашинян, в числе прочего, провел встречу с активистами местной армянской общины и сделал селфи на фоне плаката «Арцах — это Армения, и точка!» Это вызвало понятное возмущение по обе стороны реки Араз. В частности, десятки тысяч азербайджанцев собрались на стадионе во время игры футбольной команды «Тракторсази» и скандировали лозунги «Карабах наш и будет нашим», подняли флаг Азербайджана и сожгли флаг Армении.
Первые сообщения о задержаниях и арестах участников протестов появились еще по горячим следам. Теперь же в социальных сетях распространяются фотографии, красноречиво свидетельствующие, что против задержанных азербайджанских активистов применяются пытки, В частности, юноша по имени Эхсан был избит плетью за то, что поднял флаг Азербайджана.
Строго говоря, репрессивная сущность иранского режима, применение пыток и тем более использование такого наказания, как удары плетью — давно не новость. Другое дело — политическая логика.
Нетрудно догадаться: иранской муллократии, судя по всему, необходимо в очередной раз выслужиться перед Арменией. Эта страна, судя по всему, вновь нужна Ирану в качестве канала обхода санкций, особенно теперь, когда США признали террористической организацией элитные вооруженные формирования ИРИ — «Корпус стражей исламской революции». Именно на КСИР «завязаны» многие финансовые операции, поставки в Иран материалов и комплектующих для ракетных и ядерных программ и т.д. «Третьи страны» могут, конечно, публично выражать свое несогласие с решением американской администрации, но, оказавшись перед выбором: сотрудничество с ИРИ или санкции со стороны США — делают выбор в пользу Вашингтона. А значит, Тегерану вновь нужен «обходной канал», с ролью которого прежде справлялась «многострадальная христианская Армения». Готовая дружить против Азербайджана с кем угодно. Устроенный на днях Николом Пашиняном «публичный разнос» на одном из таможенных пунктов на этом фоне вряд ли можно считать случайным совпадением: премьер-министр явно намерен «обезопасить тыл» от неожиданных утечек и тоже действует по вполне логичной схеме: нагнать страху на подчиненных с помощью всех этих «уволить всех!»
Но не это главное. В нынешних репрессиях, которые Тегеран обрушил на азербайджанских активистов, слишком уж явно сквозит страх иранской «муллократии» перед национальным движением в Южном Азербайджане. Дело не в том, насколько возмутили жителей Тебриза, Ардебиля, Зенджана и Хамадана детали визита Никола Пашиняна вообще и его селфи на фоне скандального плаката в частности. По-настоящему пугает власти то, что жители Южного Азербайджана ощущают себя азербайджанцами и в прямом смысле в ответ на проармянские шаги властей ИРИ поднимают азербайджанский флаг.
В Южном Азербайджане, напоминают историки, только в ХХ веке было несколько крупных восстаний: и движение Саттархана, и восстание под предводительством шейха Хиябани, и национальное движение, во главе которого стоял Пишевари…Иранский Азербайджан всегда был колыбелью революций. Более того, если раньше по другую сторону границы находился СССР, где не очень хотели ставить в одно предложение слова «Азербайджан» и «независимость» и сравнительно быстро находили общий язык с Тегераном, когда надо было топить в крови национальное движение в Южном Азербайджане, то теперь Иран граничит с независимым светским Азербайджаном, и это меняет дело. Да, в Баку уважают международное право и признанные границы, но в самом Тегеране судят об окружающем мире «в меру своей испорченности». И если ИРИ забрасывает в Азербайджан террористов и инспирирует здесь мятежи, а официальные лица позволяют себе называть Азербайджан «потерянными иранскими землями», то основания беспокоиться по поводу возможной «ответки» у Тегерана есть. Наконец, в Тегеране не могут не понимать: флаги Азербайджана появились пока что на трибунах стадиона на фоне роста политического давления на ИРИ, где у национального движения в Южном Азербайджане есть серьезные шансы заручиться вниманием и поддержкой извне. Причем вовсе необязательно, что речь пойдет о Баку. К тому же, в отличие от Белуджистана или Ахваза, национальное движение в Южном Азербайджане не использует террор. Можно, конечно, вести продуманную политику, «развязывать узелки», искать способ снизить напряженность и внутри страны, и в отношениях с окружающим миром, но иранская «муллократия» предпочла сделать ставку на «дубину», то есть на репрессии. Это показалось проще и комфортнее.
Только вот точно так же ставку на репрессии делал и Мохаммед Реза Пехлеви, последний шах Ирана. Только вот это не уберегло его «павлиний трон». Тогда Иран удержался в своих границах. Но теперь, после распада СССР и Югославии, такой гарантии уже нет.
Нурани, обозреватель
