Как сообщает Minval.az, грузинский политолог, председатель правления НПО «Свободная зона» в интервью echo.az рассказал о политической ситуации в Грузии, противостоянии РФ и Запада и затронул вопрос урегулирования нагорно-карабахского конфликта.
— Как вы оцениваете политическую ситуацию в Грузии на сегодняшний день?
— Сказать, что она сложная, значит, ничего не сказать. В Грузии налицо системный политический кризис, причем он вызван несколькими независящими друг от друга факторами. Первый из них — не до конца продуманная конституционная реформа. Переход Грузии от президентской к парламентской форме правления застыл на полдороги. В итоге, мы получили весьма странный гибрид, при котором не ясно, кто по закону является первым лицом в государстве, хотя фактическая власть принадлежит премьер-министру, что приводит к постоянным конфликтам внутри исполнительной власти и, естественно, ведет к дестабилизации ситуации.
Следующая причина, это специфика правящей коалиции, куда, образно говоря, впряжены и конь, и трепетная лань. Создавая коалицию, российский олигарх Бидзина Иванишвили посредством больших денег объединил весьма разношерстную компанию. Левые, правые, либералы, путинофилы, традиционалисты, прогрессисты, в общем этакий Ноев ковчег, в котором «каждой твари по паре». Судите сами, насколько эффективной может быть подобная коалиция, находясь у власти.
Хотя эффективность не была целью российского олигарха, существовал заказ на уничтожение команды Михаила Саакашвили как политической силы. Причем несложно догадаться, от кого исходил этот заказ. Задачу удалось выполнить лишь частично, да «Мечта» пришла к власти, но партию Саакашвили уничтожить не удалось, более того, несмотря на репрессии, эта партия не просто остается главной оппозиционной силой, но и набирает политический вес.
Ну и, наконец, еще одним дестабилизирующим фактором, является деятельность пророссийского лобби в Грузии, как внутри власти, так и за ее пределами. Этим силам, несмотря на колоссальные финансовые вливания, так и не удалось обрести поддержку в грузинском обществе, но на роль дестабилизирующего фактора их вполне хватает.
Добавьте к этому агрессивную политику РФ на оккупированных территориях и вообще на Южном Кавказе и получите полную картину политической ситуации в Грузии.
— Недавно Канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что не считает кризис в Украине локальным конфликтом, по ее мнению, он может коснуться Грузии, Молдовы и Сербии. И не только она в последнее время прогнозирует Грузии украинский сценарий…
— С канцлером Германии сложно не согласиться, вообще советую внимательно изучить Валдайскую речь Путина и комментарии к ней известного российского ученого Андрея Илларионова. Там все сказано, причем очень детально. Тем более, что сегодня загнанный в угол Путин практически лишается всех тормозов, он уже перешел к ядерному шантажу, чего не было со времен карибского кризиса.
При этом не надо думать, что с Путиным можно договориться, политика умиротворения приведет лишь к ускорению сценария поглощения всего постсоветского пространства, включая Балтию, а затем и Балканы. Единственный путь — активное сопротивление агрессору. Только сопротивление может ускорить распад находящейся в агонии путинской империи. Следует понимать, что ресурсы империи весьма ограничены и сокращаются подобно шагреневой коже.
В этом плане следующий год может быть решающим. Что касается украинского сценария для Грузии, конечно, Кремлю очень хотелось бы осуществить сценарий, при котором провоцируются беспорядки и вводятся российские войска. Но все дело в том, что это не украинский, а российский сценарий. Майдан — это победа революции и национальная консолидация всей страны. И такой сценарий действительно неизбежен, если кто-то в Грузии попытается изменить внешнеполитический курс.
Кстати, прошедший недавно, 15 ноября, многотысячный митинг оппозиции наглядно продемонстрировал это. Так что не думаю, что у людей представляющих в Грузии пророссийские силы, особенно тех, кто находится у власти, есть суицидальные наклонности. Служение золотому тельцу не предполагает жертвенности.
— Как вы считаете, какова политическая судьба экс-президента Грузии Михаила Саакашвили?
— Заниматься гаданием на кофейной гуще не хотелось бы, но сегодня влияние Михаила Саакашвили на политическую ситуацию в Грузии действительно очень велико. Учитывая то обстоятельство, что в рядах оппозиции просто нет фигуры, равной по масштабу и харизме Михаила Саакашвили, прогноз его политического будущего более чем благоприятный. Остальное покажет жизнь.
— Как вы сегодня оцениваете отношения Азербайджана и Грузии?
— Как время упущенных возможностей. Я и при предыдущих властях считал уровень интеграции между Грузией и Азербайджаном явно недостаточным, учитывая то обстоятельство, что национальные интересы наших стран совпадают практически абсолютно.
Но то состояние замороженной заторможенности, в котором отношения находятся сейчас, и возникновение абсолютно диких рисков для этих отношений, которые раньше невозможно было представить, например, риск возобновления железнодорожного сообщения через Абхазию или строительства дороги на дагестанском участке границы с Грузией, не может не вызывать глубокую обеспокоенность.
— Теперь хотелось бы перейти непосредственно к Карабахской проблеме. Что, на ваш взгляд, сегодня мешает урегулированию азербайджано-армянского конфликта?
— Ответ очень простой — Кремль. Именно фактор Кремля является главным препятствием на пути урегулирования карабахской проблемы, и пока данный фактор будет существовать, урегулирование невозможно. Это совсем не значит, что с исчезновением этого фактора все проблемы решатся сами собой. Конечно, нет, но появится окно возможностей, которое необходимо будет использовать.
— Как вы считаете, чем закончатся прения Запада и РФ из-за ситуации в Украине?
— Концом правления президента РФ Владимира Путина и возможностями для России трансформироваться в современное, динамично развивающееся государство. Этот процесс будет сложным, но он неизбежен.
— Сегодня террористическая организация «ИГ» вызывает обеспокоенность всего мира. А стоит ли опасаться нашему региону угрозы?
— Сегодня для нашего региона эта угроза не столь актуальна, как, например, на Ближнем Востоке, но не стоит забывать, что мы тоже часть большого Ближнего Востока, поэтому игнорировать данную угрозу я бы не стал. Сегодня это вопрос эффективной работы спецслужб, и данная угроза может актуализироваться только в условиях резкого ослабления иммунитета государства. Этого допускать никак нельзя.
— И последнее. Как вы считаете, как будет развиваться ситуация на Южном Кавказе до конца года?
— До нового года осталось не так уж много времени, и я надеюсь, что все мы встретим его без эксцессов, а вот следующий год действительно обещает быть жарким. Поэтому хотелось бы пожелать всем нам прежде всего выдержки и терпения, ну а если потребуется, и мужества. Времена, как известно, не выбирают.
