В своих недавних заявлениях глава Федеральной службы безопасности России Александр Бортников отметил, что США и Европа не заинтересованы в стабильности на Южном Кавказе и пытаются возглавить азербайджано-армянское урегулирование, разместив свои «миротворческие» силы в регионе. На это последовала реакция посольства США в Армении, где ответили, что поддержка Штатов «направлена на помощь странам в обеспечении подотчетных, демократических лидеров, работающих над укреплением мира и стабильности».
Кроме того, ранее директор Службы внешней разведки РФ Сергей Нарышкин заявлял, что угрозы со стороны стран Запада значительно возросли. Насколько реальными могут быть планы ЕС и США по размещению миротворческого контингента на армяно-азербайджанской границе, и что кроется за этими намерениями?
На эту тему специально для «Минвала» высказался политический аналитик из России Михаил Нейжмаков, который обращает внимание на то, что в выступлении директора ФСБ России Александра Бортникова на заседании Совета руководителей органов безопасности и спецслужб СНГ деятельность гражданской наблюдательной миссии ЕС и сценарий с размещением на армяно-азербайджанской границе миротворческого контингента все-таки разделены как два разных сюжета.
«Сторонники направления в этот регион контингента с миротворческой миссией в западных странах действительно есть. Например, в июне 2024 года издание Le Point опубликовало обращение группы французских политиков и общественных деятелей к Эммануэлю Макрону с призывом направить в Армению вооружённый контингент, который мог бы действовать с учётом опыта миротворческих миссий. Среди подписавшихся были политики как с левого, скажем, мэр Парижа Анн Идальго, так и с правого фланга французского политического спектра. Однако, справедливости ради, стоит отметить, что в этом обращении, насколько можно понять, речь шла не о миротворцах под эгидой ООН, а о контингенте французских войск, который должен был бы стать противовесом азербайджанской армии, при этом не вступая с ней в прямые столкновения. В целом, идея размещения на армяно-азербайджанской границе миротворческой миссии в западных СМИ периодически озвучивается», — отметил политолог.
Другое дело, по его словам, что такая идея труднореализуема на практике.
«Одним из принципов операций ООН по поддержанию мира является согласие основных сторон конфликта. Между тем в Баку на размещение такого контингента в регионе явно не согласились бы. Опять же, вызывает вопросы, насколько страны НАТО на самом деле готовы направить свои контингенты для такой миссии. Как известно, США и европейские страны в современных условиях отнюдь не являются самыми активными в направлении своих военнослужащих для участия в миротворческих операциях под эгидой ООН», — поясняет эксперт, подчёркивая при этом, что такая политика этих стран связана, среди прочего, ещё и с тем, что практически любой миротворческий контингент становится объектом критики со стороны всех вовлечённых в соответствующий конфликт сторон.
Нейжмаков указал, что наиболее активными поставщиками контингентов для миротворческих операций ООН в наше время являются такие государства, как Непал, Руанда, Бангладеш, Индия, Индонезия, Гана, Пакистан: «Если бы теоретически миротворческий контингент ООН был развернут на армяно-азербайджанской границе, скорее всего, он состоял бы из военнослужащих одной из этих стран, хотя и этот вопрос стал бы поводом для разногласий».
«Например, вряд ли Армения согласилась бы на участие в таком контингенте представителей мусульманских стран, а у Баку могли бы возникнуть вопросы к той же Индии, осуществляющей военно-техническое сотрудничество с Ереваном. Но стоит повторить — на деле реализация инициативы о развертывании такого миротворческого контингента застопорилась бы ещё на стадии консультаций с вовлечёнными сторонами», — уверен эксперт.
По его словам, с чуть большей вероятностью контингенты иностранных силовых структур в Армении (не считая российских) могли бы появиться после переговоров о создании новых военных баз на территории страны.
«К слову, появление в стране-участнице ОДКБ военных объектов государств, не входящих в эту организацию, напрямую уставом этого блока не отвергается. Просто в седьмой статье этого документа говорится, что такое решение должно приниматься “после проведения неотложных консультаций (согласования) с другими государствами-членами”. Другой теоретический вариант развертывания нового иностранного военного или полицейского контингента в Армении мог бы реализоваться, если бы схема разблокирования транспортных коммуникаций, предусмотренная трёхсторонним заявлением о прекращении огня, подписанным в ноябре 2020 года, была реализована не с российскими пограничниками, а с участием силовиков из других государств в той же роли», — отметил наш собеседник.
Но на практике, по его словам, и появление в Армении не связанных с Россией иностранных военных баз, и разблокирование транспортных коммуникаций под контролем, например, европейского полицейского контингента в ближайшем будущем вряд ли реализуются.
«Скорее, слухи о таких сценариях пока могут появляться в качестве фона для переговоров Еревана как с Москвой, так и с западными игроками», — заключил Михаил Нейжмаков.
