«Я имею в виду не только Крым». Эта небольшая фраза Путина всерьез удивила его собеседников. Однако с тех пор о ней все давно позабыли. Дело было в Санкт-Петербурге в 1994 году. Тогда немецкий фонд Кербера (его создал предприниматель, который сражался на Украине против Вермахта и решил направить состояние на развитие диалога между Востоком и Западом) организовал конференцию на тему отношений с Россией.
В тот момент Владимир Путин был заместителем мэра северной столицы Анатолия Собчака, одного из лидеров российских реформистов. Он был тогда еще малоизвестен и как настоящий разведчик сохранил вокруг себя ореол тайны. В списке участников той конференции, среди дипломатов, политологов, журналистов и историков, его имя стояло с припиской «дата рождения неизвестна».
Одержимость русской диаспорой
В протоколе конференции отмечается, что Путин долгое время хранил молчание. Затем он неожиданно решил взять слово:
«Касательно проблем русскоязычного населения на территории бывшего Советского Союза, хотел бы отметить, что это не оно вторглось в бывшие советские республики, а советская власть. В этом смысле русские стали жертвами советской власти в той же степени, что и другие народы СССР. (…) Не забывайте, что в интересах общей безопасности и мира в Европе Россия добровольно отказалась от огромных территорий в пользу республик бывшего СССР, в том числе и от территорий, которые исторически всегда принадлежали России. Я имею в виду не только Крым и север Казахстана, но и Калининградскую область. В результате 25 миллионов русских внезапно оказались за границей, и Россия не может допустить, чтобы эти люди оказались брошенными на произвол судьбы, что в том числе отвечает интересам безопасности в Европе».
В тот момент с распада Советского Союза прошло всего три года, и положение русских меньшинств в Прибалтике, на Украине, в Казахстане и Молдавии действительно не было урегулировано. Так, например, прибалты заставляли русских выучить их язык, если те хотели получить гражданство. Тем не менее к настоящему моменту большинство этих людей прошли путь интеграции в общество, потому что таким было одно из условий принятия республик в Европейский Союз. Исключением стала лишь молдавское Приднестровье, где в тени 14-й российской армии утвердилась власть советского типа.
Как бы то ни было, русская диаспора по-прежнему не дает покоя Владимиру Путину.
Наверняка, именно поэтому сильный и жесткий российский лидер (такой образ он всеми силами пытается создать) смахивает слезу при звуках гимна страны, как, например, это было во время недавнего официального визита в Монголию. Мелодия современного российского гимна была позаимствована у советского: решение принял Путин, сменив Бориса Ельцина в президентском кресле.
Иначе говоря, президенту России свойственна ностальгия. Но не только она. Путин вынашивает свой геополитический проект уже не менее 20 лет, о чем свидетельствует найденное газетой Frankfurter Allgemeine am Sonntag выступление 1994 года. Он еще тогда думал о Крыме и «не только» о нем. Защита русскоязычного населения, «где бы оно ни находилось», уже была для него приоритетной задачей. В тот момент его слова не привлекли к себе особого внимания. Он был лицом второго плана, и никому не могло прийти в голову, что однажды он сможет реализовать свою одержимость в политике.
В то же время нам следовало бы обратить внимание на недавние признаки, которые указывают на то, что аннексия Крыма и вмешательство на юго-востоке Украины не стали внезапными решениями в ответ на непредвиденную ситуацию. Совсем наоборот, эти шаги были самым тщательным образом подготовлены, пусть момент их реализации и был продиктован обстоятельствами.
Сентябрь 2013 года — репетиция Крыма
В 212 году Владимир Путин назначил новым начальником генерального штаба генерала Валерия Герасимова, который в конце января 2013 года, то есть за год до начала конфликта на Украине, произнес речь о новых задачах генштаба и в частности российской концепции «нелинейной» войны (американцы называют ее «гибридной»).
Как отметил генерал Герасимов, граница между войной и миром постепенно стирается, современные войны не ведутся открыто, поставленные задачи не могут быть выполнены исключительно с помощью силы оружия, а подразумевают применение политических, экономических, гуманитарных и дезинформационных средств. Военные действия должны вестись тайно, с помощью спецподразделений, а не официальных армейских отрядов. Именно такая схема нашла применение в Крыму и на юго-востоке Украины.
Российские войска прошли специальную подготовку. В сентябре 2013 года Москва провела учения «Запад» в Калининградской области на границе с Прибалтикой и Белоруссией. По официальным данным, в них приняли участие 12 900 солдат, что немногим меньше предела, который потребовал бы присутствия иностранных наблюдателей по договоренностям в ОБСЕ. Однако на самом деле солдат, без сомнения, было втрое больше.
Официальной целью была защита территории страны от незаконных бандформирований. Подразумевалось, что эти вооруженные группы проникли с территории Литвы, чтобы помочь угнетенным собратьям в Белоруссии (в Белоруссии на самом деле проживает литовское меньшинство). «По сценарию российские подразделения играли роль агрессора, и они смогли применить полученные знания на практике во время вмешательства в Крыму и в Донбассе», — отметил американский эксперт по России Стивен Блэнк (Stephen Blank). Речь идет об одном батальоне. По окончанию учений Владимир Путина официально поздравил всех его участников.
Одна из главных ошибок Запада по отношению к ревизионистской политике России заключается в том, что он не принимает за чистую монету слова российского лидера, который даже не пытается скрыть своих истинных намерений. И его, казалось бы, просто громкие заявления в результате становятся трагической и опасной реальностью.
inosmi.ru
