На фоне пандемии коронавируса ВОЗ продолжает стремительно терять авторитет
Пандемия COVID-19 продолжается, попытки ее обуздать — тоже. СМИ регулярно публикуют новости об успехах ученых-медиков в создании долгожданной вакцины от нового коронавируса. А тем временем в странах постсоветского пространства и бывшего социалистического лагеря, там, где по советской традиции в обязательном порядке «кололи» вакцину БЦЖ от туберкулеза, статистика заболеваемости коронавирусом оказалась меньше, чем в благополучной Европе и в США, где эту прививку не делали. Ведущие вирусологи Германии — институт вирусологии имени Макса Планка в Берлине — уже ведут исследования в этом направлении, выдвигают теории, что свою роль играет общая, если можно так сказать, «мобилизация» и «тренировка» иммунной системы (все же вакцина противотуберкулезная и к коронавирусу никакого отношения как бы иметь не должна) или что-то другое, но эксперты уже признают: практика массовой вакцинации, принятая в СССР и «унаследованная» другими странами «социалистического лагеря» — это один из немногих «плюсов» социалистической модели здравоохранения.
Но одно дело — обязательная вакцинация, и совсем другое — «социал-популизм».
Как утверждают осведомленные источники, нынешний мэр Нью-Йорка Билл де Блазио в молодости отправился в Никарагуа — изучать, как местные социалисты-сандинисты строят справедливое общество. И был поражен до глубины души, увидев в городке Масайа на стене клиники карту с именами всех семей в городе. Как утверждал сам мэр, он понял, как должно быть организовано здравоохранение и государство.
Но сегодня система здравоохранения Нью-Йорка «сдает коронавирусный экзамен», и не сказать чтобы очень успешно. В Центральном парке развернуты полевые военные госпитали, в гавани пришвартовалось госпитальное судно ВМС, а еще в Нью-Йорк перебрасывают армейские похоронные команды и автомобили-рефрижераторы для временных моргов.
Нелишне, конечно, вспомнить (и напомнить), что «социалка», то есть социальная сфера — дело затратное, это одна из основных расходных статей любого бюджета, которую не получится «раздувать» до бесконечности. Но, условно говоря, строить на социально-расходные статьи бюджета больницы, а можно из этих же денег платить пособия и субсидии. Пособия, конечно, гарантируют на выборах голоса получателей, но вот если «клюнет жареный петух» (или, как сегодня, летучая мышь), то нужны все же больницы, а не статьи помощи по принципу «дали деньги — купили голоса», о чем эпидемия коронавируса жестоко и наглядно напомнила. И это урок поважнее, чем набившие оскомину нравоучения по поводу «почему мы платим миллионные гонорары спортсменам и певцам, а не вирусологам». Но дело касается не только и не столько господина ди Блазио, который, безусловно, хотел как лучше. Куда больше вопросов к «высшей медицинской инстанции» — ВОЗ.
Эту фразу очень любят в военных кругах: в тактике мы побеждаем оружием, в стратегии мы побеждаем маневром. Точно так же успех лечения отдельно взятого больного зависит от квалификации и профессионализма врача и степени оснащенности клиники. А вот успех в противостоянии массовым эпидемиям — это уже вопросы «медицинской политики», те, решение которых зависело и зависит уже не от врачей, а от чиновников и политиков. И хотя еще пандемия коронавируса в самом разгаре, эксперты предупреждают: COVID-19, микроскопический вирус, относительно которого в ученом мире нет даже единого мнения, считать ли его полноценным живым организмом или еще нет, продемонстрировал слабость (если не сказать «несостоятельность») той модели здравоохранения, которая во многих развитых странах считалась вполне приемлемой и даже преподносилась как образец для подражания. И это не современные методики лечения или новейшая диагностическая аппаратура — речь о «мощности» и «пропускной способности» системы здравоохранения в целом и о том, сколько на условные 10 тысяч населения должно приходиться «терапевтических», «инфекционных» и «реанимационных» коек, сколько — аппаратов ИВЛ, в частности. Тем более что каждое государство рассчитывает «мощность» своей системы здравоохранения, исходя из собственных рисков и возможных угроз, где у медицинских инстанций Италии и Азербайджана нет даже теоретической возможности инспектировать санитарное состояние продуктового рынка в китайском городе Ухань.
По логике вещей, вырабатывать здесь общепринятые стандарты, давать советы, что в систему здравоохранения необходимо заложить «запас прочности» на случай форс-мажора, и прогнозировать эти самые возможные сценарии форс-мажора должна была Всемирная Организация Здравоохранения — ВОЗ. Ее эксперты должны были суммировать мировой опыт, публиковать рекомендации, что, к примеру, при строительстве клиники эстетической хирургии надо бы сделать так, чтобы ее в случае необходимости можно было быстро перепрофилировать под «инфекционный» или «обсервационно-карантинный» госпиталь, а фабрику по пошиву модных дождевых плащей — переориентировать на производство «противочумных» костюмов примерно так же, как на многих «гражданских» предприятиях заложена возможность перевода на военные рельсы. Но… ничего похожего от ВОЗ мы не слышали. Ее эксперты молчали. И продолжают молчать по этому поводу и сегодня. «Высшая медицинская инстанция» планеты не может дать четкого ответа на вопрос, надо ли здоровым людям носить маски, с умным видом заявляет, что чай с имбирем от коронавируса помогает не очень, и еще учит мыть руки от локтей в течение 20 секунд.
Только вот этих 20 секунд вряд ли хватит, чтобы «отмыть» репутацию ВОЗ.
Нурани, политический обозреватель
