Жесткие заявления, жесткая позиция. Вчера норвежец Йенс Столтенберг вступил в должность генерального секретаря НАТО и предложил Кремлю отдаленную перспективу «конструктивных отношений» с Западом, не изменив при этом предварительных условий: Россия должна ясно показать, что соблюдает международное право на Украине, а Североатлантический альянс тем временем расширяет военное присутствие на востоке Европе.
В первый день пятилетнего срока работы новый глава Североатлантического альянса не стал рассыпаться в богатой на яркие эпитеты риторике, в отличие от своего предшественника Андерса Фога Расмуссена, который не стеснялся в критике «открыто враждебного» поведения России. Его позиция более уравновешенна: «Мы не ищем конфронтации с Россией. Я не вижу ни малейшего противоречия между сильным НАТО и необходимостью выстраивать конструктивные отношения» с Москвой. Не исключает он и созыва в будущем Совета Россия-НАТО (платформа политического диалога), если Москва выступит с подобным предложением.
Однако пока что его тон его заявлений — это железная рука в бархатной перчатке. Так, хотя прекращение огня на Украине и открывает шаткую возможность снятия напряженности, «Россия по-прежнему в состоянии дестабилизировать ситуацию и продолжает нарушать международное право и взятые на себя обязательства. Мы, безусловно, хотим перемен в ее поведении. (…) НАТО должно сохранить готовность, и оно защитит союзников» в случае необходимости.
Таким образом, новый глава Североатлантического альянса пойдет по пути своего предшественника. Целью двух первых его визитов станут столицы, которые ощущают для себя угрозу со стороны России и Исламского государства: Варшава и Анкара. Он обещает им обеим помощь НАТО в случае нападения. В феврале будущего года 28 министров обороны стран альянса должны определить структуру и средства военного авангарда, который НАТО хочет разместить на первой линии, в Польше и Прибалтике как гарантию коллективной безопасности.
Не пошел Йенс Столтенберг на уступки и по другим моментам, которые вызывают серьезное раздражение у Москвы: продолжение военных учений в Черном и Балтийском морях, а также в Восточной Европе. Не говоря уже об открытии добровольных пожертвований, которые позволят Киеву модернизировать оборону в плане кибербезопасности, логистики и командных структур.
Все это также вновь поднимает острые споры о распределении финансового бремени между союзниками, так как США в одиночку обеспечивают три четверти бюджета альянса. После Франции и Великобритании во время ливийской кампании, сегодня краснеть за неудачи армии приходится уже Германии. Последние несколько дней немецкая пресса резко критикует Бундесвер, который не смог поставить в Ирак обещанное курдским отрядам оружие и поднять в воздух 40% Eurofighter и Tornado по техническим причинам.
На состоявшемся месяц назад в Уэльсе саммите НАТО прозвучали обещания изменить сложившуюся тенденцию к сокращению финансирования европейской обороны. Речь идет о том, чтобы достичь в течение десяти лет отметки в 2% ВВП, чем пока что не могут похвастаться ни Франция, ни Великобритания. В этом, наверное, и заключается самая сложная из стоящих перед Йенсом Столтенбергом задач, особенно сейчас, когда Владимир Путин проверяет на прочность ресурсы альянса.
Столтенберг — это первый лидер НАТО из соседней с Россией страны и носитель норвежских традиций, в которых пацифизм идет рука об руку с анлантизмом. Новый генсек намеревается сделать финансовый вопрос одним из главных критериев успеха: «Каждый год мы будем анализировать достигнутое. Я могу быть приветливым и любезным. Но я умею и проявлять жесткость, когда это необходимо». Будущее покажет, сможет ли он заставить прислушаться к себе в разгар кризиса.
inosmi
