Год назад, 10 декабря 2020 года, в Баку прошел грандиозный военный парад. Азербайджан отмечал победу в 44-дневной войне, и сделал это красиво и во всех смыслах достойно. В парадном церемониале не было мелочей, и каждый штрих нес в себе и исторический, и политический месседж. На трибуне — президенты Азербайджана и Турции Ильхам Алиев и Реджеп Тайип Эрдоган.
По площади Азадлыг чеканили шаг не просто парадные коробки. Зрители и на трибунах, и на улицах, и у экранов телевизоров прекрасно понимали: сегодня в парадном строю стоят те солдаты, которые освобождали Физули и Джебраил, зачищали от оккупантов долину Араза, поднимались на вершину Муровдага и штурмовали Шушу. В одном строю с азербайджанскими солдатами — турецкие «коммандос». А в открывающей парад знамённой группе — те флаги, которые водружали над освобождёнными городами. По площади Азадлыг проследовало именно то оружие, которым эта победа была одержана, от танков и ракетных установок и до беспилотников. И, конечно же, запомнившаяся многим демонстрация трофейной армянской боевой техники — с бортовыми номерами, с «пиксельным» камуфляжем и флагами.
И как иронизировали тогда в Баку многие, начиная от комментаторов в телеэфире и заканчивая активистами соцсетей: «армянские танки прошли по улицам Баку, но в качестве трофеев». И пьянящее чувство победы: мы сделали это!
Нет, это чувство не имело ничего общего с эйфорией. Просто потому, что все эти 44 дня страна хоронила своих погибших героев и вчитывалась в сообщения о гибели мирных граждан в результате армянских ракетных обстрелов Гянджи, Барды, Тертера, Мингечаура, Габалы, Кюрдамира, Хызы, Ордубада…Эта победа не упала нам в руки с неба, не стала следствием «удачного стечения обстоятельств».
А вот дорога к ней тоже началась задолго до парада победы.
А вот тут нужны подробности.
Честно говоря, сегодня, в первую годовщину парада победы, совсем не хочется в который уже раз возвращаться к горьким событиям первой половины девяностых. Но, возможно, без этого экскурса не получится по достоинству оценить ту победу, которую наша страна одержала под руководством своего Верховного Главнокомандующего в ноябре 2020 года.
У военной победы много слагаемых. И на первом месте — мужество и отвага солдат переднего края, тех, для кого каждая секунда этой войны могла стать последней.
Но, повторим в который уже раз, героизма и самоотверженности было предостаточно и в девяностые. Но одного героизма для победы еще недостаточно. Нужен еще и военный профессионализм, нужны стратегические задумки, нужна, если угодно, «матчасть». И вот эти задачи должно решать уже государство.
А тогда, в девяностые, не было именно этого — четкой и продуманной государственной политики в военной сфере. И, напомним еще раз, вместо полноценной армии тогдашний президент Аяз Муталибов создавал по сути личную гвардию. А фронт держала по сути дела самооборона — без единого командования, без четкой координации действий, без профессиональных военных на командных постах, без того, что в армии называется «матчастью». Казалось, у нее не было даже теоретических шансов выстоять против воюющих на стороне Армении регулярных российских военных частей. Но именно они, герои девяностых, удержали фронт и не позволили армянским агрессорам и их покровителям выйти к Куре.
Другой вопрос, что есть те задачи, которые должны решаться на переднем крае с автоматом в руках. И есть задачи, которые должны решаться уже на уровне государственной политики. А это и военная профессиональная подготовка командного состава, которой далеко не всегда обладали те, кто брался за оружие в девяностые годы, и четкая командная вертикаль, и разведка, и, наконец, «матчасть» — оружие, техника, боеприпасы, патроны…И вот этих задач власть, прежде всего в лице Аяза Муталибова, просто не решала.
И тем жёстче и резче — контраст с сегодняшним Азербайджаном, страной-победителем, государством, которое первым на постсоветском пространстве решило свой территориальный конфликт военным путём.
Сегодня многие эксперты пытаются найти «поворотную точку», когда именно ситуация в регионе окончательно свернула к военному решению. И события тоже называют самые разные, вплоть до митингов на улицах Баку после июльских боев.
Но, при всем уважении, война и мир — это не те вопросы, которые решаются на митингах. И что такое война силами гражданского сообщества, мы слишком хорошо узнали в девяностые.
В реальности о возможности военного решения в Баку говорили с самого начала. И предупреждали: да, Азербайджан привержен переговорам и мирному урегулированию конфликта, но если переговоры не дадут результата, то наша страна оставляет за собой право на военное решение.
Другой вопрос, что одни, особенно в Ереване, предупреждения эти пропускали мимо ушей, другие, и прежде всего завсегдатаи соцсетей, демонстрировали остроумие на тему «что-то этот Лазым никак не придёт». А третьи работали. Каждый на своем участке. Не брали на себя никаких обязательств решать конфликт исключительно за столом переговоров. Не подписывали невыгодных для себя соглашений. Не уступали и не «прогибались». И самое главное, создавали Армию с большой буквы. В Азербайджане, в особенности за последние 17-18 лет, была проделана огромная работа по военному строительству. Чтобы в сентябре 2020 года на передовые рубежи вышла та армия, которую противник совершенно не ожидал здесь встретить.
И тем более понятно, что уничтожила переговорный процесс Армения.
Сегодня в Ереване не любят об этом вспоминать, но это министр обороны Армении Давид Тоноян обещал «новую войну за новые территории» — и явно не ждал, на каких именно территориях придется останавливаться его разбитой армии.
И тем более есть смысл вспомнить нашумевшее заявление Никола Пашиняна «Карабах— это Армения, и точка!» Прозвучало оно, если кто забыл, на открытии Панармянских игр в Карабахе. Правда, в их программу никто не догадался ввести тот «вид спорта», в котором армянские оккупанты очень скоро покажут рекордные результаты — бег с унитазами в руках. Когда не только в Армении экспертное сообщество не могло отойти от шока: как? Как могло произойти, что из всех стран постсоветского пространства, столкнувшихся с региональными конфликтами, точнее, с оккупацией своих территорий, успешно возвратить их под свой контроль сумел именно Азербайджан? Причем сделал это не за столом переговоров, не в результате торга или «договорняка», а именно военным путём? Как произошло, что нефтедоллары не осели на офшорных счетах, не были «распилены» и «разбазарены», а ушли на решение главной национальной задачи — на строительство армии? Почему все эти процессы просто не заметили те, чьими глазами ведущие «мировые центры силы» смотрели на Южный Кавказ?
А Азербайджан между тем уже не в первый раз опрокидывает прогнозы. Особенно если эти прогнозы замешаны на этаком пренебрежительно-высокомерном отношении к «южным республикам» с гарниром в виде рассуждений о «коррупции», «авторитаризме» и т.д., почерпнутых из докладов многочисленных НПО. И сегодня многим, особенно в Ереване, лучше повнимательнее прислушаться к предупреждениям Азербайджана теперь уже насчёт границы и Зангезурского коридора.
Потому как на месте и «Железный кулак», и железная решимость, и белые армейские тягачи для демонстрации трофейной техники.
Нурани
