Иногда о расстановке сил во внутриполитических кризисах весьма информативной оказывается внешняя реакция. Нынешние столкновения в Грузии – не исключение. Оппозиция продолжает митинговать у здания парламента, наиболее радикальные демонстранты обстреливают полицейских файерами, те отвечают дубинками, слезоточивым газом и водометами, продолжается и «информационная война».
До последнего времени представители Евросоюза и отдельных стран, входящих в него, ну, может, за вычетом Венгрии, предпочитали подбадривать грузинскую оппозицию. Но накануне советник президента Литвы Аста Скайсгирите не исключила предоставления политического убежища нынешнему президенту Грузии Саломе Зурабишвили: «Естественно, Литва предоставила бы убежище, если бы существовала такая необходимость, но в настоящее время президент Зурабишвили очень ясно дала понять, что она будет в Тбилиси со своим народом».
Как бы это ещё не официальное обращение самой Зурабишвили за политическим убежищем в Литве и тем более неофициальное решение это убежище ей предоставить. Не говоря о том, что из Тбилиси, скорее всего, госпожа Зурабишвили постарается перебраться не в Вильнюс, а в Париж. В конце концов, напомним: она приехала в Грузию как посол Франции в этой стране, уже потом получила местное гражданство, занялась политикой – сначала в команде Михаила Саакашвили, потом в стане его противников… Вряд ли Франция закроет перед ней двери. Но само по себе возникновение темы уже говорит о многом.
Напомним: президент в Грузии по своим полномочиям заметно уступает главе парламента. Саломе Зурабишвили избирали ещё всеобщим голосованием, но теперь президента в Грузии будут избирать коллегией выборщиков, которая формируется по весьма сложной процедуре. Примерно половину её членов составят депутаты нового избранного парламента. Госпожа Зурабишвили этот парламент с большинством «Грузинской мечты» признавать отказалась и объявила, что она не покинет президентский дворец после истечения своих полномочий. Но, судя по всему, в успех плана продлить пребывание у власти Зурабишвили, по крайней мере в Вильнюсе, не очень верят. А зная степень координации усилий между Вильнюсом и Брюсселем, нет сомнений, что не очень верят и в евробюрократических кабинетах. Госпожу Зурабишвили, если ещё и не «слили» официально, то ситуация явно к этому приближается.
А здесь всё куда серьёзнее, чем может показаться. Саломе Зурабишвили, во-первых, должна была придать хоть какую-то легитимность протестам в Грузии внутри страны – в самом деле, лозунг на уровне «нам результаты выборов не нравятся, значит, выбирать парламент надо заново» не сказать чтобы очень убедительный. Но самое главное, грузинской проевропейской оппозиции остро не хватает ярких и харизматичных лидеров. Об этом предпочитают не говорить вслух, но в её стане уже давно разброд и шатания. Точнее, здесь, как и недавно в азербайджанской оппозиции, «переизбыток лидеров», которые не всегда могут эффективно договариваться между собой.
Теоретически лидером противников «Грузинской мечты» мог бы стать экс-президент Грузии Михаил Саакашвили. Но за все годы, пока он находится в грузинской тюрьме, у Саломе Зурабишвили не хватило политической воли и решимости его помиловать. Во-первых, отношения между Саакашвили и Зурабишвили далеко не безоблачные ещё с того времени, когда бывший французский дипломат и действующий президент Грузии находилась к нему в оппозиции. А во-вторых, слишком многое указывает на то, что оппозиционным лидерам тоже не хочется выпускать из тюрьмы такого конкурента.
Саакашвили в их планах, конечно, должен выйти на свободу, но уже после того, как «поляна», то бишь высшие государственные посты, будут поделены. Возможно, кому-то, особенно в европейских кабинетах, Саломе Зурабишвили и представлялась фигурой, которая могла бы сплотить противников «мечтателей» вокруг себя. Но в реальности она с этой задачей не справилась и справиться не могла. И популярность у неё оставляет желать лучшего, и отношения с церковью весьма натянутые…
Судя по всему, Саломе Зурабишвили банально не оправдала возложенных на неё в Брюсселе надежд. И ей уже готовят пути к отступлению. Возможно, из неё постараются сделать «вторую Тихановскую», ту самую даму, которую в своё время европейцы пытались раскручивать как «настоящего победителя» президентских выборов в Беларуси. В отличие от Светланы Тихановской, у Зурабишвили, конечно, и образование получше, чем Гомельский педагогический институт, и политического опыта побольше, но то, что имя Тихановской сейчас в политических новостях практически не мелькает, должно заставить задуматься авторов «проекта Зурабишвили».
