Выражаясь изречением бессмертного Черчилля, участники карабахского урегулирования вступили в начальную стадию конца процесса. Стороны конфликта и посредники таким поворотом, а он был ожидаем, обязаны официальному Еревану.
Проев битые девять месяцев и блеснув тактикой воспроизводства дипломатического хлама, глава кабинета Никол Пашинян дал всем знать, что определился с позицией. Он заточен на добивание не только действующего формата урегулирования, но и всего карабахского миротворчества наплевательским отношением к международным обязательствам.
В абсурдном положении, когда премьер с одной стороны со смаком заявляет о готовности к конструктивному диалогу, а с другой — делает все, чтобы как можно быстро его сорвать, резонно прогнозировать только одно — начало силовой эскалации. Она попросту неизбежна.
Но имеется ли еще шанс, чтобы спасти положение? Может и имеется, но на вряд ли он сыграет.
Если на заре временного премьерства Никол Пашинян действовал с оглядкой, боясь оказаться в роли легкой мишени, то после внеочередных парламентских выборов, притянув на себя одеяло полноценной власти, у него появилась осторожная уверенность. Не сказать, что она прямо пугающая, или же может кого-то сразить.
Ереван по-прежнему клянчит 100-миллионный кредит у Москвы, чтобы вдохнуть уверенность в командный состав армии и сограждан, которые, так или иначе, испытывают сущий страх перед лицом возросшей вероятности второй фазы войны.
Невооруженным глазом видно, что напускная бравада и расфуфыренные излияния о готовности напасть на Азербайджан, абсолютно не вяжутся с глубоко упрятанным внутренним беспокойством.
Поразмыслив над действующим положением вещей, взвесив все за и против, похоже, премьер сдался перед натиском радикальных сил, которые устроили ему показательные выступления истерии на почве требований «не отдадим ни пяди земли».
Здоровые силы по обе стороны от линии водораздела осознают, что разумной альтернативы взаимным уступкам нет, и необходимо концентрировать внимание на точках соприкосновения. Однако Пашинян, попав под влияние черни, направляется туда, где черная дыра. И сколько бы он ни твердил, что привержен установлению прочного мира, его заверения подрываются действиями прямо противоположного характера.
Вопрос подключения сепаратистов Карабаха к переговорам закрыт раз и навсегда. Так зачем же браться за реанимацию мертвой субстанции, если есть что обсуждать и как спасать собственное положение?!
По тому, как армянский премьер через не могу изгаляется над ситуативностью, смело можно сказать, что или он действительно не успел вырасти из штанишек уличного запевалы, или же в нем клокочет запредельный оптимизм, не позволяющий навести фокус на действующее положение.
Без конца жаловаться на Баку, ставя ему в вину использование «агрессивной риторики», не есть средство защиты от неудобного развития сценария. Подготовка людей к миру, о которой в последнее время талдычит глава кабинета, это неубедительный отвлекающий маневр. Это с какого же угла ему, первому лицу, видится обнадеживающий ракурс, что он все время ударяется в мечтание? Разве он, или его предшественники ударили палец о палец, чтобы воссоздать платформу доверия?
Негатив и только негатив стал следствием усилий армянских руководителей, которые с середины 90-х безуспешно пытались завести Баку в дебри неопределенности. Вынашивали тактику измора и … доигрались.
Не тот случай, да и спарринг не тот, чтобы ставить на легкий выигрыш. Азербайджан подстраховался, и готов на все варианты развития положения. Гарантии безопасности, которыми грезит Пашинян, могут поступить только от Баку, и пора с этим смириться.
Н.Пашинян старательно работает над приданием товарного вида своей разработке под названием «обструкция». И делается это за счет безуспешных стараний по дезавуированию высказываний азербайджанского лидера. Напоминая аудитории, как Ильхам Алиев возлагал надежды на нынешний год, ожидая новый импульс для процесса урегулирования, премьер иносказательно демонстрирует, что он и его приспешники намеренно подрывают позитивный фон, чтобы не было прорыва.
И.Алиев действительно надеялся, что Пашинян и его команда, наконец-то, образумятся и придут к единственно верному решению, предполагающему безоговорочный вывод армянских военных сил из азербайджанских территорий. Но азербайджанский лидер и в мыслях не допускал признания права карабахских армян на самоопределение, как тщетно пытается это доказать премьер.
Он свое черное дело сделал, и сколько бы не утверждал, что «полон решимости приложить усилия для достижения мира», его заверения не имеют под собой доказательной базы.
Армянское краснобайство исчерпало ресурс. Время отсчитывает обратный ход, и если главному словоблуду Армении Николу Пашиняну действительно хочется мира, он обязан безотлагательно приступить к сообразным.
На встрече с действующим председателем ОБСЕ, министром иностранных дел Словакии Мирославом Лайачеком президент Ильхам Алиев однозначно возложил ответственность за срыв процесса на Ереван. Это можно считать и острым сигналом агрессору, который предается ничем не оправданной уверенности, дескать, лимита времени предостаточно.
Сдается, что дежурное выражение «военного решения конфликта быть не может» настолько примелькалось Пашиняну, что он на нем построил собственную теорию вероятности.
Ошибается премьер, когда сетует на озвучку угроз из Азербайджана. Пора бы понять, что угроза и предупреждение – это не одно и то же.
Тофик Аббасов, аналитик
