В то время как в мире бушуют тарифные и кровопролитные войны с применением смертоносного вооружения, Баку и Пекин проводят в жизнь повестку, направленную на обеспечение безопасности и развития не только в собственном ареале обитания, но и в широком геополитическом спектре, однако без вмешательства во внутренние дела других государств и вне, ставшей общепринятой, «дружбы против» кого бы то ни было.
Об официальном визите президента Азербайджана Ильхама Алиева в Китай, о том приеме, который ему оказали в этой стране, о большом количестве документов, подписанных сторонами в Пекине – уже много написано и сказано: главное – об установлении всестороннего стратегического партнерства между АР и КНР.
Зачастую договоренности подобного рода на поверку оказываются весьма формальными, зависящими от геополитических колебаний мировой значимости, отражающихся на изменении политических вкусов и интересов (самых разнообразных) договаривающихся сторон. То есть — от стремительно меняющейся военно-политической конъюнктуры, санкционных «боев», тех же тарифных поединков и т.д.
И вот в такое сумасшедшее время Азербайджан и Китай, спустя 33 года после установления между ними дипломатических отношений, уже не раз проверенных на прочность, входят в режим взаимодействия в формате всестороннего стратегического партнерства. И это есть главное подтверждение тому, что документ – не формальный, хорошо обдуманный и «выношенный» двумя политически надежными странами, не прячущимися в кусты, когда вокруг «валят деревья»: репутации Алиева и Си Цзиньпина в мире хорошо известны. И пусть этот «мир» слегка поднапряжется: Глобальный юг набирает силу, сплачивается — хоть и несколько медленно и не всегда уверенно.
В совместном заявлении Алиева и Си говорится, что АР и КНР «твердо поддерживают друг друга в выборе пути развития, … в защите коренных интересов, суверенитета, безопасности и территориальной целостности обеих стран. Азербайджанская сторона признает, что в мире существует только один Китай, Тайвань является неотъемлемой частью территории Китая». А последний, в свою очередь, «решительно поддерживает мирную повестку, предложенную азербайджанской стороной, и считает контрпродуктивными ориентированные на конфронтацию геополитические игры».
И это абсолютно созвучно и соответствует практической политике Алиева и Си, которые не на словах, а на деле дистанцируются от этих самых «игр», как бы их ни пытались в них втянуть различные центры силы. Баку и Пекин занимаются делом, причем, неустанно утверждая собственные суверенные права, что вызывает сильное раздражение у тех, кто правдами и неправдами пытается навязать им совершенно не входящее в интересы обеих стран собственное видение мироустройства, развития и «стабильности».
У Китая и Азербайджана – множество общих интересов, совпадений во мнениях, касающихся развития региональных процессов и мироустройства в целом. Пекин и Баку нужны друг другу, и эту «нужность» — в ее не вульгарном понимании — они не скрывают.
Чего стоит хотя бы только китайский транспортный проект «Один пояс, один путь», служащий не только перспективному благосостоянию стран, которые расположены на этом маршруте, импортерам, экспортерам и производителям продукции (Китай уже вложил в реализацию своей мега-инициативы более 1 трлн долларов), но и «продвижению модернизации и созданию нового пространства совместного развития более высокого уровня, повышенной устойчивости и долгосрочной стабильности».
Заметим, что значительная часть Запада на дух не выносит этот проект, считая его политическим с претензией Китая на мировую гегемонию. Но также есть и страны не западного толка, которые пытаются блокировать развитие отдельных участков «Пояса и Пути» вопреки своим же очевидным выгодам от его реализации.
В совместном заявлении Алиева и Си множество пунктов (они не раз освещены Minval-ом), и все они направлены на созидание практически во всех сферах деятельности. А поскольку хорошо известно, что слова Алиева и Си с делами не расходятся, то решение о создании сторонами
Рабочей группы по инвестиционному сотрудничеству с широким охватом областей деятельности (от зеленой энергетики и цифровой трансформации промышленности до создания безопасных, стабильных транскаспийских экспресс-маршрутов Китай–Европа–Китай и иных), будет реализовано шаг за шагом.
Все это, разумеется, идет параллельно с радением за формирование безопасной среды. Отсюда закрепленное и подчеркнутое в заявлении Алиева и Си, что «терроризм, сепаратизм и экстремизм представляют серьезную угрозу национальной безопасности и региональной стабильности, и важно сообща предотвращать и противодействовать этому злу, … укреплять связи и обмены по линии правоохранительных органов и служб безопасности двух стран, совместно бороться с наркопреступностью, транснациональной организованной преступностью, а также с такими вызовами как кибербезопасность. Стороны готовы совместно обеспечивать безопасность проектов сотрудничества и персонала предприятий двух стран».
А также: стороны выступают против гегемонии и политики силы и за «продвижение общих ценностей человечества – мира, развития, равноправия, справедливости, демократии и свободы, способствуют созданию нового типа международных отношений и сообщества единой судьбы человечества».
Китай и Азербайджан будут вместе бороться с «тремя злыми силами», сказал Си. И опять же – духом формальности от его слов не веет. Скорее, от них исходит убежденность в том, что на отношения Баку и Пекина не влияет и не повлияет разгулявшаяся мозаичная шизофрения в политике с ее алогичной, скачкообразной, стремительной изменчивостью.
И – заметим: в Пекине не прозвучало ни одной угрозы в адрес кого бы то ни было, ни одного намека на навязывание китайского образа жизни не только Азербайджану и открытым антагонистам Поднебесной. Китай предлагает мир, развитие, инвестиции.
Да, о «мягкой силе» Китая – много кривотолков, ее боятся, против нее «натаскивают»; Глобальный север мечтает изолировать Китай, оторвать его от созвучных ему или поддерживающих его центров силы, от мировых рынков и т.д. (чего стоят одни только заоблачные пошлины, введенные в отношении КНР).
Но «мягкая сила» — не ноу-хау Китая. Ею – и весьма не мягко — пользуются и другие страны, однако в перчатках с весьма болезненными «шипами», берущими за глотку и разрушающими многие государства цветными революциями и даже смертями через повешение. И против «мягкой силы» Китая борется «жесткая» — через пока еще (местами) «мягкие угрозы» в государствах постсоветского пространства, а также не завуалированные – в иных частях света.
Азербайджан четко дал понять, что против Китая он не играет – его «мягкой силой» он не запуган. Не запуган и теми, кто пытается выключить Поднебесную из политической, индустриальной, высокотехнологичной, транспортно-логистической и иной активности в мире. Баку пошел по пути ломки навязанных стереотипов и установил с Китаем стратегическое партнерство, не исключая взаимовыгодных отношений с другими центрами силы. И речь вовсе не о «выборе», а о «предпочтении предпочтений» и надежности.
Разумеется, китайские инициативы, связанные, в том числе, с Азербайджаном, далеки от благотворительности. Пекин тоже идет по пути «предпочтения предпочтений», но в то же время – и делового прагматизма. Азербайджан для него – важный участник «Пояса и Пути», маршрута «Север – Юг»; авторитетный игрок Глобального юга – несмотря на то, что в нем представлены и более крупные, по численности населения и экономической мощи, государства; страна, не только не давшая «задний ход» во взаимодействии с Китаем, против которого столь сильно ополчились США, но и возведшая отношения с ним до уровня стратегического партнерства.
О чем это говорит? В первую очередь, о храбрости и независимости Алиева как лидера. О том, что азербайджанский президент далек от тарифных игр и конфликтных ситуаций, если не сказать сильнее. В конфликты он не вступает, что вовсе не означает уступки тем, кто претендует на территории Азербайджана, его суверенитет, язык, традиции, изменение законодательной базы, в целом – подчинение страны.
И в этом плане — тоже — Китай выступает надежным партнером, своего рода помощником в стабилизации ситуации не только на Южном Кавказе, но и в сопредельной с ним Центральной Азии – это как минимум. Что кране важно для совместного и эффективного участия в формировании нового миропорядка и усиления позиций Глобального юга вопреки утверждения в нем следования «пониманию», что судьбу мира решает исключительно один центр силы – Запад, столь, кстати, разрозненный сегодня.
И ведь что характерно для не конфронтационной политики Баку и усиления Глобального юга в, так сказать, его лучшем понимании: уже 28 апреля президент Алиев встречается с другим «мировым изгоем» — правда, с несколько иным «акцентом» — президентом Ирана Масудом Пезешкианом, отправляющимся в Баку, по его же словам, за активным наращиванием потенциала сотрудничества с АР.
В тренде нынче — и долгосрочно — Азербайджан под руководством Алиева.
