Обмен жёсткими репликами между Россией и НАТО продолжает оставаться одной из ведущих тем мировой политики. Москва на днях озвучила очередную дипломатическую инициативу. МИД РФ опубликовал предложения, адресованные США и НАТО — по взаимной безопасности. Замглавы МИД РФ Сергей Рябков уже предостерёг своих визави от игнорирования этих предложений и даже выразился в том смысле, что это не меню в ресторане, где можно что-то выбирать: рассматривать все предложения надлежит в комплексе. А еще намекнул, что западные дипломаты вообще должны быть благодарны своим российским коллегам: те уже все подготовили, изложили в форме договора, осталось, мол, только подписать. И вообще, Москва надеется, что сейчас она услышит от НАТО не те заявления, которые звучали в последнее время.
Что же требует Москва от США и НАТО? Сущий пустяк. Инфраструктура НАТО должна вернуться к 1997 году, Североатлантический альянс должен воздерживаться от «враждебных действий» в отношении России, в том числе учений вблизи российских границ.
И, конечно же, как указывается, в проекте соглашения о гарантиях безопасности, опубликованном на официальном портале МИД РФ, «участники, являющиеся государствами-членами Организации Североатлантического договора, отказываются от ведения любой военной деятельности на территории Украины, а также других государств Восточной Европы, Закавказья и Центральной Азии».
Оставим в стороне, что Москва именует Южный Кавказ по-советски — «Закавказьем». И не станем заострять внимание, что как минимум некорректно ставить в одно предложение Восточную Европу, где страны уже вступили в НАТО, Южный Кавказ, где Грузия объявила о намерении туда вступить, и государства Центральной Азии, где о членстве в НАТО не решаются говорить даже самые отчаянные политические фантазеры.
Важно другое. Москва капризно требует от НАТО воздержаться во всем регионе, контроль над которым она потеряла в результате распада сначала Организации Варшавского договора, а затем и СССР, от «любой военной деятельности».
А вот тут нужны подробности. И эти подробности напрямую касаются Азербайджана.
До последнего времени считалось, что споры о расширении НАТО имеют весьма опосредованное отношение к Азербайджану. В отличие от Грузии, наша страна не подавала заявку на вступление в НАТО. Тем более что стать членом альянса пока не получится в силу географических реалий: у Азербайджана нет ни выхода в море, ни протяженной границы с государством-членом НАТО. То есть говорить о членстве в альянсе в практической плоскости станет возможным или после вступления туда Грузии, или деблокады Нахчывана.
Но при этом в дипломатии и внешней политике Азербайджана есть такой фактор, как братские отношения с Турцией, а она, напомним, член НАТО. Между нашими странами подписана Шушинская декларация, регулярно проводятся совместные учения.
Расширяется и партнёрство с Североатлантическим альянсом. Накануне, напомним, прошли переговоры президента Азербайджана Ильхама Алиева и генсека НАТО Йенса Столтенберга, глава Азербайджанской Республики принял участие в заседании Совета НАТО, были достигнуты договорённости о расширении сотрудничества. Только за последние недели мобильная группа Командования объединенных военно-воздушных сил НАТО в Рамштайне провела для азербайджанских военнослужащих курс по воздушным операциям, эксперты НАТО обсуждали в Баку вопросы военного образования. Все это, конечно, не учения и не базы. Но если в российском «проекте» речь идет именно о «Закавказье», а не о Грузии, то как это понимать? Москва требует прекратить сотрудничество с НАТО, дезавуировать Шушинскую декларацию, отказаться от закупки турецкого, то есть натовского, оружия, не проводить совместных учений с Турцией и не сотрудничать с Анкарой в сфере военного образования? МИД РФ не сомневается, что решать эти вопросы должна Россия, а не сам Азербайджан? И самое главное, на Смоленской площади искренне полагают, что НАТО эти предложения примет?
А вот тут нужен экскурс в горячие политические новости последнего времени. В НАТО уже не раз заявляли, что не признают за Россией никакого «права вето» на расширение альянса в частности и на выходящую за ее границы «сферу интересов» вообще. В переводе: в НАТО не намерены признавать за Россией «зону влияния» и предоставлять Москве этакий желанный карт-бланш.
Более того, если у МИД РФ плохо с географией, то придется напомнить, что после 1997 года страны Восточной Европы и Балтии стали членами НАТО. В переводе: в альянсе вряд ли станут испрашивать у Москвы разрешения, могут ли они в своей зоне ответственности, на территории государств, вступивших в альянс, разворачивать инфраструктуру или проводить учения. В такой ситуации, уверены эксперты, шансы на принятие российских предложений равны нулю.
А тогда уже интересно: как эти проекты договоров вообще могли появиться на свет? Да еще и оказаться в публичном доступе? В Москве просто не в курсе политики НАТО в вопросе приема новых членов? Там всерьёз рассчитывают напугать или переубедить Североатлантический альянс? Или же вся акция с публикацией предложений — не более чем пиар-ход, рассчитанный на то, чтобы потом выступать с заявлениями в стиле «ну вот, смотрите, мы им предлагали, а они…»? Это, конечно, предмет гадания. Но уже нет сомнений: в НАТО весьма четко и недвусмысленно дали понять России, что не намерены признавать за ней права на «сферу интересов» и права рисовать свои «красные линии» на территории других стран. И вряд ли это касается только Украины.
Так что Москве лучше не пропускать эти предупреждения мимо ушей. И помнить, что если слишком увлечённо рисовать свои «красные линии» на чужой территории, то очень скоро можно получить чужие «красные линии» на своей.
Нурани
