Баку добился своего, в «огрызке» началась паника

Баку добился своего, в «огрызке» началась паника

Ханкендинские сепаратисты продолжают свой показательный плач по поводу мифической «блокады». На сей раз с пространным заявлением выступил Араик Арутюнян, пышно именующий себя «президентом Нагорного Карабаха». Сей персонаж старательно озвучивает привычный набор провокационных штампов: тут и стенания по поводу «прерванной подачи электроэнергии и газа», и требования ввести санкции, и вопли об «этнической чистке», которую будто бы планирует провести Азербайджан.

Воздержимся от язвительных шпилек, с какой скоростью полетит его обращение в корзину и прочитают ли эту «маляву» те, кому она как бы адресована. Араик Арутюнян и компания выведены за рамки поствоенного урегулирования и вряд ли имеют шанс вернуться туда хотя бы теоретически. То, что никакой «блокады» Ханкенди нет, тоже очевидно, то, что никаких санкций против Азербайджана не будет, очевидно тем более. Наконец, верхушка ханкендинских сепаратистов — последние, кому стоило бы затрагивать тему «этнических чисток». Особенно накануне годовщины Ходжалинского геноцида и неоспоримых свидетельств урбицида на ранее оккупированных, а ныне освобожденных азербайджанских землях. Да и самому Араику после того, как он открыто брал на себя ответственность за ракетные удары по Гяндже, тему этнических чисток затрагивать не стоит.

Но не менее примечательно другое. До последнего времени на внешнюю аудиторию работал в основном Рубен Варданян. А теперь с заявлениями выступает сам Арутюнян, которого чуть не забыли.

В самом деле, официально подтверждать бегство Рубена Карленовича в Москву в Ханкенди не спешат. Да и сам он время от времени что-то постит в своём ТГ-канале на карабахскую тематику. Но если бы слухи о его побеге были действительно слухами, Варданяну следовало бы опровергнуть их самым надёжным и доходчивым способом: появиться на публике, «забабахать» очередной митинг в ознаменование 35-й годовщины начала «Карабахского движения»,..

А всего этого нет. От слова «совсем». Судя по всему, в «огрызке» после бегства Варданяна — паника и растерянность. В то время, когда Рубен Карленович позировал под платаном и делился планами «возрождения Арцаха», для Арутюняна и компании это было как бальзам на душу. В ханкендинской верхушке прекрасно понимали, что наворотили и как за это после поражения в войне придется отвечать. А Варданян как бы обещал рестарт миацума под защитой Москвы, где у него очень большие связи.

Но в реальности никакого «рестарта миацума» не получилось, массовку на митинги приходилось привозить из Еревана, сформировать в Ханкенди новое «правительство» и пригласить туда «звезд» армянской политики уровня Варданяна Осканяна тоже не удалось, никаких «миллиардных инвестиций» сепаратисты тем более не получили. И вот теперь московский олигарх удрал и, похоже, не обещал вернуться.

И самое главное, оставил после себя ворох проблем, разбираться с которыми теперь предстоит Арутюняну. Талоны на яйца и макароны здесь — далеко не самая серьёзная. Хрупкий баланс между местными кланами перекошен. Едва намечавшиеся контакты с законными властями Азербайджана сорваны. Возобновление работы рудников и отказ от мониторинга привели к тому, что на дороге Лачин-Шуша-Ханкенди появился пикет экоактивистов, и самое главное, все важные намеки Варданяна на его невероятные связи в Москве оказались громким пшиком. «Расколоть» миротворцев на прорыв азербайджанского пикета силовым путём ему так и не удалось. Максимум, на что хватило московского «влияния» Варданяна — это на эвакуацию собственной персоны (если кому-то режут слух определения типа «тушка») из Ханкенди в Москву в грузовике с грязным бельём и портянками.

И теперь уже Арутюняну приходится продолжать весь этот «варданянизм без Варданяна», прекрасно понимая, что ничем хорошим ни для него, ни для оставшихся «самоопределившихся арцахцев» это не закончится. Он мог бы, конечно, публично сдать назад и искать способы договориться с Баку хотя бы о мониторинге. Но, похоже, гнева реваншистов Араик Арутюнян боится куда больше. В Азербайджане будут играть по правилам. А в Ханкенди никаких правил не соблюдали не только с азербайджанцами, но и со своими.

Нурани, обозреватель