4 и 5 февраля Азербайджанский Государственный Театр оперы и балета порадовал зрителей грандиозными спектаклями: оперой «Богема» Дж. Пуччини и блестящей постановкой балета «Семь Красавиц» маэстро Кара Караева.
Стоит отметить, что интересная трансформация образов, реконструкция спектаклей, совершенно новое видение постановок привлекают в театр все больше и больше зрителей. И все чаще темы спектаклей, костюмы и внешний облик артистов муссируются в социальных сетях и на форумах. Но проникнуть в этот яркий, неведомый и потому такой привлекательный мир дано не каждому. Но только не сотрудникам сайта Minval.az, которые всегда стараются освещать не только социально-политические вопросы, но еще и пропагандировать темы, связанные с развитием культуры и искусства в нашей стране.
Приоткрыть алый занавес закулисья и рассказать о том, что нам, простым зрителям, неведомо, согласилась Народная артистка Азербайджана, лауреат премии «Гызыл дервиш» и «Зирвя», стипендиат Президента, главный балетмейстер балетной труппы академического театра, художественный руководитель Академии хореографии, доцент кафедры балетмейстерского искусства Академии хореографии Гусейнова Камилла.
— В последние несколько лет мы наблюдаем резкий подъем уровня Государственного Театра Оперы и Балета. Он наблюдается во всем: это и новые интересные постановки, и постоянное пополнение молодых кадров, и яркие костюмы, и необычные красочные декорации. Создается впечатление, что в старое здание театра вдохнули совершенно новую жизнь. И эта новая жизнь обсуждается публикой, приходящей на спектакли. Я и сама приятно удивлена тем, что вижу на сцене в последнее время, удивлена еще и потому, что театральная тема довольно активно муссируется в соцсетях, люди делятся видеороликами постановок, фотографиями спектаклей. И это просто прекрасно, потому что я уже начала переживать, что закат театра уже не за горами. И, пожалуй, это самое прекрасное разочарование в моей жизни.
— У нас такая профессия, что изменить ситуацию за кратчайшие сроки просто нереально. И если сегодня публика видит значительные улучшения, то это значит, что работа началась задолго до этого момента. Это воспитание подрастающего поколения, обучение молодых кадров и их ввод в репертуар. Так что результат творческого подъема, который вы наблюдаете сегодня, начался с большой и сложной работы, в которой было задействовано очень много механизмов как в балете, так и в опере. Это работа и педагогов, и репетиторство – в том числе и тех педагогов, которые на данный момент уже не работают в театре. Это плоды их плодотворного труда. Основная цель сегодня – поддержать этот творческий процесс, дать ему еще больший толчок вперед, усилить его. А сама подготовка к этому подъему идет уже много лет. И артисты, показывающие блестящие результаты, вложили свой колоссальный труд, который некоторое время не был заметен. Сегодня мы работаем над тем, чтобы продолжать в том же духе и параллельно с этим мы намерены еще больше повышать планку и воспитывать в том же духе молодые кадры. Как вы сами заметили, в составе труппы очень много молодежи. Я где-то может быть рискую, выводя на сцену такое количество молодых артистов, бросая их в стихию, для них пока еще совершенно новую и незнакомую. Но для молодежи это – школа, в которой они учатся служить великому искусству, обретают форму, необходимую для любого артиста. Артисты сами оправдывают эту направленную на молодежь политику. В спектакле «Семь красавиц», прошедшем в воскресение на нашей сцене, было задействовано очень много молодых артистов, соло в номерах так же исполняли совсем еще юные танцоры. В прошлом году я доверила девочке, которая только закончила Академию, партию одной из красавиц в этом спектакле, хотя существовал определенный риск, связанный с тем, что у нее нет достаточного опыта. Как вам известно, срок артиста балета на сцене очень короткий, и если мы будем ждать, пока артист наберется мудрости, опыта, то эта мудрость придет в нему вместе с ревматизмом (смеется). А потому чтобы не испытывать судьбу и не ждать этого момента, все же лучше талантливых и способных приучать к большой сцене сразу. И доверять. Потому что когда артисту доверяешь, он оправдывает надежды и не ломается изнутри. Он чувствует, что на него возложили ответственность и он обязан эту доверенность оправдать. А когда артист знает, что он способный, но выхода его таланту не дают, он ломается изнутри. Ведь помимо физической работы, наша профессия психологически тоже очень сложна. Если артист ломается, то от него уже никогда не дождаться блестящей техники, артиста, играющего душой и сердцем, мы уже никогда не увидим. Необходимо сохранить его внутренний мир. В первые годы после школы любовь к профессии бывает очень яркой: все хотят танцевать, исполнять ведущие партии, горят сценой. И это внутреннее пламя гасить ни в коем случае нельзя, его нужно сохранять и поддерживать. Конечно же, я говорю о талантливой молодежи. Есть молодежь, которая приходит в ряды артистов кордебалета: они так же важны и должны быть. Но наши ведущие артисты все проходят через школу кордебалета. Сегодня он может исполнять ведущие партии, а завтра выступать в составе кордебалета. Для нашей труппы это нормально. Если нет выхода на сцену соло, то все равно артист должен выходить на сцену, держать сценическую форму, для людей нашей профессии не должно быть никакого простоя, особенно для молодых. Есть, конечно же, именитые артисты, которых зритель уже знает: это Нигяр Ибрагимова, Макар Ферштандт, Гюльагаси Мирзоев – конечно же, ставить их в кордебалет неправильно.
— Мы, зрители, видим красивых стройных девушек, молодых женщин, демонстрирующих не только высокое сценическое искусство, но и безупречный внешний вид. Всем нам известно, что на самом деле эта безукоризненная внешность – результат спартанской дисциплины, строжайшей диеты и строгого режима дня. Это воистину адский труд остается для нас, обывателей, как говорится, «за кадром». Очень многие судят о закулисной жизни артистов по фильмам, таким как «Черный Лебедь» с Кирой Найтли в главной роли, в котором режиссер в достаточно мрачных тонах показал всем, что совершенствование артистки балета – это самобичевание. На самом ли деле все так ужасно?
— Есть много художественных фильмов о труде балетных артистов. Это не только «Черный лебедь», но еще и «Авансцена» — тоже про балетную жизнь. Конечно же, в фильмах сюжет немного утрирован. Смысл – вызвать интерес, показать закулисье ярче, насыщеннее. Но все имеет место: и режим, и диета. В балетной школе – это дети, которых надо заставлять. Артисты – это уже взрослые, которые должны сами это понимать – какой вес должен быть, какого режима нужно придерживаться, чтобы оставаться в нужной форме. Конечно, все мы люди, бывает, что и отходят от нормы, но в таких случаях необходимо направлять, подсказывать, советовать. А что касается труда, то да, он неимоверен и страшно тяжел. Ребенок, идущий в балет, практически лишает себя детства.
— Мы с вами подошли к вопросу трансформации балетного училища в Хореографическую Академию, и мне интересно было бы знать об этом поподробнее. Например, о педагогическом составе, в том числе и о приглашенных педагогах, а так же о стажировках студентов Академии.
— В 2015 году Указом Президента на базе хореографического училища была создана Академия Хореографии. Я тогда не работала в Академии, но видела со стороны, как сложно все начиналось. Это колоссальная структура, включающая в себя процесс обучения с самых азов и заканчивающая высшей школой. В 21016 году был открыта докторантура, студенты могут получать полное высшее образование и идти дальше уже по научной линии. Что касается педагогической базы, то она была сильной – еще со времен училища, и педагоги эти выпускали сегодняшних звезд сцены, эти педагоги до сих пор работают у нас в Академии. Но для того, чтобы сделать уровень отвечающим сегодняшнему дню, балетная школа прогрессирует чуть ли не каждый день, потому что нужно идти в ногу с современными реалиями. И в связи с этим в прошлом году было очень много мастер-классов, в которых принимали участие специалисты из России, Белоруссии, Прибалтики, а также специалисты из Европы. Они показывали технику сценического танца – классического, современного. Не так давно были проведены очень интересные мастер-классы специалистами по аргентинскому танго. Такие вот разнообразные подходы к предмету, чтобы дети могли развивать свой талант в разных направлениях, а не только в категории узконаправленной классики или азербайджанского танца. Но классический танец – это однозначно база, это то, что делает Академию Академией. Его проходят на всех уровнях обучения. Именно на этой базе мы даем образование.
— Насколько охотно родители отдают своих детей в этот нелегкий труд?
— Это один из вопросов, решением которого нужно заниматься постоянно. И очень плотно. Потому что набор должен быть большим, чтобы было у специальной комиссии было больше выбора.
— А занимаются ли сбором желающих поступать в Академию по школам? Сейчас такая практика существует?
— В хореографическом училище была такая практика, была комиссия, которая на выезде занималась этим вопросом. Но это было нерегулярно. А дело должно быть поставлено именно на регулярные рельсы. В России, например, существует так называемый смотр самодеятельности, когда комиссия регулярно в течении года посещает эти смотры и выбирает детей, изъявивших желание танцевать. Такие смотры необходимо устраивать. Этот вопрос сегодня стоит у нас на повестке дня. Что уже сделала Академия: за этот год были посещены города, достаточно отдаленные от Баку, куда ездила группа специалистов и вела пропаганду Академии, рассказывали, что есть такая Академия, принимающая одаренных детей, которые смогут учиться и с детства постигать азы профессии, обладателями которой они станут в будущем. Для родителей одаренных детей это имеет большое значение.
— Тут еще немаловажен вопрос нашего менталитета, который в последнее время встает все острее. Бытует мнение, своеобразное клише, что неприлично отдавать дочку в балет. Насколько серьезно сталкивается ваша Академия с этим заезженным клише?
— Вы знаете, сегодня это клише постепенно сходит на нет. Об этом можно судить по количеству девочек, приходящий в Академию, по тому, как эти дети учатся, и еще по тому, как родители сами настаивают, чтобы ребенок выходил на сцену и танцевал. И эту тенденцию очень приятно наблюдать. Да, конечно же, был в свое время такой сложный период, когда перебороть менталитет было очень сложно. Но это, опять же было связано с социально политическими процессами, происходящими на тот момент в стране.
— Скажите, а обучение в Академии платное?
— У нас полностью бесплатное обучение.
— А поездки, скажем, стажировки? Это уже за частный счет?
— Да, но на одаренных детей Академия делает ставку, и именно Академия или Министерство Культуры АР оплачивает поездки и стажировку. Также Министерство Культуры оплачивает мастер-классы и приезд иностранных специалистов.
— Хочу также отметить, что в театре выступает очень много гастролеров, что не может не радовать зрителя. Расширяется творческий состав, меняется направление его работы – в самую лучшую сторону. Хочется отметить не только работу артистов, но так же и всего творческого состава закулисья, принимающего участие в постановках: гримеров, осветителей, декораторов, и, конечно же, художников по костюмам. Скажите, театр заключает контракты с модельерами?
— Нет, с модельерами мы не работаем. У нас работают профессиональные художники по балетно-оперным спектаклям. Конечно же, у нас работают в том числе и приглашенные художники и декораторы. К примеру, для спектакля «Семь Красавиц» декорации написал сотрудник Большого театра Дмитрий Чербаджи. А наряды для артистов для этой постановки готовил наш художник по костюмам художник по костюмам Народный художник Азербайджана Таир Таиров. А ответственность за костюмы несут как костюмерные цеха театра, так и сами артисты. И перед каждым спектаклем обязательно выделяется день, целиком и полностью посвященный проверке костюмов, чтобы все было аккуратно, чисто и главное – хорошо сидело на исполнителе.
— Давайте вернемся к спектаклю «Семь Красавиц», который так порадовал зрителей 5-го февраля. Несмотря на то, что эта постановка на сцене Оперного Театра уже давно, тем не менее, она постоянно собирает полные залы. Насколько мне известно, постановка была приурочена к юбилею маэстро, и в создании спектакля принимала участие дочь Кара Караева – Зулейха ханум. И я действительно считаю, что эта постановка по праву может считаться не только визитной карточкой Азербайджанского театра Оперы и балета, но и всего Азербайджана в целом.
— Впервые эта версия была поставлена на нашей сцене в 2008 году. Сам процесс работы был скрыт от артистов, по окончанию работы нам принесли музыкальную версию спектакля. Именно Зулейха ханум выбирала музыкальные фрагменты, которые должны были пойти в спектакле. А дирижировал в тот памятный вечер супруг Зулейхи ханум Эльшад Багиров. Мы представляли эту постановку и в Большом театре, я тогда танцевала с Михаилом Лабухиным. Он приехал в Баку, мы провели совместный спектакль, а через какое-то время мы выступили в Большом театре, где «Семь красавиц» прошли при полном аншлаге.
— А теперь перейдем к вопросу более деликатному. Театр – это всегда тайна, и личная жизнь артистов всегда представляет интерес. Иногда даже не совсем здоровый. И потому вполне естественно, что желтая пресса зачастую публикует «скандалы», «шоковые» новости, которые потом тщательно раздуваются в социальных сетях. Вокруг вашего театра тоже ходят какие-то слухи. Не так давно здесь происходили события, разбередившие воображение читателей. Был неприятный резонанс, который после опровергала пресс-служба театра. Что это было вообще? Какие-то закулисные разборки? Давайте разочаруем публику и расскажем, с чего все началось и чем все закончилось.
— Информация в прессе появилась после ухода из театра Народной артистки республики Медины Алиевой. И с ее подачи в прессе пошла вот такая неразбериха.
— Что послужило поводом для гнева народной артистки?
— Единственное, что ее не устраивало – по ее же собственному заявлению – мое назначение на должность художественного руководителя балетной труппы. До меня на этой должности была Тамилла Ширалиева. После ее ухода – кстати, добровольного, по собственному желанию, на эту должность назначили меня.
— Кстати, что за информация была о колоссальной утечке кадров из театра?
— Информация М.Алиевой об уходе из театра 14 артистов не соответствует действительности. Кадровые движения бывают во всех организациях. Да, за последние три года в разное время некоторые артисты по собственному желанию уходили с работы. Но все они уходили по объективным причинам, в основном в связи с переездом в другой город, кто по семейным обстоятельствам, кто по состоянию здоровья. Никакого «массового исхода» в театре не было и нет. И потом на место отъезжающих сразу брали на работу молодых артистов балета из Хореографической академии. Это естественный процесс. Что касается причин ухода с работы самой М.Алиевой. то тут все дело в ее категорическом несогласии видеть меня на должности художественного руководителя балетной труппы. Я всегда с уважением и тактом относилась к ней, чего нельзя сказать об ее отношении ко мне. Мы создавали ей все условия для работы . И ее заявление в прессе о том, что ей не давали возможности заниматься творчеством являются необоснованными и далекими от истины. Так возникает вопрос — а чем же она занималась в балетной труппе, если не творчеством. Готовить спектакли, участие солистов в них, это разве не творческий процесс?! Или возьмем ее другое странное заявление: «мне сказали, что у меня нет шансов.» Наверно никому ни предоставляли столько шансов для самореализации, сколько ей. Ее назначили художественным руководителем балетной труппы театра, брали на работу в Университет искусств, назначали на должность художественного руководителя Хореографической академии и везде, проработав недолгое время она уходила с работы. Что там тоже Камилла Гусейнова мешала ей работать, не давала ей заниматься творчеством? Ее главная проблема это ее неуемные амбиции, которые приводили к нежелательным последствиям. Своими безответственными заявлениями в прессу, М.Алиева, безусловно, рассчитывала привлечь внимание к своему уходу.
Хотела бы отметить еще один неприятный момент, который вызвал у нас недоумение. В связи с высказываниями М.Алиевой, некоторые оппозиционные СМИ стали публиковать далекую от истины, с претензией на сенсационность, одностороннюю, непроверенную информацию о театре оперы и балета. При том, используя любимые ими заголовки как «ГАЛМАГАЛ». Самое главное небылицы о театре стали распространять журналисты, крайне далекие от понимания азов оперы и балета, порой даже не знающие, где находится здание театра.
— Еще один вопрос, интересующий читателей: как щедро оплачивается труд артиста в государственном учреждении? Насколько известно, артисты Русского Драматического Театра получают гроши, да и в Аздраме зарплатам особо не радуются.
— В нашем театре оклады довольно высокие. Они были определены еще указом экс-президента Азербайджана Г.А. Алиева. А нынешний презтдент страны И.Алиев увеличил их еще больше. Это так называемая президентская надбавка. Так что мы вполне можем, как говориться, безбедно жить на зарплату. Мы много тратим на свое здоровье, на поддержание внешних данных, на специфичное меню, на свои профессиональные пристрастия в костюмах, профессиональной обуви. Именно поэтому у нас так называемая привилегированная ставка. В театре нет недовольных, все живут мирно, разве что кроме тех, кто не умеет строить личных отношений с коллективом.
Возвращаясь к вопросу трансформации постановок, хочу сказать, что 18 февраля на сцене нашего театра состоится премьера одноактного балета «Половецкие пляски» (вариации из оперы Бородина «Князь Игорь»). Постановку Касьяна Голейзовского будет редактировать Сергей Мохначев. Массовый спектакль, очень эмоциональный, в котором занято большое количество артистов. Для нашей сцены постановка очень интересная. В данный момент работа кипит. Мы ежегодно показываем зрителю премьеры. Не так давно прошла премьера детского балета «Чернушка» (автор Ашраф Аббасов). Спектакль в свое время был утерян, но сейчас снова вернулся на сцену. На нашей сцене в прошлом сезоне так же состоялась премьера оперы П.И. Чайковского «Франческа да Римини». Мы одинаково стараемся радовать и детского зрителя, и взрослого.
— Детский коллектив – это учащиеся Академии хореографии?
— Да, у нас есть совместные проекты. Это балет «Щелкунчик», «Дюймовочка». Юные артисты приходят и участвуют в наших спектаклях, работают параллельно с профессиональными артистами на сцене. Для учащихся это огромный опыт, своеобразный трамплин в будущее. Недавно в Академии хореографии прошел 2-актный спектакль «Щелкунчик». За всю историю школы это событие произошло впервые. Спектакль прошел с очень большим успехом. Но мы показывали его в театре – с оркестром. Танцевали дети всех классов, всех уровней – начиная с самых маленьких и заканчивая выпускниками.
— Наверняка, был полный аншлаг?
— Да, конечно же, был аншлаг. Они впервые танцевали под живую музыку. Для них это было сложно, в первые минуты они терялись, но потихоньку привыкали. Они были такие гордые, довольные собой! Огромная благодарность дирекции театра за эти репетиции и возможность для детей работать с настоящим оркестром – все это несомненно очень важно для детишек, которые уже начали потихоньку делать первые шаги на профессиональной сцене. У академии хореографии большие планы, мы задались целью создать свой репертуар — как в народном так и в классическом отделении – который будет показываться ежегодно, в не зависимости от праздников, экзаменов и так далее. Например, на Новый Год – это «Щелкунчик», в мае мы покажем «Семь Красавиц», но не ту версию, которую вы видели 5 февраля, а версию Рафиги ханум Ахундовой. Естественно, с сокращением и редакцией. Это важно и для самого театра Оперы и балета, потому что потом лучшие кадры из академии идут работать именно на нашу сцену.
— Кстати, в рамках данной статьи хочется сказать особое спасибо оркестру театра. Музыканты и дирижеры – профессионалы высочайшего уровня.
-Да, мы все – члены одной большой, сплоченной команды. И с дирижерами тесно контактируем, потому они учитывают все наши просьбы, на репетициях поднимаются в зал, слушают концертмейстеров. И такая работа проделывается постоянно. Зритель этого не видит и не знает. Когда мы выходим на поклон, то первый поклон всегда предназначается именно оркестру – невидимым, но, тем не менее, главным участникам спектакля. У нас в театре работают три дирижера – специалисты по оперным и балетным спектаклям. У каждого своя специализация, потому что перестройка привычной работы – это тоже очень большой труд. Мы, артисты, знаем нюансы каждого дирижера: кто берет более высокий темп, кто более спокойно проигрывает определенные фрагменты. Почерк каждого маэстро нам знаком. И уже когда артист готовится к премьере, то он обязательно спрашивает, кто именно ведет сегодня оркестр. А потому мы приблизительно знаем, в каком музыкальном русле будет проходить спектакль. Оркестровые репетиции проходят у нас в весьма дружественной обстановке, когда артист может остановиться и высказать какое-то свое пожелание по темпу. Но если бы не было такой дружеской атмосферы, работа бы сильно тормозилась. Вот имена наших маэстро, которых мы очень любим — народные артисты, профессора Джаваншир Джафаров и Ялчин Адыгезалов, а также лауреат международных конкурсов дирижеров Эйюб Гулиев
— Скажите, каким вы видите театр будущего? Я имею ввиду Театр оперы и балета после ремонта, которого мы, жители Баку, дай Бог, все-таки дождемся?
— Я вижу на обновленной сцене нашего театра такие грандиозные полотна как «Корсар», «Спящая красавица». И я думаю, что возвращение на сцену этих спектаклей будет реально только после реконструкции театра Оперы и Балета. Потому что у сцены буду уже совсем другие масштабы. А потому и масштаб постановок будет совсем другой.
Беседу в Закулисье вела Яна Мадатова
