С момента начала армянских притязаний на Карабах за пределами Азербайджана этот регион многие медиа-ресурсы, в том числе связанные с армянским лобби, предписывала считать этот регион «армянским анклавом». Но реальность в том, что Карабах — это исторический регион Азербайджана. Более того, этот край до армянских этнических чисток всегда был многонациональным. Здесь жили азербайджанцы, потомки древних албан, после присоединения этих земель к России здесь стали возникать русские села…
И точно так же армянский вандализм и фашизм тоже «прошелся» по всем — не только азербайджанцам. Разрушенная русская православная церковь в селе Куропаткино и арменизированные православные храмы в Шуше — не единственный прецедент. В истории армянской оккупации Карабаха много драматических и трагических страниц. Одно из них связано с селом Мехмана ранее Агдеринского, ныне Кельбаджарского района.
Само название этого села имеет несомненные тюркские корни — «меймана» или «мехмана» в сефевидской армии назывался правый фланг. Но в начале XIX века, после очередной российско-турецкой войны, власти царской России переселяют сюда понтийских, или черноморских, греков. Впрочем, были здесь и греки, которых называли «ромейцами». Как свидетельствуют исторические документы, в мае 1830 года по просьбе прихожан карабахский комендант майор Калачевский ходатайствовал перед экзархом Грузии о назначении ««урумейским грекам», водворенным в Карабахской провинции», священника, «так как священники их умерли и некому справлять требы крестьян, венчать и это могло сказаться на нравственном уровне переселившихся». К 1860 году здесь были построены школа и церковь. Жившие в окружении толерантных и веротерпимых азербайджанцев греки работали в основном на местных рудниках, занимались сельским хозяйством, население Мехмана росло. Многие молодые люди перебирались в большие города, прежде всего в Баку, но летом любили приезжать в родное село.
И как вспоминают выходцы из Мехмана, жили там в основном греки. Было несколько азербайджанских семей. А вот армяне в Мехмана не жили — их численность резко взлетела только в последние годы, после того, как армянские националисты взяли курс на «миацум», то есть присоединение Карабаха к Армении (манипуляции с численностью армянского населения более не существующей НКАО, безусловно, еще ждут своего полного и объективного исследования). А с началом первой карабахской войны, вернее, первого витка армянской вооружённой агрессии, большинство жителей предпочитают покинуть село. Часть, спасаясь от оккупации «цивилизованными христианами-армянами», перебирается в «мусульманские» в кавычках и без Баку и Сумгаит. Часть репатриируется в Грецию.
Уже потом в Армении будут усиленно делать вид, будто бы греческая община в селе Мехмана «сохранилась». Но на местном кладбище разрушены не только азербайджанские, но и греческие могилы. А на церкви «внезапно» появляются армянские символы. Причем сама эта церковь стоит разрушенная — притом что во время 44-дневной войны боевых действий здесь не велось.
И вот как это понимать? Особенно на фоне те замысловатых танцевальных па, которые пытается выделывать на греческом треке армянская дипломатия?
В самом деле, в Армении с первых же лет своей независимости возлагали серьезные надежды, что с Грецией удастся «продуктивно» дружить против Турции. Армянская политическая элита мыслила категориями первой мировой войны и была уверена, что пещерная «тюркофобия» — именно тот «товар», который найдет в Афинах своего «покупателя». На рубеже девяностых и нулевых в фокусе внимания были попытки сколотить этакую «тройку» в составе Греции, Армении и Ирана — в противовес Азербайджану, Турции и Израилю. Дальше разговоров, однако, дело не пошло. Во втором десятилетии XXI века ереванские дипломаты усиленно рекламировали Армению как «ворота» для Греции на 200-миллионный рынок ЕАЭС. Опять не вышло: не учли, что греки занимались торговлей еще в античные времена и как минимум задумаются: почему на рынок ЕАЭС надо пробираться через зажатую и изолированную Армению, к тому же не имеющую территориального соприкосновения с партнерами по ЕАЭС? Что автоматически означает «двойную накрутку»? И почему бы не использовать для этого черноморские порты России. Тем более что в Черное море еще Язон с аргонавтами плавал. Уже сегодня демонстрировать свои «евромечты» именно на греческом треке пытается Пашинян. Наконец, в 2015 году Армения признала «геноцид понтийских греков». Правда, максимум, на что удавалось «расколоть» Афины — это пара-тройка «обеспокоенных заявлений» в ответ на армянские истерики по поводу тумаков в Карабахе, но не более того. Воевать с Азербайджаном и Турцией за интересы Армении в планы Греции явно не входило. Да, у Греции предостаточно своих проблем с Турцией, но вот выводы из этого в Афинах сделали совсем не те, которых ожидали в Ереване: союзник из Армении никакой, а догружать свою проблематику еще и армянской — не самый умный шаг. Мириться и договариваться все равно придется, и чем меньше будет спорных пунктов, тем лучше, а не наоборот.
А теперь выясняется: все эти дипломатические манеры и фарисейское признание «геноцида понтийских греков» сопровождались реальным «выдавливанием» потомков тех самых понтийских греков из села Мехмана, фальсификацией и разрушением их церкви, разорением кладбища и прочими «прелестями» армянского вандализма. В Армении пребывали в полной уверенности, что в Афинах этих «художеств» не заметят. Не зря же в Анатолии еще в начале ХХ века ходила не очень политкорректная по нынешним временам поговорка, что «один армянин обманет двоих греков».
Но оправдается ли эта поговорка в большой политике? И удастся ли ереванским бонзам обвести вокруг пальца целую страну?
Впрочем, это уже вопросы не к Азербайджану.
Нурани, обозреватель Minval.az
