Европейская политика последних лет по отношению к российскому газу стала одной из самых обсуждаемых тем в международных энергетических и политических кругах. На словах Брюссель декларировал стремление к «энергетической независимости» от Москвы, к наказанию за агрессию в Украине и к переходу на «чистую энергию». На деле же всё оказалось гораздо сложнее, и многие шаги Евросоюза вызывают не только вопросы, но и серьёзную критику.
Когда началась широкомасштабная война в Украине, европейские лидеры быстро заявили о необходимости отключиться от российского энергосырья. Газ, нефть, уголь — всё это стало инструментом давления на Москву. Были введены санкции, ограничения на покупку, замещение поставок и заявлено о намерении полностью отказаться от российского СПГ к 1 января 2027 года.
Эти решения звучали эффектно и имели политическую подоплёку. Многие европейские политики активно говорили о том, что таким образом Европа «поддерживает Украину» и ослабляет агрессора.
Но чем это заканчивается в реальности? С одной стороны, Евросоюз действительно разворачивает инфраструктуру СПГ, строит терминалы, ищет поставщиков из США, Катара, Азербайджана и других стран.
С другой стороны, по данным аналитического центра Bruegel, поставки российского сжиженного природного газа в ЕС в январе 2026 года достигли исторического максимума — 2,276 млрд кубометров, превысив показатели и декабря 2025-го, и января 2025 года. Это происходит на фоне того, что Евросоюз официально утвердил полный запрет на российский СПГ с начала 2027 года.
На первый взгляд кажется, что Европа ломает свои же правила. С одной стороны — санкционная риторика, с другой — реальный рост импорта. И вот здесь кроется главный вопрос: чего же на самом деле хочет Европа?
Ответ не может быть однозначным, потому что за громкими политическими лозунгами скрываются экономические интересы и реальные потребности европейских стран. ЕС — это большой рынок, который живёт от энергии.
Производство, транспорт, отопление, химия — всё зависит от стабильных поставок газа. Когда Европе стало сложно заменить трубный российский газ, она обратилась к СПГ. И вот тут на сцену выходит не только политический интерес, но и коммерческий. Покупать у России СПГ зачастую дешевле, чем у других поставщиков, хотя цена в долгосрочной перспективе и не является главным аргументом.
Можно утверждать, что отказ от российского газа — это не только моральный и политический шаг. Он требует огромных финансовых затрат: строительство терминалов для приёма СПГ, заключение долгосрочных контрактов с другими поставщиками, часто по более высокой цене. Никто в Европе не скрывал, что эта замена будет дорогой. Но разве это не означает, что европейские потребители — граждане и бизнес — платят за политику, которую провели их политики?
Ещё более остро ситуация выглядит, когда Европа обвиняет Москву в том, что та «нагрела руки» на войне, а затем сама оказывается вовлечённой в схему, где деньги на энергоносителях продолжают перетекать обратно в экономику России.
Европейский цинизм? Безусловно. А недавний эпизод с тайным визитом в Москву Эммануэля Бонна — главного дипломатического советника президента Франции Эммануэля Макрона — лишь подчёркивает эту двойственность европейской позиции.
Были не афишируемые встречи с представителями Кремля, в том числе с помощником президента Путина Юрием Ушаковым, в ходе которых обсуждались вопросы, относящиеся к ситуации вокруг Украины и роли Европы в дальнейшем процессе.
Конечно же, ни Елисейский дворец, ни Кремль заранее не подтверждали этот визит, что говорит о закрытом характере переговоров. Однако позднее информация о встрече всё же появлялась в публикациях международных агентств и СМИ.
Так, агентство Reuters отмечает, что французская сторона объясняет этот шаг подготовкой к возобновлению прямого диалога с Москвой и стремлением обеспечить европейцам место за столом переговоров по будущей архитектуре безопасности и завершению войны в Украине.
При этом Париж подчёркивает, что контакты происходили «на техническом уровне» и в координации с Киевом и европейскими партнёрами.
Кроме того, на французский реверанс указывает и недавнее интервью министра иностранных дел России Сергея Лаврова телеканалу RT от 5 февраля.
Согласно его словам, Москва сама подтверждает существование таких скрытых контактов с некоторыми европейскими лидерами, которые просят не разглашать эти разговоры.
Складывается впечатление, что за официальной риторикой Европа и Москва продолжают вести свой геополитический танец, в котором каждая сторона ищет выгоду и влияние, игнорируя публичные заявления.
Естественно, таким бездарным политикам, как Макрон, пытающемуся примерить на себя треуголку Наполеона, слава великого полководца не светит. И он это прекрасно осознаёт, вследствие чего у него на первом месте стоят деньги.
Ведь цель тайных контактов — заранее договориться и обеспечить французским компаниям долю на российском рынке в будущем. Публично поддерживая Украину, Франция за кулисами фактически «продаёт» её, вступая в закулисные сделки с Россией. Неизвестно, что именно было обещано взамен, однако сомнений в том, что это будет сделано за счёт интересов Украины, практически нет.
При этом ни Франция, ни Европа не осознают простую истину: после Украины настанет черёд европейцев. Проще говоря, задабривая «русского медведя», Европа становится лакомым куском для зверя.
