В 2021 году Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) в целом принял от стран 44250 заявлений, провел 10630 коммуникаций с государствами, вынес 36092 решений и постановлений: на конец 2021 года в очереди на рассмотрение было всего 70150 заявлений. Россия лидирует по их количеству (17013 заявлений). На втором месте Турция (15251), на третьем — Украина (11372).
Азербайджан с 2092 заявлениями на седьмом месте. По статистике, ЕСПЧ в 2021 году объявило всего 1105 решений. Больше всех было вынесено решений против России, Украины и Румынии. Азербайджан по количеству таких решений занимает девятое место.
По решениям, принятым ЕСПЧ в прошлом году, на Азербайджан возложены обязательства по выплате компенсаций в общем размере 2 млн евро. ЕСПЧ, расположенный во французском Страсбурге, чьи судьи избраны из стран-членов Совета Европы, контролирует вопрос соблюдения Европейской конвенции по правам человека.
Азербайджан присоединился к СЕ, созданному в 1949 году, в 2001 году, а с 2002 года находится под юрисдикцией европейского суда. Анализ показателей по Азербайджану указывает на то, что основные причины ежегодного роста цифр иногда объективны, но чаще всего субъективны.
В качестве примера можно привести исследование Европейского центра права и справедливости, которое было проведено в 2019 году на основе анализа деятельности ЕСПЧ. Исследование центра, также расположенного в Страсбурге, обнаружило систематическое столкновение интересов судей ЕСПЧ с НПО, финансируемыми Джорджем Соросом.
Исследование показало, что почти четверть из 100 судей, работавших в ЕСПЧ в период с 2009 по 2019–2022 годы, имели тесные связи с НПО, донором которых выступал Фонд Сороса «Открытое общество». Исследование показывает, что эти связи не подразумевают какие-то неформальные формы сотрудничества или случайные контакты, а являются глубокими отношениями, и это особо отмечено.
В отчет также включены правозащитники, которые не были судьями ЕСПЧ, но были оплачиваемыми активистами указанного фонда, например, Нильс Муйжниекс, комиссар по правам человека в Совете Европы с 2012 по 2018 год.
Тут следует напомнить, что в центре всей деятельности против Венгрии стояли именно эта сеть и ее лицо Нильс Муйжниекс, именно он руководил кампанией против этой страны и против так называемого «антисоросовского» законодательства.
В 88 делах судьи вынесли сомнительные положительные решения по заявлениям, представленным неправительственными организациями, с которыми они ранее работали. Тогда как правила процедуры ЕСПЧ требуют, чтобы судьи в таких случаях заявляли о конфликте интересов и принимали решение о самоотводе.
Из 14 НПО, игравших коммуникационную роль по делам, в которых в 2018 году со стороны ЕСПЧ были вынесены положительные решения, 10 финансировались «Открытым обществом». Из 17 судей, которые рассматривали эти дела, шестеро были связаны с той же группой, финансируемой Соросом.
Демарш сети Сороса в ЕСПЧ начался после 2012 года, потому что новые процедуры, введенные с этого года, специально предусматривали участие НПО в процессе отбора судей в ЕСПЧ.
Это создало для НПО возможность выдвигать своих кандидатов и лоббировать их избрание. Согласно новым процедурам, аннулировано требование об обязательности судебного опыта у лиц, назначаемых судьями ЕСПЧ. В результате из 100 судей, заседающих в ЕСПЧ с 2009 года, примерно 51 ранее никогда не работал судьей, даже помощником судьи не был. Они в основном работали правозащитниками Сороса или в компаниях, являющихся его сторонниками. Словом, это исследование, доказывающее связь судей ЕСПЧ с Соросом, подорвало доверие к Европейскому суду по правам человека в самой Европе.
Большинство решений против Азербайджана и Турции объясняется именно наличием этой сети. Есть еще один момент, касающийся конкретно Азербайджана и Турции.
В 2017 году Европейский центр стратегической разведки и безопасности (ESISC) опубликовал в Парламентской ассамблее Совета Европы (ПАСЕ) два отчета, разоблачающих армянскую сеть, которая вела безжалостную кампанию против Азербайджана, но в пользу Армении.
Второй отчет ESISC был посвящен разоблачению «тайной сети» финансируемых Фондом Сороса парламентариев, официальных лиц Армении и НПО в ПАСЕ. Например, с 2010 года «Открытое общество» пожертвовало Human Rights Watch 100 миллионов долларов.
То же самое можно сказать и о российском примере: болгарин Йонко Грозев, защитник в 2018 году по делу Pussy Riot против России, до избрания судьей в ЕСПЧ был лидером Судебной инициативы «Открытое общество».
Другой момент связан с выполнением решений ЕСПЧ, отмечу, что Азербайджан присоединился к Конвенции о защите прав и свобод человека от 1950 года, чтобы обеспечить более эффективную защиту интересов своих граждан в ЕСПЧ. Но во многих случаях решения ЕСПЧ противоречат положениям законодательства стран, например, решения европейского суда ставят под сомнение конституционно-судебную систему стран, независимость судей конституционных суда и законность принятых ими решений в соответствии с законодательством страны.
Общая практика такова, при том, что независимость суда всегда должна оцениваться в отношении к конкретному делу, рассматриваемому судом, комментируя большинство этих решений Совет Европы ставит под сомнение независимость и беспристрастность местных судов стран.
Ситуация с ЕСПЧ является примером того, как НПО Сороса прибрали к рукам целый институт и этот метод применяется не только в европейском суде, но и во всех институтах, где действует указанная сеть.
Практика вовлечения НПО в деятельность государственных учреждений прослеживается по всей географии Совета Европы.
Егяна Гаджиева
