Госсекретарь США Энтони Блинкен позвонил министру иностранных дел Саудовской Аравии принцу Фейсалу бен Фархану Аль Сауду, чтобы обсудить ситуацию на Ближнем Востоке. В ходе разговора стороны рассмотрели последние события в регионе, а также подчеркнули важность снижения эскалации и достижения постоянного прекращения огня в секторе Газа. До этого Блинкен говорил с главой правительства, министром иностранных дел Катара шейхом Мухаммедом бен Абдель Рахманом Аль Тани и попросил его передать иранской стороне и ливанскому шиитскому движению «Хезболлах» просьбу, грубо говоря, не мстить Израилю за убийство Исмаила Хании. Параллельно, как известно, США и Великобритания создали коалицию против йеменских хуситов в Красном море, объявив действия Йемена угрозой американской нацбезопасности и ее союзникам, которую бывший американский разведчик и экс-инспектор ООН Скотт Риттер назвал незаконной и сравнил с вторжением международной коалиции в Ирак в 2003 году. Он назвал операцию американцев и британцев нелегитимной, противоречащей нормам международного права.
О чем все это говорит? Не о том ли, что США теряют контроль на Ближнем Востоке? На эти и другие вопросы Minval.az в ходе интервью ответил кандидат исторических наук, заведующий Отделом истории и экономики арабских стран Института востоковедения АН Азербайджана Фарда Асадов.
– Во первых, интересно отметить, что информация касается известий из разных стран, но все они, безусловно, свидетельствуют о попытках нынешней администрации США склеить некий союз сил и укрепить взаимопонимание с арабским миром в связи с сильно изменившейся и постоянно меняющейся обстановкой на Ближнем Востоке. Другая сторона этой мысли – ее можно охарактеризовать как очевидное признание безуспешности осуществления прежних приоритетных решений американской администрации относительно ситуации на Ближнем Востоке.
– То есть означает ли это, что США не ожидали такого исхода? А с другой стороны, у них же всегда существуют несколько вариантов развития ситуации.
– Я думаю, что в какой-то степени да, потому что, если бы военная операция, инициированная Нетаньяху в Газе, имела бы скоротечное развитие и окончательный военный успех, а жертвы были не так велики, отношение к действиям израильской армии на международной арене не разворачивались бы в критику и неприятие политики Израильского правительства, и тогда не создалось бы нынешнего расхождения позиций с традиционными ближневосточными союзниками США. И самое интересное, утеря взаимопонимания происходит не только с ними, но и традиционными союзниками в Европе и во всем мире, в Латинской Америке и в странах т.н. третьего мира. Это не может не тревожить администрацию Байдена, это означает, что так называемые интересы США в системе международных отношений оказались в серьезной опасности. Эти приоритеты очень трудно обеспечить без союзников. Без них возникает опасность политической изоляции. И более того, кровавое развитие палестинского конфликта начинает вызывать неприятие в значительных слоях американского сообщества. А на фоне приближающихся выборов это может иметь неожиданный эффект. Очевидно, что имидж нынешней администрации как приемлемого модератора мирного процесса нуждается в подкреплении и обновлении.
Можно ли считать это действиями, призванными создать видимость меняющихся приоритетов или это реальные изменения? Хотелось бы думать, что это скорее второе, чем первое.
– В США серьезно обеспокоены таким развитием событий на Ближнем Востоке, они не ожидали, что конфликт будет столь долгосрочным, как и российско-украинский?..
– Естественно, и если по украинскому конфликту мы видим определенное взаимопонимание с основными союзниками в Европе, в том числе мы видим консолидацию сил Запада, например, расширение НАТО за счет прежде нейтральных государств – а это реально расширяющаяся поддержка в конфронтации с Россией, то в палестинском вопросе мы видим все более раздвигающуюся пропасть между отношением к этому конфликту в ряде европейских стран и между тем, что составляет приоритеты нынешнего правительства Израиля и американской администрации, пока еще воспринимаемых в неразрывной и безусловной связке друг с другом.
Это явно ведет к изоляции политики США на Ближнем Востоке, и мы видим, как расширяется сфера влияния других государств, прежде уступавших США по своей влиятельности в регионе, таких, как Россия и Китай. Инициатива Китая по сближению Ирана и Саудовской Аравии явно свидетельствует о его растущем авторитете на Ближнем Востоке, а Россия активно использует площадку ООН для противодействия американским приоритетам в регионе.
– Блинкен решил воспользоваться растущим авторитетом Саудовской Аравии на Ближнем Востоке, чтобы повлиять на этот процесс.
– Ну, конечно, Саудовская Аравия была и остается влиятельной страной, финансирующей многие мирные инициативы, проявлявшей последовательность в вопросе палестинского урегулирования. И хотя мы и видели, как в отношениях между Саудовской Аравией и Израилем были подвижки в пользу нормализации в рамках т.н. соглашений «сынов Авраама», но их реализация и развитие вновь упирались в кардинальное решение проблемы создания Палестинского государства. Однако, проявляемое неприятие этой позиции в нынешнем израильском руководстве неизбежно должно было привести ближневосточную политику США к серьезной конфронтации с арабским миром, в случае безусловной поддержки этого радикального курса Израиля.
– С точки зрения правительства США, легче уговорить Иран не мстить Израилю, чем последнего, чтобы тот не ударил по Ирану?
– Кажется, что это так, но давайте посмотрим на это со стороны Израиля. Мы не видели попыток Израиля капитализировать, будем говорить условно, последний успех в ликвидации политического руководства ХАМАС, о чем ранее объявлялось как о приоритетной задаче израильской политики. Нетаньяху в недавнем своем выступлении, упоминая об успехах в борьбе против терроризма, против ХАМАС, даже не назвал в качестве признанного факта убийство Исмаила Хании – это означает, что и там очень осторожно подходят к последствиям этих действий и опасаются радикальных шагов со стороны Ирана, пытаясь как-то блокировать их.
– То есть фактически это означает неготовность Израиля отражать удары сразу в нескольких направлениях: тут они заняты «Хезболлой» и палестинцами, а если еще и Иран непосредственно добавится, тогда им придется несладко. Поэтому Нетаньяху и сказал, что «Израиль ждут тяжелые дни».
– Да, это верно. Но не забудем, что очередное резкое заявление было сделано Турцией о том, что рассматривается возможность военного вмешательства в ближневосточный конфликт. Я думаю, что Турция не заинтересована вторгаться в этот конфликт своими вооруженными силами. Однако это говорит о том, что такая вероятность рассматривается, или присутствует в аналитических раскладах развития ситуации. Это означает вероятную консолидацию более широких военных ресурсов в регионе против нынешней политики Израиля, если она будет продолжаться таким радикальным образом.
– Плюс еще обращение Блинкена к Катару. Что Катар может сделать в данном случае?
– Катар, как известно, ведет очень сбалансированную политику, оставаясь контрагентом у разных политических сил. И, видимо, не имея возможности и избегая непосредственно начать переговоры с Ираном, в администрации США предполагают, что урегулирование вопроса с Тегераном должно происходить с участием признанных лидеров дипломатических усилий на Ближнем Востоке, прежде всего, Саудовской Аравии и Катара.
– Очевидно, что США теряют контроль на Ближнем Востоке, если не сказать, уже потеряли.
– Ну, наверное, сказать, что потеряли, будет неправильно. Потому что США обладают такими ресурсами, при которых каждый раз могут производить определенную радикальную перестановку, во всяком случае, будут мотивированы к такому роду действий, и это мощный фактор влияния.
Рамелла Ибрагимхалилова
