Видео-мост Москва — Тбилиси — Ереван на тему: «Большой Кавказ в контексте сирийского кризиса» состоялся в Тбилисском международном пресс-центре РИА в среду, 18 сентября.
Участниками видео-моста были:
Москва
— директор исследовательского центра «Ближний Восток-Кавказ» Международного института новейших государств Станислав Тарасов;
— политолог, историк, эксперт по Кавказу Андрей Епифанцев.
Ереван
— заместитель декана факультета Востоковедения Ереванского государственного университета Вардан Восканян.
Тбилиси
— политолог, публицист Гела Васадзе;
— эксперт по международным вопросам, востоковед, профессор, бывший посол Грузии в Австрии и Венгрии Коте Жгенти.
Эксперты обсудили влияние сирийского кризиса на Кавказ и пришли к заключению, что этот конфликт будет носить затяжной характер, а в случае его разрешения, критическая масса боевиков, которые потеряют ареал боевых действий, может переместиться ближе к кавказскому региону.
Как известно, очередное обострение ситуации в Сирии произошло 21 августа, когда ряд СМИ сообщил о масштабном применении войсками правительства химического оружия в окрестностях Дамаска. После этого на Западе открыто заговорили о возможном вмешательстве в сирийский конфликт.
Предложение России поставить под международный контроль сирийское химическое оружие, присоединение Сирии к Конвенции о запрещении химического оружия и достигнутое в Женеве российско-американское соглашение о мирном решении сирийского вопроса отложили запланированный США военный удар по этой стране, но не отменили его окончательно.
Геополитика сирийского кризиса
По мнению Гелы Васадзе, сирийский конфликт давно интернационализирован, и в нем присутствуют три явных внешних игрока – Турция, Иран и монархии Персидского залива.
«Идеологически правительство Эрдогана (премьер-министр Турции) несколько поменяло вектор тюркской политики на османскую и говорит о восстановлении своего влияния на всей территории, на которую раньше распространялась Османская империя. Поэтому Сирия входит в зону интересов правительства Эрдогана. Другой игрок – это Иран. У Ирана ближайший союзник – это Башар Асад. Я думаю, что у Ирана есть планы так или иначе создать на территории Ирана шиитское государство, и тогда уже Иран получает прямой доступ к Средиземному морю через территорию Ирака и этого шиитского государства. Ну, и третий игрок — это монархии залива», — заявил Васадзе.
По его словам, «каждый из этих игроков поддерживает свои силы и, естественно, это тот самый гордиев узел, который рано или поздно будет разрублен. Другое дело, рано или поздно? Договоренность между Россией и США фактически отложила поединок», , — отметил эксперт.
Рубен Сафрастян отметил опасность широкомасштабного вооруженного вмешательства в Сирию в связи с ее важным геополитическим положением.
«На мой взгляд, ситуация в Сирии дошла до такой степени накала, когда мы можем говорить о гражданской войне с одной стороны, а с другой, все-таки остается опасность широкомасштабного вооруженного вмешательства извне», — отметил Сафрастян.
Андрей Епифанцев отметил, что участие внерегиональных сил в сирийском конфликте может привести к обострению ситуации в регионе.
«Опасна будет хаотизация, если Сирия придет к тому, что сейчас из себя представляет Ливия, то есть набор неких племен или каких-то кланов, которые контролируют небольшую часть территории страны и борются друг с другом за нефтяные точки. Тогда это будет пагубно для интересов целого ряда стран. В таком случае Сирия в полной мере выступит как некая ступень разворачивания конфликта на Иран, и тогда у США практически исчезнет ступор для того, чтобы через какое-то время напасть на Иран», — заявил Епифанцев.
Влияние на Кавказ
Коте Жгенти акцентировал внимание не том, что сирийский кризис имеет и геополитическую и региональную составляющую.
«Эти составляющие связаны друг с другом довольно тесно. То, как будут развиваться события в нашем регионе, я имею в виду не только Южный Кавказ, но и весь Кавказ, зависит от того, как будут развиваться события в Сирии», — заявил Жгенти.
В то же время он отметил, что считает маловероятным то, что этот кризис перерастет в широкую региональную войну с вовлечением Ирана и других стран. «Естественно, никто не хочет, чтобы кризис разрастался, и чтобы в этот кризис были вовлечены не только сопредельные, но и соседние страны. Я не думаю, что это реально. Даже в случае, если американцы решатся на какую-то военную операцию, в краткосрочном плане это не будет иметь такого решительного влияния на ситуацию у нас в регионе. В долгосрочном плане, конечно, будет», — отметил Жгенти.
Гела Васадзе, в свою очередь, отметил, что на сегодняшний день с геополитической точки зрения не существует общего региона — Южный Кавказ.
«Существует Грузия, которая, несмотря ни на что, сохраняет евроатлантические тенденции. Существует Армения, которая полностью интегрирована в Евразийское пространство и продолжается процесс интеграции. И существует Азербайджан, который по своей модели тянется к центральноазиатским государствам…У каждой из этих стран есть свои риски и свои интересы», — заявил Васадзе. По его словам, главный экономический и очень серьезный политический партнер Грузии — Турция является одним из игроков в этом конфликте. «Любое обострение ситуации в Турции и любые риски Турции — автоматически переходят на Грузию… Точно такие же риски есть у Азербайджана, в силу того, что Азербайджан также является очень серьезным экономическим и политическим партнером Турции», — заявил Васадзе.
Российский политолог Епифанцев согласился с утверждением, что Большой Кавказ «совершенно не единый». «Интересы стран очень разносторонние, полярно направлены. Одно и то же событие или решение может быть положительно воспринято в одной стране региона, и отрицательно в другой», — отметил он.
Директор Института востоковедения Национальной академии наук Армении, в свою очередь, заявил, что главная угроза возникновения регионального конфликта исходит со стороны Турции. «Опасность я вижу, в первую очередь, со стороны Турции, которая на протяжении всего сирийского кризиса играла весьма активную роль — поддерживала боевиков, играла ведущую роль на дипломатической арене», — заявил Сафрастян. Подтверждением этого, по словам армянского эксперта, является концентрации вооруженных сил Турции на сирийской границе, «которые готовы к наземному и воздушному вторжению на территорию Сирии». «Турецкое государство два раза была на грани вторжения в Сирию», — отметил Сафрастян.
Угрозы и вызовы
Серьезная опасность, по мнению Коте Жгенти, грозит кавказскому региону после разрешения конфликта в Сирии, в случае если правительство Башара Асада сумеет удержать власть и радикально настроенные повстанцы, переметнувшиеся в Сирию из близлежащих территорий, вернутся на исходные позиции. «Опасность возникнет после того, как конфликт как-то разрешится в Сирии и эти бойцы, которых мы видели недавно по телевидению, я имею в виду бойцов Северного Кавказа, которые отмежевались от Аль-Каиды, вернутся обратно и это, конечно, проблема», — заявил Жгенти.
Гела Васадзе в этом случае согласился с мнением коллеги. «Критическая масса вот этих боевиков, которые сегодня задействованы в Сирии, если они потеряют ареал боевых действий, соответственно, может передвинуться к границам Грузии — понятно, куда. Но я думаю, что в ближайшем будущем это вряд ли произойдет, хотя бы потому, что главный игрок, который в данном случае решает все – США, не готов и не хочет вмешиваться в конфликт в Сирии», — сказал Васадзе.
Андрей Епифанцев заявил, что влияние сирийского кризиса уже ощущается в кавказском регионе. «Говоря о том, какие последствия может вызвать ситуация в Сирии, почему-то у нас, в основном, пытаются ограничиваться тем, что будет, когда эти боевики вернутся на Кавказ. Мне кажется, это некое заблуждение, потому что мы не видим того, что эти последствия мы уже ощущаем сейчас в полной мере. Сейчас, из-за ситуации с распространением ваххабизма, я имею в виду не только российский Северный Кавказ, но и, в частности, Азербайджан, Киргизию, Казахстан, какие-то другие исламские страны. Мы уже видим ситуацию, когда сложился некий апокалипсический разрыв», — заявил Епифанцев.
Прогнозы
Говоря о перспективах разрешения сирийского конфликта, участники встречи сошлись во мнении, что сирийский кризис будет носить длительный характер. «Ситуация в Сирии, все-таки далека от разрешения, хотя есть совместный российско-американский план по контролю над химическим вооружением в Сирии, но тем не менее, я считаю, остается довольно реальная опасность вторжения извне», — отметил Сафрастян.
По мнению Васадзе, российско-американская резолюция будет действенна в плане использования химического оружия, но не решит проблему в целом.
«Вряд ли кто-нибудь с той или другой стороны сейчас решится применить еще раз в Сирии химическое оружие, но решит ли это вообще проблему? Вряд ли, потому что решения сирийской проблемы фактически не существует… В Сирии 15-20% населения борется сейчас за свое физическое выживание и поражение режима Асада для них фактически является трагедией, причем трагедией личной, которая может поставить часть населения на грань физического уничтожения. Такова печальная реальность», — заявил политолог.
«К сожалению, мы еще долго будем наблюдать ситуацию в Сирии — как там люди будут убивать друг друга. Но, опять-таки, выхода я лично не вижу», — заключил Васадзе.
