В мировой истории генералы не раз поднимали мятежи против своего верховного главнокомандующего. Иногда такой мятеж оказывался удачным, иногда — нет. После провала мятежники тоже вели себя по-разному. Чаще всего генералы в таком случае пускали себе пулю в лоб. Были, впрочем, и исключения. Так, соучастник карательной акции в Баку 20 января 1990 года, военный преступник маршал Дмитрий Язов после провала путча ГКЧП писал Михаилу Горбачеву покаянные письма: «Дорогой Михаил Сергеевич. Я старый дурак. До конца моих дней меня будет жечь позор за принесенные вам, стране и народу беды».
Как поведет себя Оник Гаспарян, начальник генштаба ВС Армении, пока что остается только гадать. Потому как все еще нет полной ясности, то ли в этой стране действительно военный переворот, то ли «уличная политика», то ли еще что-нибудь в том же роде, и кто в конце концов окажется победителем.
На пике «кризиса вокруг «Искандеров»» премьер-министр Армении Никол Пашинян все же сделал «ход конем». Он провел переговоры с президентом РФ Владимиром Путиным, после чего пресс-секретарь главы правительства Армении возвестила: российское оружие — лучшее в мире, насчет «Искандеров» премьера неправильно проинформировали, в общем, бес попутал, черт за язык дернул и вообще Никола Воваевича не так поняли.
Затем, уже вечером 1 марта, после факельного шествия оппозиции, Пашинян собрал весьма внушительный по ереванским меркам митинг своих сторонников. Где уже открыто перешел в «словесное наступление»: дескать, глава Генштаба ВС Армении Оник Гаспарян выполняет приказы Сержа Саргсяна. Затем провел параллели с расстрелом митингующих на улицах Еревана 1 марта 2008 года: «Эти же люди и сегодня пытаются вывести армию против народа и избранной этим народом законной власти. Иначе я не могу объяснить заявление Генштаба». Затем обвинил Оника Гаспаряна в «политической ориентации» и нарушении конституции и закончил: «У Армении не может быть главы Генштаба, способного вывести танки против собственного народа». Затем «сдал назад»: мол, по крайней мере на данный момент ни Гаспарян, ни вооруженные силы не переходили «красные линии», он надеется, что не перейдут, но тем не менее Гаспарян должен уйти.
Начштаба, в свою очередь, упирается и выступает с ответными заявлениями: дескать, командование Вооруженных сил Армении считает недопустимыми и призывает прекратить необоснованные обвинения в адрес структуры и конкретных руководящих лиц…
Здесь можно, конечно, поинтересоваться, о каких именно «красных линиях» говорит Никол Воваевич. По логике вещей, выступление начальника генштаба против своего верховного главнокомандующего — это уже военный мятеж, после чего уже «пан или пропал». И уж тем более Онику Гаспаряну надлежит или действовать, как полагается генералу, и доводить задумку с переворотом до конца, или стреляться, или хотя бы подавать в отставку, а не устраивать демонстрацию обид в стиле жеманной кисейной барышни: «Ах, не говорите мне таких слов, я этого не переживу!»
Но пока что социальные сети захлестывает волна «мемов» в стиле «армянская армия не может справиться даже с Пашиняном». А сам Пашинян, которого считали политическим трупом еще по горячим следам подписания Трехстороннего заявления, демонстрирует чудеса политической выживаемости.
Впрочем, понятно и другое. Никол Пашинян удерживается у власти в основном за счет того, что в стане его противников нет яркого и харизматичного лидера, способного перетянуть симпатии «погосов», то есть народных низов. «Карабахский клан» во главе с Робертом Кочаряном и примкнувшим к нему Сержем Саргсяном вызывает стойкую неприязнь слишком у многих. Вазген Манукян, который сам о себе заявил как о временной фигуре — не то «знамя», с которым можно штурмовать бастионы власти. В армянской же армии после проигранной войны тем более не стоит искать ярких и харизматичных фигур…
Но намеренно прервем здесь анализ политического расклада на армянском поле. В конце концов, пусть с этим разбираются сами граждане Армении. Важно другое: насколько велик риск, что внутриполитический кризис сорвет выполнение Трехстороннего соглашения и постконфликтное урегулирование в Карабахе?
А вот это уже куда серьезнее. В самом деле, оппозиция и армия штурмуют власть Пашиняна именно под реваншистскими лозунгами, обвиняя бывшего премьера в подписании «предательских» соглашений по Карабаху. Но и сам Пашинян вряд ли может считаться представителем «партии мира». И дело даже не в том, что на нынешнем фоне он волей-неволей будет избегать непопулярных шагов. Именно его «команда» сегодня пытается реализовать в Карабахе жульнические схемы и завести туда призывников из Армении под видом гражданских лиц — Азербайджан на уровне МИДа официально обвинил Армению в невыполнении условий Трехстороннего заявления. Наконец, о себе в очередной раз напоминают структуры, созданные армянскими сепаратистами и армянскими оккупантами в Ханкенди. Очередная их группа, громко именующая себя «парламентом Нагорного Карабаха», приняла заявление, где заявила, что считает освобожденные Азербайджанской Армией территории «оккупированными», что их «оккупация», дескать, не может иметь «правового влияния» на будущий статус и определение «границ» самопровозглашенного «Арцаха» и т.д.
Понятно, что никакого политического, а тем более правового веса эта бумажка иметь не может по определению. И вряд ли стоит в который уже раз напоминать, что вопрос «статуса Карабаха» уже снят с повестки дня, и никаких переговоров по этому вопросу не намечается и не планируется. Но сам факт появления этого «документа» —еще одно свидетельство: реваншистские настроения в Армении растут, в том числе и в команде Пашиняна. Тем более что именно эта команда еще осенью 2019 года приступила к планомерной «раскачке ситуации» и в конце концов спровоцировала полномасштабную войну.
Но, вне зависимости от того, позабыли ли в Ереване, катастрофой какого масштаба закончилась для Армении та «игра с огнем» или же уверовали, будто вторая попытка окажется более удачной, очевидно другое: чем бы ни закончился внутриполитический раунд, Армения как страна его уже проиграла. Просто потому, что игры в ревизию условий своей капитуляции даже теоретически не могут закончиться ничем. И за свои игры Армении придется заплатить. И хорошо, если эта цена окажется только политической и дипломатической
Нурани
