В Ереване с наступлением весны активизировалась армянская оппозиция. А в последние дни, судя по размаху волнений, оппозиция явно намерена устроить Пашиняну «армянский майдан». В тоже время, по мнению политиков из проправительственной партии, таким образом реализуется одна из целей Москвы — деактивировать Пашиняна, отстранить его от Брюссельской повестки и переговоров с Турцией, а по возможности, вовсе убрать в результате уличной революции, посадив на армянский «престол» Роберта Кочаряна. И данная теория заговора, если сопоставить факты и мнения, выглядит весьма логично.
Митинги в центре Еревана из небольших и стихийных перерастают в спланированное, хорошо организованное противостояние, где все создано для реализации важной цели: максимально вовлечь в них народные массы. И если раньше акции неповиновения «разогревал» лишь один Артур Ванецян, то теперь картина изменилась. На шествие вышли все лидеры объединенной оппозиции, они весьма уверены в себе, а армянские СМИ как-то слишком бодро и увлеченно цитируют Роберта Кочаряна, Сержа Саргсяна, Ишхана Сагателяна.
«Завтра с 08:30 мы начинаем процесс лишения власти: это не захват власти, это конституционное право достойных граждан Армении выйти на борьбу и отстранить от власти турецкоподданных во имя Армении, армянского народа», — об этом, 1 мая, во время митинга на Площади Франции, заявил координатор Движения сопротивления, вице-спикер армянского парламента Ишхан Сагателян.
Он также заявил, что митинг завершится до 18:45, чтобы до этого поставить палатки и печки. При этом ключевая фраза из всего сказанного лидером дашнаков явно одна — «палатки и печки». Так и хочется спросить, а за чей счет этот «банкет»?
Судя по размаху, оппозиция намерена задержаться в центре Еревана всерьез и надолго, и здесь напрашивается еще один вопрос: А почему именно сейчас? Выборы премьера-министра Армении уже прошли, каких-то волнующих общественность поправок в конституцию делать Пашинян не собирается, но главной причиной недовольства сейчас, как мы видим, почему-то стал процесс успешных переговоров Армении с Азербайджаном и Турцией. И это при том, что официальный Ереван уже находится на прямой связи с Баку, создается комиссия по делимитации и демаркации границ и трудно не признать, что Брюссель стал очень эффективным форматом, где решаются все спорные вопросы. То есть конкретных поводов для недовольств практически никаких.
И если армянскую оппозицию так бесит успешный формат переговоров или проблемы на границе, почему она не устраивала массовые шествия во время первой встречи в Брюсселе или столкновений на хребте Фаррух, когда можно было, так сказать, «хайпануть по максимуму»? Что касается Турции и «турецкоподанных», то мотив этот тоже откровенно притянут за уши. Не секрет, что армянская общественность давно настроена на установление связей с соседом по целому ряду причин. Армяне посещают Турцию гораздо чаще, чем азербайджанские туристы – Грузию, а турецкие товары чрезвычайно востребованы в Армении. Даже во времена самой жесткой изоляции Армении инициатором связей, и как официального, так и подпольного товарооборота между странами выступала проживающая в Турции большая армянская община, по поводу наличия которой господину Сагателяну точно возразить нечего. И именно турецкие товары поддерживали армян в голодные годы. Армянская диаспора давно хочет наладить полноценный уровень отношений между странами, а армяне из Еревана — ездить к родственникам в Турцию, «шопиться» там и продавать накупленное в Ереване. И таким желаниям своего народа явно проангажированному господину Сагателяну воспрепятствовать крайне сложно, а тезис «свободный Карабах» сейчас у желающих посетить долгожданный Стамбул армян реакции не вызывает. Он просто не в тему.
Однако, вернемся к главному вопросу – за чей счет этот «банкет»?
И, вот тут как не вспомнить, что «кукловодами» многих представителей армянских оппозиций объективно является Кремль. Известно, что по вопросу координацией своих действий лидер «Родины» Артур Ванецян периодически навещает Москву, о чем он сам, не скрывая, заявлял армянским СМИ. А о том, кто является «другом» и спонсором экс-президента Роберта Кочаряна, вообще говорить не приходится. При этом, если мы берем за основу версию с «рукой Москвы», то получаем четкий ответ и на другой вопрос: почему именно сейчас?
Вполне очевидно, что, затянув с настраиванием «ладов» мирного процесса между Азербайджаном и Арменией, а затем завязнув в Украине, Москва в какой-то момент ослабила влияние, потеряла инициативу процессов на Южном Кавказе, чем не преминул воспользоваться Брюссель. Любовь Москвы к игре «в долгую» в данном случае сыграла с Кремлем злую штуку. Так, по мнению турецкого политолога Энгина Озера, в беседе с Minval.az: «ЕС использовал эту возможность, а Москва ее потеряла».
И это именно так, потому что прорывным в переговорах стал именно Брюссель, а не московские инициативы. И существенная утрата международного авторитета России с началом войны в Украине в этом контексте явно играет заметную роль. А также оказывает влияние и на действия Пашиняна.
В Кремле проснулись и зашевелились после заметного успеха второй брюссельской встречи, когда стало ясно, что широкие дипломатические пассы Путина о том, «что нам не важно, где будет площадка переговоров, главное, чтобы стороны нашли общий язык», мало связаны с реальной действительностью. А весьма испуганный вид Пашиняна и его кроткие заявления в Москве явно говорили о том, что Николу досталось за его «брюссельские инициативы». Собственно, и буквально навязанный «пакт о сотрудничестве» Москвой Пашиняну практически сразу после Брюсселя-2 тоже говорит об этом.
Однако поняв, что разговоры «о роли МГ ОБСЕ на Южном Кавказе» — откровенный моветон, Кремль пытается отыграться и в результате на «доску переговоров» спешно выводится совершенно новая фигура – спецпредставитель РФ по нормализации отношений между Баку и Ереваном Игорь Ховаев. И то, что эта фигура в новых реалиях ненужная и надуманная, и разве что может сыграть «за коня», а никак уж не быть ладьей или ферзем, подтвердил факт холодный встречи Ховаева в Баку. Стало ясно, что после достигнутых договоренностей в Брюсселе, еще один «высосанный из пальца» посредник в переговорах не очень к месту – Баку и так уже напрямую общается с Ереваном.
Потому трудно не связать нынешние масштабные волнения в Ереване с той очевидной угрозой, от которой не могут спать в Кремле – страха потери влияния на Южном Кавказе. Особенно после анонсированной на днях Ильхамом Алиевым новой встречи в Брюсселе, на фоне которой Пашинян снова представляется Москве фигурой нелояльной и подозрительной. И трудно не связать заметную активизацию действий армянской оппозиции с утра 1 мая в Ереване с заявлением Мехмета Чавушоглу о том, что страны достигли договоренности о делимитации границы. Вряд ли кремлевским боссам по нраву еще один наглядный пример сближения Анкары и Еревана.
Но выйдет ли толк от затеянной кукловодами акции в Ереване?
В. Мансуров
