«До выборов отложили несколько очень непопулярных шагов, в том числе, поднятие цен на дизельное топливо, на метро, на гортранспорт»

Собеседник Minval.az — один из лидеров партии РЕАЛ, экономист Натиг Джафарлы.

— Около года назад, когда власти страны помпезно объявили о готовящемся в запуск проекте социального жилья, представители неимущих слоев населения были очень рады, так как у многих появилась надежда на приобретение в собственность недорогих квартир. Через некоторое время озвучили условия, которые, как выяснилось, не на столько радужны, как хотелось бы: то есть право на приобретение социального жилья имели право семьи шахидов, военнослужащие. Соответственно, вся остальная прослойка неимущих людей оставалась, как говорится, «за бортом». А на днях была опубликована стоимость квартир. В связи со всеми вышеперечисленными фактами можно ли все еще считать этот проект социальным?

— Любое государство, внедряя такие социальные проекты, не думает о заработке, потому что проект имеет социальное направление. Объявленные цены на самом деле коммерческие, а не социальные. Единственное, чем они все это объясняют, что процесс выплаты рассчитан на многие годы, и ежемесячная сумма выплачиваемого взноса не велика. И это уже не социальное жилье, честно говоря, потому что, если учесть тот факт, что земля – государственная, вся инфраструктура за госсчет, плюс строительство не облагается никакими налогами, то в таких условиях любое коммерческое предприятие за половину озвученной суммы могло бы построить хорошее жилье. Но учитывая, что в стране очень большой спрос на жилье, в любом случае те, кто имеет возможность приобрести и выплачивать 300-400 манат, они будут радоваться и благодарить правительство.

— Долгие годы в Баку говорят о том, что в городе существует большое количество пустующих новостроек. Разве государство не вольно в распределении этих пустующих квартир людям, нуждающимся в жилплощади?

— Это частная собственность, приобретенная не в качестве жилья, а в качестве капиталовложения. В основном, это были российские деньги – те наши соотечественники, которые работали в России, посылали деньги в Азербайджан, и их родственники приобретали недвижимость – по несколько квартир сразу. Некоторые делали ремонт и сдавали сразу, но в основном, большая часть пустует. Но сегодня цены – особенно на люксовый сегмент, сильно упали. И сейчас те люди, которые приобрели квартиры задорого, не хотят, и не будут продавать это жилье, потому что теряют очень много. Кроме того, они надеются, что цены вырастут – еще раз повторюсь, особенно на люксовую недвижимость.  В основном, квартиры пустуют в центре города, а дома на окраине давно все заселены, потому что и цена была довольно приемлемая, и люди, на самом деле нуждающиеся покупали квартиры и вселялись. Государству нужны миллиарды манат для того, чтобы на взаимовыгодных условиях выкупило у желающих продать свою пустующую недвижимость собственников, но по тем ценам, по которым эти квартиры покупались собственниками изначально (в те времена стоимость квадратного метра равнялась 2000 манатам, а долларах 2400-2500). Если сегодня собственники продадут за 2 тысячи манат квадратные метры своего жилья, то это будет в долларовом эквиваленте равняться сумме чуть более 1000. Получается, что собственникам такая продажа не выгодна, они теряют немалую сумму.  И потому я не думаю, что государство каким-то образом возьмется за это дело, и будет неправильно, если оно будет по-глупому по-большевистски отнимать жилье у частных собственников. Это вызовет большой негативный ажиотаж. Стоит отметить, что некоторые из этих домов принадлежат чиновникам. Во время первого строительного бума (в начале 2000-х) дорогие квартиры в основном распределялись по звонку. Потому что строительные фирмы, в основном, принадлежали высокопоставленным чиновникам, люди которых звонили чиновникам более низшего ранга и говорили: «Муэллим желает, чтобы вы приобрели квартиру в этом доме». И попробуй откажи! Естественно, покупали. И таким образом, у некоторых чиновников по 15-20 квартир в городе. И многие из них пустуют.

— Как у нас в Азербайджане вообще люди могут приобрести квартиру? Это либо наследство, либо ипотека (которую, кстати, редко кто может выплачивать стабильно и до конца). Проблема квартирного вопроса берет начало в постсоветском пространстве. У нас люди стараются купить недвижимость, а не жить в арендованной квартире – в отличии от Турции и Европы. И если во всем мире жить на квартире считается нормой, почему же у нас в стране эта проблема на ментальном уровне? И каким образом можно купить квартиру в Азербайджане среднестатистическому гражданину?

— Честно говоря, большинство владельцев квартир получили их еще со времен Советского Союза. Ностальгия по тем временам чаще всего вызывается именно этим вопросом, потому что люди понимают: в нынешних условиях простой учитель или мелкий торговый работник никогда в жизни не сможет купить 2-3-комнатную квартиру в черте города. И поэтому я даже могу назвать цифру – около 70% квартир у населения города – это именно советские квартиры, бесплатно доставшиеся собственникам в наследство от родственников. Почему такое отношение у населения к арендованным квартирам?  У нас народ думает, что деньги, которые платятся за аренду – выброшены впустую. Наши люди по сути своей собственники, и хотят иметь свою крышу над головой, потому что это стабильнее. В Европе и США другие экономические условия, нежели у нас. Человек, проживающий в Штатах, не хочет привязывать себя к одному и тому же месту, потому что хорошему специалисту всегда открыто множество возможностей, и география проживания этого человека может быть весьма разнообразной: он часто переезжает в разные штаты, занимает разные должности в совершенно разных фирмах и компаниях. Кроме того, когда покупаешь или продаешь квартиру – часто теряешь, потому что есть различные сборы, в первую очередь, налоговые. И потому жителям США выгоднее платить аренду за жилье. После того, как ЕС принял закон об общих правилах работодателей (2013 год, Европейская Хартия), жители Еврозоны спокойно могу работать в других странах и потому так же им выгоднее арендовать квартиры, а не покупать. У Азербайджана нет таких экономических отношений и не такие возможности в стране в целом – работать сначала в Баку, затем в Гяндже, потом в Лянкяране. Все знают, что экономические возможности сегодня распространяются только на Баку, так как только в столице Азербайджана житель регионов может найти работу. И потому граждане страны стараются осесть в Баку, приобрести собственную недвижимость, чтобы не платить аренду. С другой стороны, какой среднестатистический гражданин страны, к примеру, педагог, может позволить себе аренду квартиры, если его зарплата составляет сумму размером в 240-260 манатов? Кроме того, государство не дает никаких социальных гарантий. Единственное, о чем думают люди: «Была бы своя крыша над головой, а все остальное будет уже легче, на хлеб всегда можно заработать». Это чисто экономический момент. Естественно, ментальный вопрос тоже существует из-за того, что мы, по сути, собственники. Если бы я, как специалист, знал бы, что через год у меня выпадет возможность работать в Гяндже, в Шеки, или в другом регионе страны, где мне предлагают хорошие условия, я бы задумался, прежде чем покупать квартиру, и подумал бы о том, что моя зарплата позволит мне арендовать жилье и откладывать деньги. Я со многими иностранцами говорил на эту тему: допустим, в США хороший дом стоит 700-800 тысяч долларов. И человек, арендующий квартиру за 800-1000 долларов в месяц, говорит, что обеспечен на всю жизнь, потому что у него еще остается куча денег для собственных нужд, в том числе и для путешествий по миру. У них такое мышление, эти люди не хотят платить за собственную квартиру, потому что у них совсем другие возможности и другие ценности. Давайте вспомним, какой именно вопрос стоит первым в списке, когда приходят сватать девушку: а у жениха квартира есть? Понимаете? Люди в нашей стране думают, что если есть квартира, то молодожены смогут прожить, если же они пойдут квартирантами, то все будет гораздо сложнее. На самом деле будет сложно, потому что с нашей среднестатистической зарплатой арендовать квартиру за 200-300 манатов и прожить на остаток очень сложно.

— Скажите, какие риску существуют при взятии квартирной ипотеки?

— Манатная ипотека не рискованна, если честно, потому что у маната не очень хорошее будущее (не сегодня, не завтра, а вообще), ипотека выдается как минимум на 10 лет (начиная от 10 и заканчивая 30-ю годами выплаты). Просто единственная проблема манатной ипотеки в процентах. Социальные ипотеки выгодны  4%-ами, эта сумма даже ниже инфляционного процесса. А потому человек в буквальном смысле даже не платит проценты. Есть обычная ипотека – 8% (это тоже мало кому достается). Есть так же коммерческая ипотека – 16-17-20%. Эти проценты завышены, если подсчитать, то одна квартира, которую гражданин берет в ипотеку под 15-20%%, и выплачивает за нее в течении 20-ти лет, обходится в три раза больше реальной ее стоимости. В этом вопросе есть сложность, но опять же повторяю – мантная ипотека менее рискованная, чем валютная, я никому бы не рекомендовал в нее ввязываться.

— Раз уж мы заговорили о валюте, то хочется прояснить один важный вопрос: казалось бы, никаких оснований для ажиотажа вокруг доллара нет, но при этом народ массово раскупает доллары. Вроде бы цена на нефть стабильная, даже выше. Так почему же население сметает доллары в таком количестве?

— Тут есть два момента: один – это психологический. В России, Турции, Казахстане, Иране очень сильно «просела» их национальная валюта. У Азербайджана с этими странами взаимоотношения очень сильные, и на экономическом, и на человеческом, что очень сильно психологически очень давит на население нашей страны. Особенно, если это касается России. Когда впервые «обвалился» российский рубль, через некоторое время начал вибрировать и манат: сначала была первая волна девальвации, затем – вторая.

Второй момент: как ни парадоксально, но как только руководитель Нацбанка выходит и говорит, что девальвации не будет, народ понимает все наоборот, а именно как сигнал, что надо готовиться к худшему. И потому люди уже начинают массово закупать доллары.

Третий момент: все понимают, что сейчас политические риски становятся все меньше и меньше, потому что президентские выборы позади, до выборов отложили несколько очень непопулярных шагов, в том числе, поднятие цен на дизельное топливо, на метро, на гортранспорт.

— Но цены, так или иначе, на все вышеперечисленное поднимутся?

— Да, конечно поднимутся. Плюс если даже люди подумают очень рационально, к примеру, если такая волна пойдет, то никто и ничто не мешает правительству еще раз поднять курс доллара по отношению к манату. И тут есть своя логика на самом деле. Но вы правильно отметили, что в данный момент нет никаких экономических моментов, говорящих о падении курса маната. Цена на нефть поднялась, о чем мечтало наше правительство год назад. Но все понимают, что это временно, и цена на нефть зависит исключительно от политической ситуации, которая сегодня неуклонно растет – в Сирии, между Западом и Россией, в Йемене, в Ливии.  Существует вероятность того, что к концу года будет заключено соглашение между РФ и Западом, потому что так долго никто не выдержит – ни Запад, ни Россия. Правда, еще не известно, чем и кем пожертвуют во имя этого соглашения, это другой вопрос. Но главное, что после соглашения цены на нефть стабилизируются  на уровне 50-60 долларов за баррель —  все международные отчеты говорят об этом.  И потому правительство через некоторое время, когда цена на нефть снова начнет падать – согласно «закону маятника» (сейчас он пошел вверх, но непременно должен будет опуститься вниз), начнет плавно снижать курс маната, благо у нас нет коммерческого курса, как России или в Турции, где биржа определяет ежесекундно курс национальной валюты. Ничего подобного в Азербайджане нет: ни экономических институтов, ни биржи. Зато у нас свой сценарий…

— Скажите, нынешние цены на дизель и на транспорт, в том числе и метро, приносят большой ущерб бюджету страны?

— Что касается дизеля, то там есть разница в 30 гяпиков между 92-м и дизелем. Нигде в мире нет такой разницы, на самом деле. Чисто экономически это можно оправдать, но если учитывать, что нефть государственная, это не частная компания, которая диктует цены государству, то государство при желании может ликвидировать эту разницу. Но оно не хочет предпринимать такой шаг. Нефтеперерабатывающие заводы в Баку уже последние несколько месяцев сильно снижают производство дизельного топлива – намерено снижают, потому что это невыгодно. Выгодно производить марку 92, потому что цена поднялась. И я думаю, что после весеннего посевного сезона дизельное топливо поднимется в цене. Что касается руководства метро, то оно несколько раз заявляло о том, что себестоимость одного пассажира обходится за один проезд в 50 гяпиков. Но как они считают – одному Богу известно, никто из них не дает нормальной информации, чтобы мы тоже подсчитывали. Мы не знаем себестоимость электричества, стоимость зарплаты, или цену ремонтно-строительных работ – вся эта информация проходит мимо экспертного сообщества. Правительство наделило большими полномочиями новое ведомство «Бакинское транспортное агентство» (им даже парковки отдали), и ведомство это сейчас работает над «Единой транспортной картой». И скорее всего, в Азербайджане действительно появится Единая транспортная карта – как во всем цивилизованном мире, и на волне этого поднимутся цены и на метро, и на проезд в автобусе. Возможно, и льготные условия будут иметь место: студенческие, пенсионные, почасовая оплата и так далее. И скидки эти будут оправдывать повышение цен. Скорее всего, после проведения Формулы-1, ближе к лету, эту карту внедрят в жизнь и цена проезда в транспорте и метро поднимется. Если поднимется цена на дизель, естественно, вырастет в цене сельхозпродукция.

— Какие реформы Вы ожидается после выборов от президента страны И. Алиева и его команды?

— Честно говоря, главный вопрос, который меня лично интересует – это вопрос не кадровый. Кадры в советское время решали все, сегодня вопросы должны решаться системно. Для меня важный вопрос – какая форма управления будет, останется ли кабинет Министров, хотя Кабмин при нынешней ситуации после конституционных изменений превращается в ненужный орган, аппендицит, который следует удалить. Или же будет несколько институтов вице-президентства, которые начнут по отраслям распределять функции, и будет ответственность. Главная беда нашей страны в том, что сегодня никто ни за что не отвечает. И самое смешное, что министры, которые руководят своими отраслями 10-15-20 лет, жалуются на то, что есть проблема в той области, где они работают столько лет! Если есть проблема – уйди, пусть решает другой, более перспективный специалист.

Яна Мадатова

Эмиль Мустафаев

Minval.az