Какие круги нагнетают в Дагестане антиазербайджанскую истерию?
Азербайджан развивает сотрудничество с российскими регионами, в том числе Дагестаном. Как заявил накануне журналистам глава Дагестана Владимир Васильев, он планирует посетить Азербайджан с рабочим визитом. Кроме того, по его словам, в 2020 году намечены планы по запуску скоростного поезда Махачкала-Дербент-Баку. «Это направление будет очень популярно у граждан, так как уже поступает множество вопросов по теме сроков запуска этого направления», — сказал Васильев, добавив, что у Дагестана и Азербайджана очень близкие и доверительные отношения.
Но, к сожалению, на таком доброжелательном и позитивном фоне региональные СМИ сообщают о планомерном нагнетании в Дагестане антиазербайджанских настроений. Причем этот процесс сопровождается параллельным «вбрасыванием» провокационных теорий. Среди населения Дагестана раздувают слухи, что если азербайджанцев в Дербенте и прилегающих к нему сельских районах (Дербентском и Табасаранском) станет слишком много, то они «проведут референдум» и присоединят эти земли к соседнему Азербайджану. Исподволь подогревают настроения: дескать, азербайджанцам на юге Дагестана предоставлено, мол, «слишком много» языковых прав. В самом деле, здесь действуют азербайджанские школы, в Дербенте — национальный театр, и в результате наиболее бойкие и «горластые» активисты из числа других этнических групп Дагестана возмущены: а мы? В результате растет недовольство и среди азербайджанцев: на нас «давят», нет возможностей для карьерного роста, многих вынуждают уезжать из родных мест…
Одновременно в информационное пространство уже вбрасываются «теории», согласно которым, азербайджанцы в Дагестане будто бы являются «пришлыми», якобы они появились здесь в XV веке вместе с иранскими шахами, которые тоже были по происхождению азербайджанцами…
Можно, конечно, разбирать все это «по пунктам». И прежде всего подчеркнуть, что Азербайджан на международной арене последовательно и принципиально выступает за уважение территориальной целостности государств и их признанных на международном уровне границ. В отличие от разного рода «форпостов» и их хозяев, в игры с «миацумами», «возвращениями в родную гавань» и прочими «ирредентами» наша страна не играет. Провести небольшой «ликбез» по истории и напомнить, что Дербент — это древний азербайджанский город, и попытки представить азербайджанцев чуть ли не «пришлыми гастарбайтерами» заведомо несостоятельны. И это еще мягко сказано. Что же касается «излишних», по чьему-то мнению, языковых прав, предоставленных азербайджанцам Дербента, то, как бы это поделикатнее, здесь надо еще и учитывать одно деликатное обстоятельство. В Дагестане существует сегодня более 30 языков, «ареал» которых по сути не выходит за рамки одного или нескольких местных аулов. Создать на каждом них такую же «гуманитарную инфраструктуру», как и на азербайджанском с его богатейшим литературным наследием и десятками миллионов «носителей» — утопия. Показательно, что до российской колонизации «языком межнационального общения» в этих местах был именно азербайджанский. Не зря Михаил Юрьевич Лермонтов сравнивал значение азербайджанского языка в Азии с той ролью, которую в Европе тех лет играл французский язык. Все это очевидные факты, ради которых не требуется листать «в спецзалах, полных картотек», секретные архивные материалы. Все давно известно и выложено в открытом доступе.
Но тогда… как все это объяснить? И не следует ли так понимать ситуацию, что на юге Дагестана идет подготовка общественного мнения к планомерному «выдавливанию» азербайджанцев из региона? И если да, то кто за этим стоит? Обычное для Дагестана соперничество местных кланов? Вряд ли. Этот субъект федерации после назначения Владимира Васильева находится под жестким «центральным» управлением, на ключевых постах — московские «назначенцы» уже не местной национальности, так что возможностей «разгуляться» у местных воротил немного. «Армянское лобби»? Тем более неубедительно. Во-первых, Дагестан, в отличие от Краснодарского края, явно не «российский Глендейл». А во-вторых, Россия — не та страна, где такому «лобби» дадут слишком уж разгуляться: достаточно вспомнить, как власти быстро и без шума «зачистили» от армянской «мафии» сочинский аэропорт.
Другое дело, что развитие событий в Дербенте как минимум не позволяет исключать, что провокационная возня вокруг азербайджанской общины Дагестана — это очередная попытка «надавить» на официальный Баку и «раскачать ситуацию» к югу от реки Самур. А «наказывать» Азербайджан есть за что: наша страна не дает поводов для обвинений в «русофобии», не запрещает георгиевские ленточки, не закрывает русских школ и не ограничивает трансляцию российских каналов по кабельным сетям, но при этом Азербайджан проводит по-настоящему независимую политику. А еще — какое невиданное самоуправство! — строит в обход России трубопроводы и железные дороги. И вот совсем недавно в СМИ РФ усиленно раздували тему мифических«азербайджанских нацистов» из группировки «ВБОН» («Во благо общего народа»), что более всего напоминало попытку раздуть в Москве антиазербайджанские настроения теми же методами, которыми действуют в странах Европы спонсируемые Москвой ксенофобские группировки вроде «Альтернативы для Германии»: «вот, понаехали, а теперь насаждают здесь свои порядки». Еще раньше, напомним, были апрельские бои 2016 года, которые начались с ураганных обстрелов прифронтовых азербайджанских сел, причем слишком многое указывало именно на то, что Армения, любимый форпост России, вознамерилась тогда прежде всего спровоцировать в Азербайджане новые потоки беженцев и вернуть нашу страну в состояние ранних девяностых. Предположение, что теперь «давить» пытаются с помощью азербайджанской общины Дербента — это версия, которая как минимум имеет право на существование.
Только вот устроители этой провокационной возни, похоже, забыли не только о том, что Азербайджан — один из немногих реальных внешних инвесторов на Северном Кавказе, и что, пытаясь сделать нашу страну этакой «второй Арменией», есть риск получить «вторую Украину». Просто Кремлю лучше не забывать об одном правиле: игра с огнем у чужой границы — это всегда риск поджечь собственный дом. Особенно если речь идет о таком неспокойном регионе, как Северный Кавказ, где накопилось предостаточно взрывного материала.
Нурани, политический обозреватель
